ВСТРЕЧкА
Шрифт:
– Что ты делаешь? – Поинтересовался голос.
– Ищу! – Буркнул Стас, шаря рукой в опустевшей полости бардачка.
– А что, если не секрет?
– Ты знаешь, что я ищу…– Оставив бардачок, Стас начал шарить пальцами по панели. Подобно доктору, проводящему пальпацию больного, он тщательно ощупывал торпеду, зачем-то постукивая по ней пальцами и прислушиваясь к глухому звуку. Наконец-то, его пальцы добрались до планшета. Он будто бы оставлял напоследок самое вероятное место дислокации нечистой.
– Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя очень нежные руки? – Спросил голос, вкрапивший в себя томные нотки.
– Прикалываешься? – зло цедил Стас. – Сейчас тебе будет не до приколов. – Он ухватил панель всей пятернёй и надавил на неё так, что она затрещала.
– Жестковато! – шипел голос. – Но ты знаешь, иногда я люблю и пожёстче!
Стас уже было собирался сделать отчаянный рывок, который бы несомненно повлёк за собой отрыв планшета, но его отвлёк стук в окно.
– Ты машину загонять собираешься? – Раздался недовольный бубнёж слесаря.
Стас нервными движениями запихнул выпотрошенные из бардачка бумаги назад, и, неоправданно сильно газанув, залетел в открытые ворота бокса.
– Что с тобой случилось? – жалобно пропел голос.
– Хватит надо мной прикалываться. Слышите вы? – непонятно кому, угрожающе прошипел Стас.
– Ты не хочешь, чтобы я с тобой общалась?
– Нет…не хочу!
– Как скажешь…– Стасу показалось, что в динамиках что-то тихо всхлипнуло, а потом всё затихло.
– Уважаемый, ты из машины будешь выходить, или мне её вместе с тобой на подъёмник корячить? – Очередной окрик обиженного слесаря заставил Стаса нервно поморщиться и покинуть салон.
4
«Мазда» медленно, словно нехотя проползла поперёк парковки и остановилась на перекрестке. Уже добрых три минуты Стас находился в салоне, и за всё это время, таинственный голос не произнёс ни слова. Он стал заигрывать с ним сразу, на выезде из бокса, спрашивая о том, понравилось ли Лике свежее масло и не жмут ли ей фильтры. Не услышав ничего в ответ, Стас, зачем-то перекрестился и сказал «Слава богу!». Он и сам не мог понять, чему радуется. То, что произошло, если оно даже и было наваждением, казалось чем-то волшебным.
«Если это был розыгрыш – почему он не продолжается? А ели нет, тогда что это? Умопомрачение? Слуховая галлюцинация? Галлюцинация, которая протащила меня через весь город за какие-то четверть часа? Галлюцинация, заставившая человека без прав нарушая правила нестись в неизвестный ему сервис, чтобы залить масла в машину?».
Стас растерянно глазел на перекрёсток с кишащими машинами, не зная, куда ехать дальше.
– Ну что, куда двинем? – Напустив бодрости в голос, гаркнул он. Ему снова не ответили и не мудрено, ведь в салоне кроме него никого не было. Стас нежно потрогал панель, коснулся пальцем экрана. – Лика…– Он осторожно постучал по пластику, словно это был не экран, а дверь в ванную комнату, где закрылась обиженная подружка. – Ли-ика! – ласково шептал он, – Лика, ты чё обиделась? – Стас сам удивлялся тому, что делает, но какая то неведомая сила заставляла его делать эти странные манипуляции и призывать невидимую визави.
Гневные гудки, толпящихся сзади машин, напомнили Стасу, что зелёный уже давно горит и пора ехать. Он тронулся и вяло потащился по средней полосе, пока ещё более раздражённые гудки и мат из открытого окна внедорожника, не согнали его в левый ряд.
Он не знал куда ехать. На работу было поздно, домой не хотелось. Он представлял, как рассказывает о произошедшем жене, а та, крутит пальцем у виска и говорит что-то про передоз, шизофрению и про то, что детям не повезло родиться у такого отца.
Стас решил было покататься по вечернему городу, но тут же поймал себя на мысли, что после той пятнадцатиминутной поездки, он не получит такого удовольствия от езды. Ему внезапно стало противно и скучно. Мир на какие-то мгновения приобретший цветные тона, снова погрузился в серость.
– Лика, извини меня пожалуйста! Я не буду больше…честно-честно! – жалобным тоном произнёс он, не надеясь уже ни на что.
Ответом по прежнему было молчание.
– Ну Ли-ика-а! – Выдавливая из себя умоляющие причитания, Стас чувствовал, что и правда готов расхныкаться. – Ли-ка-а, ну пожалуйста…ну извини-и…
– Ладно проехали! – Голос заставил Стаса так подпрыгнуть на сидении, что он ударился головой в обшивку крыши.
– Фу-уф! А я уж думал…
– Ты ещё и думать умеешь? Вот это новость…– голос звучал обиженно, но шутливый тон говорил о том, что Стас прощён. – Куда едем-то?
– Не знаю! – Стас пожимал плечами, продолжая тащиться по левой полосе.
– Ну тогда поехали кататься!
– Поехали! – Стас с глупой улыбкой уставился на планшет, ожидая указаний.
– Так и будешь ползти в левом ряду? Давай уже, просыпайся!
Стас довольно кивнул, приставляя к виску ладонь и крутанул рулём выезжая на соседнюю полосу. Лика мгновенно включилась и тут же стала сыпать директивами.
– Подожди залазить влево. Не видишь там пробка? Сзади едет патрульная с мигалками, сейчас она сгонит всех вправо.
И действительно, Стас услышал вой сирен. Через секунду голубоватые блики стали мелькать в зеркале заднего вида.
– Вставай к ней в хвост и чеши! – скомандовала Лика, когда вопящая машина пронеслась мимо. – Давай-давай, навали газа. Ещё! Видишь Кайена, он попытается вклиниться…не оставляй ему места. Дава-ай же.
Патрульная машина, разбивала пробку, будто ледокол и Мазда пролетела красный участок меньше чем за минуту.
– Теперь перестраивайся вправо! Мы съезжаем на Урицкого. Ну кто так маневрирует? Ты же так вечность простоишь с этим поворотником. Что ты как девочка? Ныряй молча и никого не о чём не проси. Не забывай, что у тебя двухкубовый движок и сто пятьдесят кобыл под капотом. Давай-давай!
Мазда невозмутимо прорубалась в крайний ряд, двигаясь почти поперёк движения.
– Та-ак сворачивай. Опа…давай-ка в тот переулок. Через двести метров менты стоят, лучше нам объехать их дворами. За магазином направо, там в арку.