Чтение онлайн

Нельзя.

В этом и кроется причина моей покладистости и необходимости лавировать среди ловушек. Отец должен закончить подготовку к обороне. Только благодаря тому, что его войска выстоят во время последнего набега, генерал Тейл вернется на острова в самом расцвете силы и влияния. Это уже потом кое-чьими стараниями все его победы обратятся в прах. А пока…

Если сорвать отца сейчас, он бросит все и примчится. Не успеет в самый западный форт и не устроит там ревизию, во время которой вскроется предательство коменданта. Форт падет первым, а за ним по цепочке посыплется вся оборона.

И кого объявят виноватым? Правильно, командующего.

Поэтому отец должен оставаться там, где он есть. А я вынуждена крутиться, словно змея в вилах, чтобы и не попасть в ловушку, и не спровоцировать родню на открытое насилие.

А тут еще Грант и мои неуместные чувства к нему. И о том, кто же такой Эгоист, — ни единого намека. Неудивительно, что я сорвалась в истерику. Причем такую, что напугала Кэт, когда та попыталась сунуться ко мне, чтобы стеречь.

Грант… Мысли снова возвращались к нему.

Я дала ему ложную надежду? Чувства есть, и они взаимны. С этим нам придется жить.

В прошлой жизни герцог Ланчестерский так и не женился… Если бы не тот факт, что он погиб в тюрьме гораздо раньше моей смерти в монастыре, я бы в лоб спросила о возможностях его родового артефакта. Беда в том, что возможность вернуться в прошлое — не моя тайна, сэр Эгоист мне ее доверил, и я не имею права раскрывать ее только потому, что мне хочется объясниться с Грантом.

Моя задача — найти Эгоиста и найти способ сохранить ему жизнь без заключения брака. И вот тогда можно кидаться в объятия Гранта с чистой совестью.

И одна идея у меня есть. Думаю, я знаю, почему Эгоист упомянул именно магический брак — смысл в том, чтобы я стала частью его рода не только с юридической точки зрения, важно, чтобы я для вернувшего меня артефакта стала «своей». А это не только брак, но и, например, удочерение. Почему бы сэру Эгоисту не стать моим братом? Разрыв во времени получился больше, чем он ожидал. Может, сейчас я ему вообще незнакома и не нужна?

Но с Грантом надо поговорить. Да, я не могу сказать ему всей правды, но хоть что-то…

А прямо сейчас я попрошу у целителя успокоительную настойку, горничную попрошу плотно зашторить окна и буду спать, потому что завтра трудный день, завтра меня ждет экзамен.

И пусть Кэт ложится со мной в одной комнате. Пусть. Я знаю, как крепко она спит на рассвете. А если настоять на том, чтобы она выпила настойку вместе со мной, то ее канонада до девяти утра не поднимет с постели.

Рассвет я встретила у окна. У того самого, через которое ушел Грант. Я сидела и нервничала, никакое успокоительное не помогло. Сумею ли я выбраться и провернуть задуманное? Может, зря израсходовала придумку с артефактами на дно кареты?

— Леди? — заставил меня вздрогнуть тихий голос. — Выбирайтесь. Осторожно, здесь лестница.

Я пришла в себя только на земле, когда Грант проворно оттащил от стены и спрятал в густых вьюнках деревянное сооружение, с помощью которого и спустил меня с третьего этажа.

— А вы молодец. Я боялся, что испугаетесь. Юные дамы из высшего света редко пользуются такими путями.

— Я юная дама с континента. — Тихая улыбка тронула губы. Как же я раньше стеснялась этого. А теперь — буду гордиться. — И выросла в гарнизоне среди мальчишек и солдат. Еще и не такое могу. Едем?

— Едем. — Грант улыбнулся светло, ярко.

По нему и не скажешь, что вчера ушел «деревянный». Держится так, будто ничего не произошло, и мне удалось подхватить его нестрой. Горечь не исчезла, но опустилась на дно души.

Проулком Грант вывел меня на соседнюю улицу, где нас ждал неприметный наемный экипаж.

Успокоиться так и не получилось. Хотя я говорила себе, что сорвать меня с экзамена дядя точно не сможет, нервы шалили. Даже Грант заметил. Правда, истолковал причину не совсем верно и попытался успокоить.

— Леди, я уже начал шить вашу игрушку, — хмыкнул он. — Кстати, долги Татли я вчера выкупил, и до начала экзамена мы успеем заскочить в банк, чтобы вы убрали документы в ячейку.

— Я?

Грант с готовностью протянул мне папку.

Мне одного взгляда хватило, чтобы вскинуться и уставиться на него с возмущением, а он лишь самодовольно ухмыльнулся.

Паразит!

Выкупил долги на мое имя.

Что же, надо признать, отвлечь меня у него получилось.

На экзамен я пришла совершенно спокойная.

Профильное испытание письменное, сдается в три-четыре волны, и ждать до вечера, естественно, мало кто хочет. Собирается очередь.

— Леди Мелани, — поприветствовал меня Дарен Вудсток. — Желаю удачи.

Оказалось, Грант поднял друга ни свет ни заря и заставил держать для меня место.

Первая волна начиналась в семь утра.

Преподаватель уселся за кафедрой, помощник раздал листы с заданиями, и мир для меня исчез. Я погрузилась в расчеты.

На экзамен отводилось три часа. Когда я записала последний ответ и подняла голову, часы показывали, что прошло чуть больше сорока минут. На всякий случай я перепроверила свои расчеты, убедилась, что все верно, и спокойно отнесла листы на кафедру.

— Абитуриентка? — Преподаватель нахмурился. — Вы уверены, что так легко сдаетесь? Все же ваше выступление было многообещающим. Может быть, подумаете еще? Для переподачи документов на другой факультет слишком поздно.

— Я не сдаюсь. — Улыбка вышла усталой. — Я сдаю. Готовую работу.

— Что? Леди…

Со стороны зала раздались смешки, но я их проигнорировала. Зря они. На моей стороне не только опыт прошлой жизни, но и формулы, которые многим из поступающих только предстоит узнать в первом семестре первого курса. Грубо говоря, чтобы найти ответ на вопрос, сколько будет семь раз по семь, они честно складывают всю «гусеницу», а я вспоминаю таблицу умножения.