Чтение онлайн

— Тебе несладко пришлось с Робин, — Кит отчаянно нашаривала носовой платок. — Я по-онимаю. Я ни-ни-икогда по-настоящему не понимала, как все это скве-е-ерно, до сегодняшнего дня, Ви-и-инди…

— Держи, — отключив цифровик, Март протянул ей свой носовой платок.

Кит промокнула глаза и высморкалась.

— Ничего больше не говори, Винди. Хорошо? Здесь ведь все по-настоящему красиво, даже если это и нереально. Давай просто пойдем и будем любоваться видами, пока есть время.

Они так и сделали: прошли сквозь миниатюрную долину и поднялись по склону к нарядному домику из плитняка. Малая сила тяготения делала прогулку весьма приятной. Март вспомнил, что на Небесах человек может бежать, бежать и бежать и никогда не устанет. Он где-то про это читал, только не помнил, где. Когда они перешагнули через журчащий ручеек, по берегам которого росли белые и голубые полевые цветы, Март начал легонько насвистывать какой-то мотивчик.

Благообразный мужчина лет пятидесяти или около того сажал кусты на лужайке перед домиком. Кит спросила мужчину, приведет ли эта тропа к воротам, а Март добавил:

— Врата Четыре. Мы договорились там встретиться с друзьями.

— Меня зовут Хэп Харпер. — Хэп улыбнулся и вытер руки о штанины своего комбинезона, на котором не было ни одного пятнышка. — Руки пожимать друг другу не станем — у меня они грязные. Так что придется вам поверить на слово, что это я и есть. Когда-то я работал в банке в Сэгино.

Март и Кит назвали свои имена.

— Что ж, эта дорожка не приведет вас к Вратам Четыре, если вы пойдете по ней прямо. Вам надо шагать до следующего перекрестка, затем свернуть налево. Пойдете в том направлении, пока не выйдете к мостику через озеро. Вскоре после этого будет развилка, выберете левую тропу и вскоре окажетесь на месте. Не заглянете на чашечку чаю?

Кит ответила:

— У нас не очень много времени.

Март кивком подтвердил ее слова и добавил:

— Нам надо будет вскорости уйти, но чаю я выпил бы с удовольствием. Если вас это не затруднит.

— Ни в коем случае!

Гостеприимный хозяин провел их в безукоризненно чистый дом, который внутри казался гораздо более просторным, нежели это можно было предположить, оценив его внешние габариты. Они прошли через гостиную и столовую в уютную кухню, где ряды до блеска отполированных медных кастрюль и сковородок отражали связки лука и домашних колбасок, свисающих с потолочных балок.

— Мистер Уайлдспринг, независимый видеопродюсер, — представил хозяин Марта улыбающейся седовласой даме. — Он и мисс Карлсен снимают здесь документал про наши места.

— О, я бы хотела посмотреть это, — оживилась женщина. Она вытерла руки кухонным полотенцем и протянула руку Кит. — Зовите меня Ида, мисс Карлсен. Это случайно не вы вели «Субботнее шоу игрушек»?

Кит улыбнулась.

— Зовите меня Кит, Ида. Да, это была я. Три долгих, как жизнь, сезона я играла в игрушки и разговаривала с игрушками. Пожалуй, я предпочла бы разговаривать с щенками и котятами.

Март сказал:

— Я заметил стереовид в вашей гостиной, Ида. А меня, кстати, можете называть Март. Я знаю, это необычное имя, но я родился в марте, и родители решили, что Март Уайлдспринг будет звучать забавно.

Ида улыбнулась.

— Я тоже могла бы вам кое-что сказать про имя Хэпа. Может, и скажу попозже. Вас интересует, смотрим ли мы «видик»?

Март кивнул.

— Да. Не часто, но время от времени.

— Я не могу показать вам наш документал, как он будет показан в Сети, — объяснил ей Март. — Фильма, по сути, еще нет. Но у меня с собой диск, на котором запечатлены ваши дивные места. С удовольствием покажу вам отдельные фрагменты.

Хэп произнес одобрительно:

— Мне бы тоже хотелось их увидеть.

— Но сначала я должен кое-что вам сказать, — предупредил Март. — Это займет минут пять.

Ида снова улыбнулась.

— Вот и прекрасно. А я за это время заварю чай. Чай должен настояться.

— Вы ведь слышали поговорку о людях, которые видят мир сквозь розовые очки, — начал Март. — Это, конечно же, может быть понято и буквально. Если глядеть через стекла с розовым напылением, то все вокруг выглядит гораздо более приятным и здоровым. Я уж не говорю о тех чудесах, которые творят профессиональные фотографы и операторы, а также о компьютерном волшебстве.

Кит спросила:

— Разумно ли это, Март? Может, лучше не вглядываться во все слишком пристально и оставаться в неведении?

Март пожал плечами.

— Любовь тоже может вызвать такой эффект. А любовь к самому себе в этом смысле вообще вне конкуренции. Я как-то шел по улице, вдруг увидел парня со злобным взглядом и помятым лицом и подумал, что этот тип выглядит, как будто на него свалились все беды мира. А сделав еще два шага, я понял: это мое собственное отражение в витрине магазина. Когда я смотрю в зеркало осознанно, я выгляжу совсем по-другому. Для себя родимого я выгляжу гораздо приятнее.

Ида глубокомысленно изрекла:

— Любовь позволяет нам увидеть все то хорошее, что есть в человеке, все прекрасное и чудесное, мимо чего мы проходим в повседневной суете.

— Совершенно верно, и я могу привести вам интересный пример этого. Я люблю Кит, и думаю, что она прекрасна. Не просто прекрасна, но совершенна, и я повторял ей это снова и снова. Когда я попал сюда, все здесь выглядело очень, очень красивым. Ну, вы и сами это заметили.

Хэп и Ида согласно кивнули.

— Когда я смотрел на Кит, она выглядела прекрасно — но точно так же выглядела наша знакомая по имени Сью и некоторые другие женщины, которых я тут повстречал. Я призадумался над этим. Меня также удивляла одежда Кит, поскольку она совсем не изменилась. Кит выглядит прекрасно во всем, что на ней надето, и она смотрелась прекрасно вот в этом — в некоей детали нижнего белья, в том, что на ней сейчас, во всем. И все эти одежки тоже выглядели прекрасно. Но они не изменились. Они немного помяты, но сомневаюсь, что вы это заметили.

— Я точно ничего не заметил, — заявил Хэп.

— Вот это меня и удивляло. Кит как-то мне говорила, что в любой женской фигуре обязательно найдется какой-то недостаток. Может, и больше, но как минимум один гарантированно имеется. У женщин есть еще и недостатки характера. Например, Кит слишком доверчива. Я люблю ее за это, но это недостаток, и он мне известен.

Ида глядела на Марта, как обычно люди смотрят поверх стекол очков, только вот никаких очков у нее на носу не было.

— Вы хотите сказать, что с мужчинами все не так?