Чтение онлайн

Масса, а следовательно, и гравитационное поле гиганта Солнечной системы были в полторы тысячи раз больше массы Фаэтона. Сближение с Юпитером грозило планете гибелью.

И предотвратить катастрофу было выше человеческих сил.

К счастью для фаэтонцев, трагическая истина стала известка тогда, когда наука и техника достигли очень высокой ступени развития. Если они не могли изменить скорость движения планеты, то были уже достаточно могучи, чтобы принять меры к спасению ее человечества.

Для этого существовал только один путь - найти другую подходящую планету и переселиться на нее раньше, чем Фаэтон будет разорван притяжением Юпитера.

К этой цели устремились все силы фаэтонцев.

Их наука получила мощный толчок к бурному развитию - жестокую необходимость. Медлить было нельзя.

Оглядываясь сейчас на путь, пройденный предками фаэтонцев, легко заметить, что наука этого периода развивалась односторонне. Космонавтика стала превалировать над всеми остальными областями знания, оказавшимися как бы в загоне. Именно это послужило причиной заметного отставания фаэтонцев во всем, что не касалось космических полетов.

Казалось бы, что это не может иметь большого значения, поскольку речь идет о науке и технике фаэтонцев, какими они были тысячу веков тому назад. Но, как увидит читатель, отставание того периода сыграло огромную роль.

В Солнечной системе фаэтонцы не нашли подходящей для них планеты. Марс был непригоден по ряду причин. Земля и Венера, помимо того, что они были больше по своим размерам, имели уже свое население и находились слишком близко к Солнцу. Фаэтонцы не могли жить в условиях "жаркого" для них климата.

Пришлось искать пригодную планету вне Солнечной системы.

Космолеты фаэтонцев избороздили окрестности Солнца в радиусе пятидесяти световых лет.

Катастрофа неумолимо приближалась. Точный момент гибели Фаэтона был вычислен, и в распоряжении фаэтонцев оставалось не столь уж много времени.

Когда была найдена свободная планета в системе Веги (созвездие Лиры), выбора уже не было. Пришлось остановиться на ней.

Эта планета по размерам и составу атмосферы оказалась копией Фаэтона. Она была крайней планетой и от центрального светила - Веги отстояла очень далеко и благодаря этому освещалась и согревалась плохо, но все же достаточно для фаэтонцев. Ведь Вега значительно крупнее Солнца и горячее его. Солнце - звезда желтая, Вега - голубая.

Фаэтонцы прекрасно отдавали себе отчет в разнице между Солнцем и Вегой. Они понимали, что излучения чужого солнца могут отрицательно сказаться на них. По они надеялись справиться с вредным влиянием Веги, и, кроме того, у них не было возможности снова приниматься за поиски.

Великое переселение началось. Оно продолжалось несколько столетий. (Здесь всюду указываются наши земные меры времени. Фаэтонский год более чем вдвое превышал земной.)

Когда катастрофа приблизилась вплотную, переселение было закончено.

( К сожалению последняя страница журнала "Смена" № 23 за 1961 год была утеряна., краткое содержание утерянной страницы, по трилогии "Звездоплаватели")

*****************************************************************

"... На планете Фаэтон остались только последний звездолет на котором небольшая группа ученых должна была дождаться момента планетарной катастрофы, произвести наблюдения, и вылететь на новую родину. Они долетели до Венеры и остались там для наблюдений. Когда наступила катастрофа, то образовалось множество астероидов. Большая часть этих астероидов осталась на орбите погибшей планеты, но часть начала падение на Солнце. Один из астероидов врезался в Венеру в непосредственной близости от звездолета фаэтонцев. Когда оставшиеся в живых фаэтонцы очнулись и принялись исследовать повреждения своего звездолета, то их ждал еще больший удар. Все топливо необходимое для межзвездного путешествия погибло, а изготовить его можно было только в заводских условиях. На помощь улетевших к новой родине друзей также нельзя было рассчитывать. За все время переселения (около 50 лет), только один звездолет совершил полет в оба конца. Для полета же внутри Солнечной системы использовалось другое топливо и его запасы оказались практически не тронутыми. Таким образом, оставшиеся в живых шестеро фаэтонцев, оставались навечно заложниками Солнечной системы.

Прошло достаточно много времени, пока экипаж звездолета восстановил все возможные повреждения корабля. После этого они решили оставить о себе память будущим "братьям по Солнцу" т.е. разумным обитателям Земли и Венеры. Для этого они вылетели на Арсену и установили там граненые шары, справедливо рассудив, что только та раса разумных существ правильно поймет знания оставленные в них, которая может осуществлять космические полеты.

Затем звездолет вернулся на Венеру, где он и оставался до обнаружения экспедицией с Земли. До конца жизни фаэтонцы пытались обучать разумных жителей Венеры основам науки, и несколько преуспели в этом, если к моменту прилета землян у венериан еще сохранялись некоторые знания.

Через много веков с Веги прилетал звездолет, который установил на Земле (на Южном полюсе планеты) хранилище с одноразовым, голографическим гидом и пультом устройства связи. Также они установили во внешнем астероидном поясе гравитационное устройство связи ".

******************************************************************

Волгин обратил внимание на фамилии двух людей, очутившихся на корабле фаэтонцев и сумевших понять его устройство: Мельникова и Второв.

Те же фамилии носили два члена экипажа "Ленина". Что это, совпадение, или Игорь Захарович и Мария Александровна - родственники первых космонавтов?

Вспомнив о Мельниковой, Волгин нахмурился. Из двенадцати своих современников, так неожиданно прилетевших к нему из бездны Вселенной, с ней одной у Волгина не установились простые и дружеские отношения, она одна тревожила и волновала его при каждой встрече. Тяжелые воспоминания прошлого овладевали им в ее присутствии, и он не мог относиться к ней так же, как к остальным.

Это происходило потому, что Мельникова была очень похожа на погибшую жену Волгина - Ирину. Сходство между ними поразило его, как внезапный удар, еще там, в Космограде, когда он первым встретил космонавтов у выхода из корабля.

Сперва он не заметил ее: Мельникова скромно держалась позади. Его порывисто обнял и долго не отпускал от себя Виктор Озеров. Потом его обнимали Второв, Котов, Станиславская, И вдруг он увидел... Иру!

Она стояла близко от него без шлема, и золотистые волосы свободно рассыпались по ее плечам. На Волгина смотрели черные глаза под черными бровями. Никогда, ни у кого не встречал Волгин таких волос и таких глаз одновременно.

Он впился в нее глазами, взволнованный, не понимая, что перед ним: реальность или галлюцинация, вызванная встречей с современниками.