Встреча в замке
Шрифт:
– Капитан Клос показал себя настоящим, преданным немцем… – произнес он. – А ты, Ринг, предатель. Не думал я, что ты так быстро изменишь и продашься американцам. Ты перестал верить фюреру и рейху. – Потом Шенк обратился к Анне-Марии: – Я догадывался, кто ты, гадюка.
Ринг молчал. Он хотел что-то сказать, но Шенк не дал ему это сделать.
– Архив не попадет в руки американцев, а тебя, Ринг, будет судить военный трибунал за предательство, – медленно цедил штурмбаннфюрер. – Твоей Инги, – обратился он снова к Рингу, – уже нет в живых. Правда, жаль, ибо она была гораздо порядочнее, чем ты, но другого выхода не было, слишком многое ей было известно.
Полковник Ринг бросился на пол, где все еще лежал его пистолет, но не успел дотянуться: Вильгельм Шенк выстрелил в него, не целясь.
– Так поступают с предателями, – сурово сказал он. Клос знал, что сейчас Шенк выстрелит и в Анну-Марию.
Элькен тоже почувствовала это. В ее глазах не было страха. Прижавшись к стене, она ждала.
Клос увидел, как Шенк сделал шаг к Анне-Марии, держа в руке пистолет, и капитану ничего другого не оставалось, как нажать курок. Стрелял он очень метко…
Шенк упал, и Клос увидел, как удивленно расширились глаза американки. Удивление сменилось безграничной радостью. Эта женщина уже успела проститься с жизнью.
Послышались шаги. Это шли люди Шенка, которых штурмбаннфюрер оставил в машине на улице. Их было двое.
Клос посмотрел в окно. В машине никого не осталось. Шенк был настолько уверен в себе, что не захватил большой охраны.
Капитан подал Анне-Марии пистолет Ринга:
– Лучше целься, а потом быстро к машине!
– Понимаю, – прошептала американка.
Секунды казались минутами. Эсэсовцы должны уже подняться по лестнице, войти в комнату, их шаги и голоса слышались в коридоре. Клос посмотрел на Анну-Марию. Она держалась спокойно. Пистолет в ее руке дрожал.
Анна-Мария и Клос выстрелили почти одновременно. Оба эсэсовца свалились на пол. Клос и американка выбежали из дома, сели в машину. И только оказавшись на шоссе, ведущем в замок Эдельсберг, посмотрели друг на друга. Клос сильнее нажал на педаль газа. Мотор машины грозно ревел. На шоссе, блестящем под лучами заходящего солнца, никакого движения не было.
Выехали на дорогу, обсаженную вековыми липами. Клос затормозил машину. Теперь они могли спокойно закурить. Он угостил Анну-Марию сигаретой. Курили молча, глядя на замок, силуэт которого резко выделялся на фоне темного леса. За ним вдали, в голубом небе, высились вершины гор.
– Что ты теперь намерен делать, Ганс? – спросила Анна-Мария. – Каким образом доставим архив американскому командованию?
– Ты шутишь, – с улыбкой ответил Клос.
Она недоуменно взглянула на капитана:
– Ты что, не знаешь, где спрятан архив в замке?
Клос внимательно посмотрел на Анну-Марию Элькен и рассмеялся.
– Знаю. Но архив, дорогая «союзница», будет передан в надежные руки. Ты все еще не поняла?
Он увидел широко открытые от удивления глаза Анны-Марии.
– Капитан Клос, ты выиграл раунд. А я так надеялась… Теперь могу признаться, Ганс, или как там тебя зовут, я не жалею об этом. Совсем не жалею, – повторила Элькен.