Чтение онлайн

— Не того хотели видеть? — с вызовом спросил Славка.

— Зачем, именно того… — Он пощупал бицепс на правой руке парня и заметил: — Подкачивать надо. Но ничего, у тебя время будет. Как, Антон?

— Нормально… Говорит, что все хозяйство там, — он показал рюкзак, который держал в руке. — Но мы в машине не стали проверять. Я верю ему.

— Хорошо, поверим и проверим, — спокойно отозвался Турецкий. — Тогда давайте так поступим. Я побеседую с ним, если вы не возражаете, а вы, Витольд Кузьмич, вызывайте на допрос Переверзина, а потом мы очную ставку проведем. Думаю, на сегодня этого и хватит. Надо же человеку тоже дать отдохнуть. После перелета и волнений… Антон, поднимай его в кабинет… Ребятки, — обратился он к вышедшим из микроавтобуса собровцам. Их теперь было вдвое больше, приехали и те, что сидели в саду у теткиной соседки. — Я вас хочу лично поблагодарить за работу. И попросить еще об одном маленьком одолжении. Поскольку вы свое дело уже сделали, а моя работа только начинается, мы, к сожалению, не сможем принять участие в одном важном мероприятии. А вы можете, я уверен. Капитан, вот тут, — он протянул конверт, — есть то, что нужно, чтобы снять напряжение и усталость. Стресс, одним словом. Я перед вашей операцией обещал вот Антону, — он обернулся к Плетневу, который вместе с Найденовым остановился на крыльце прокуратуры и наблюдал эту сцену, — лично всем налить, но… сами видите, не получается. Так что вы уж не сочтите за труд, сами разлейте, лады?

Капитан кивнул и усмехнулся, принимая конверт.

— И еще раз, ребятки, спасибо за службу.

— Служим России, — негромко, но твердо ответили, словно всерьез пообещали, собровцы и засмеялись.

— Ну, пошли работать, — сказал Турецкий, подняв руку, прощаясь с группой СОБРа и догоняя Антона со Славкой. Липняковский, тяжело переваливаясь из стороны в сторону, поспешил за ними.

Очная ставка в кабинете Липняковского подходила к концу…

Турецкий сидел сбоку, у стола следователя, Антон присел на подоконник, а за дверью находились двое охранников. Проводил ее сам Липняковский, как и положено следователю, ведущему уголовное дело.

Задержанные сидели друг перед другом, без наручников, перед столом следователя.

Отвечал на вопросы следователя Найденов.

— Он звонил мне на мобильный телефон. Я специально для этой цели и держал его при себе.

— Где он? — спросил Липняковский.

— Естественно, выбросил в море. Такие вещи при себе не носят. Могу показать место, если водолаза наладите. Вот эта трубка и предназначалась исключительно для переговоров. Еще связывались по электронной почте.

— Этот человек не называл вам имя заказчика?

— Нет. Но сказал, что это один очень крупный московский бизнесмен… Даже вроде бы олигарх. Но, я понял, не по делам, а по возможностям. А фирма его, точнее компания, занимается ай-ти и программированием. Я знаю примерный список таких фирм.

— И вот на этих якобы доказательствах вы строите свое обвинение? — вмешался Переверзин. Вид у него был непривычно помятый, несвежий какой-то. Ну конечно, камера не красит сидельца. — Да предполагаемых бизнесменов такого рода даже я могу назвать сотни! Если не тысячи…

— Продолжайте, — сказал Найденову Липняковский.

— Но главная задача, которая была поставлена руководителем этой группы лиц, — Славка с усмешкой посмотрел на Переверзина, — это перехватить заказ, над которым работали наши местные энергетики. Потому что, объяснил мне человек, выступавший от имени заказчика, у хозяина появились серьезные проблемы с его бизнесом. А этот заказ солидный, на несколько десятков миллиардов рублей тянет.

— Чушь какая! — воскликнул Переверзин. — Моя фирма прекрасно развивается! Посмотрите наш аудит! Взгляните на наши доходы!

Вмешался Турецкий:

— Я специально занялся этим вопросом, Григорий Алексеевич, — мягко сказал он. — Ваши дела в первом полугодии гораздо ниже прошлогодних. Это что же? Мозгов у фирмы нет? Проблемы с развитием? Очень похоже, что вам действительно был необходим спасательный круг. В виде нового грандиозного заказа.

— Мы вернемся к этому вопросу, — словно бы недовольный вмешательством Турецкого, заметил следователь. — А сейчас я попрошу гражданина Найденова взглянуть на эти распечатки. Вот… С этих номеров вам звонили? С этих электронных адресов приходили сообщения?

Слава посмотрел, отложил один лист.

— С этого он писал. С других нет… А с телефонов? Да практически со всех звонил. Но это естественно, так все хакеры делают.

— Гражданин Переверзин, — словно обрадовался следователь, — должен поставить вас в известность, что указанные телефоны принадлежали вашему внештатному сотруднику, которого вы называли Куратором особых проектов. Фамилия его установлена. Это Евсеев Николай Егорович, который выступал под фамилией Курченкова Михаила Ивановича, являлся в свое время работником Комитета государственной безопасности. Его тело нашли несколько дней назад — он стал жертвой киллера. Как, впрочем, и сам киллер со своим напарником стали жертвами очередного киллера, найденного нами уже мертвым в тамбуре железнодорожного вагона. Фамилии всех жертв, уничтожаемых по цепочке, нам удалось установить, как и места их проживания.

— Ну и что? — презрительно фыркнул Переверзин и потер запястья. — А я тут при чем? Это же недоказуемо! У вас нет свидетелей!

— Есть, — кивнул Липняковский и посмотрел на Турецкого, и тот тоже кивнул, как бы разрешая открыть заказчику некую тайну. — Перед побегом, спасаясь от ваших головорезов, так называемый Куратор оставил письмо на имя прокурора города, где подробно описал ваши с ним беседы. Представил также диски с записями ваших с ним телефонных переговоров, а также ваших выступлений по местному телевидению.

— Это все — фабрикация!

— Хорошо, допустим. А ваш разговор с мэром нашего города, где вы совершенно открыто и конкретно угрожаете ему, что, в случае его отказа предоставить вам заказ, вы готовы провалить его выборы, и вообще угрожаете ему расправой? Собственными киллерами, которые могут напасть на мэра в его подъезде? Или семью его похитить? Это тоже фабрикация? Голосовая экспертиза уже установила идентичность всех магнитофонных записей. Так что крыть вам нечем, придумайте другое оправдание.

— Не знаю, не знаю, как на это ваше самоуправство посмотрит наше правительство…

— Просто, — сказал Турецкий. — Постановление о вашем задержании подписано заместителем генерального прокурора России Меркуловым. Делайте выводы. На вас висит уже пять трупов. Вы ведь уже сидели, так что не новичок, знаете, на что тянете.

Липняковский нажал кнопку вызова, и в кабинет вошли два конвоира.

— Уводите арестованных, очная ставка закончена, — сказал он.

На руках их были застегнуты стальные браслеты. Первым вывели Переверзина, он уходил с опущенными плечами, видно, не ожидал такого удара. Да и не привык держать удары вообще. Слишком высоко вознес себя в своих представлениях.