Чтение онлайн

Дорога до Храма Старшего Бога показалась мне очень длинной. Солнце жалило лучами в макушку, горячий воздух обжигал лёгкие.

Саган поднялся по ступеням первым, перехватил ребёнка поудобнее и без стука отворил дверь. В помещении стояла звенящая тишина, на лавках, стоящих вдоль стен, сидели или лежали люди. Многие расположились на полу, кто-то расхаживал по коридору до алтаря и обратно. И у всех было такое выражения лица, словно они уже успели друг с другом попрощаться и приготовились к самому худшему.

Удар распахнувшейся двери о стену в этой тишине показался оглушительным. Первым на звук повернулся Вильгельм. Главный жрец с секунду смотрел на чародея, державшего на руках ребёнка, а потом ахнул и кинулся помогать.

Сразу все оживились, появилась мать мальчишки. Рыдая от счастья, она благодарила мужчину и качала на руках спящего сына.

Кто-то рассмеялся, его смех тут же подхватили другие. Они подходили по очереди, благодарили Сагана, улыбались нам и обнимали друг друга.

Чувствуя, как от усталости подгибаются ноги, я опустилась на ближайшую лавку, кто-то впихнул мне в руки чашу с водой. Мысленно поблагодарив заботливого человека, сделала несколько глотков. Ледяная колодезная вода ободрала горло.

— Шерил, — рядом села мама, прикоснулась к моему плечу. — Как ты?

— Терпимо, — голос звучал глухо, а я почти не соврала. Не знаю, ощутила ли это «почти» её искра, но менять ответ было уже поздно.

— Я почувствовала, — прошептала она. — Ты нашла его, да?

Не ответив, я поставила чашу на пол рядом. Руки предательски тряслись.

— Он умер, Шерил. Ведь так?

Я подняла взгляд, встретилась им с маминым и тут же отвела:

— Он умер пятнадцать лет назад, когда бросил нас. Когда уехал на задание, выданное Ложей, и не выполнил его. Именно тогда умер Беон Селинер.

— Но… — Маливика хотела что-то добавить, но я встала с лавки.

— Прости, я очень устала. Пойду в дом.

— Да, конечно, — она больше ничего не сказала, а я развернулась и вышла из храма, отметив, как младшие жрецы подхватили под руки Драфока и Бристию и провели их в одну из комнат.

Но, несмотря на свои слова, в дом я так и не пошла. Улицы были уже не так пустынны, но большинство людей осталось в стенах храма.

Я свернула на одну из боковых улочек, чтобы не попадаться никому на глаза, и направилась к реке.

Тёплый противный ветер подбрасывал волосы, шуршал подолом, который при каждом шаге обвивался вокруг ног. Облака тонкой дымкой растянулись по небосводу и совершенно не защищали от прямых обжигающих лучей солнца.

Река уже виднелась вдали, шумела небольшими волнами, сияла лазурью. Вода была настолько чистой, что я видела рыб, подплывших к поверхности и жадно разевающих рты.

Спустившись к берегу, скинула обувь и платье, оставшись в одном нижнем белье. И, не заботясь, что кто-то сможет меня в таком виде увидеть, вошла в воду.

Волны накатывали одна за другой, ударяли в плечо, течение пыталось утащить за собой.

Прохладно, уютно и спокойно.

Эти чувства отличались о тех, что я сейчас испытывала, более чем полностью.

Смыв с тела грязь, пот и кровь, я выжала волосы, подхватила вещи, оставшиеся на берегу, и направилась по илу в сторону леса. Берег медленно поднимался, превращаясь в холм, отгораживая меня, идущую по самой кромке, земляной стеной. Скрывал от глаз тех людей, которые уже могли прийти на поле.

Пройдя ещё немного, я накинула на себя остатки платья и опустилась на мягкую землю. Идти больше не было никаких сил.

Обхватив колени руками, закусила губу и выпустила всю боль наружу.

Мама говорила, что одна её знакомая мудрая колдунья уверяла всех в том, что чародейки не должны плакать. Но сейчас эти слова забылись, стали чем-то таким далёким и несуществующим.

Эмоции смешивались с силой.

Поднялся ветер, вскинул волну, набросил её на берег. Я не могла это контролировать. Да и не хотела.

Брызги долетали до меня, попадали на волосы и кожу, а слезы текли по щекам.

Он мёртв. Я искала его. Искала для того, чтобы узнать почему он ушёл. Думала, что он в беде. Что его похитили, лишили памяти или держат где-то в плену. Я была так самонадеяна. Но у меня была цель.

А теперь…

Теперь он оказался предателем, сломавшим мои мечты, мои представления о нём. Он оказался монстром.

Лучше бы я его не искала! Было бы всем лучше. Правильно я сказала маме: Беон Селинер умер пятнадцать лет назад. Тогда, когда бросил нас. Ушёл, ничего не объяснив. Променял на силу, из-за которой погибали люди. Он умер пятнадцать лет назад, когда родился монстр.

Ветер гладил меня по волосам, с которых все ещё капала вода. Он будто бы пытался меня успокоить. Вода подкатила волной к ногам, лизнула ступни.

— Шерил?

Я вздрогнула, подняла лицо от колен и провела ладонями по щекам, пряча свою слабость.

Саган сел рядом, посмотрел на реку, которая вновь жила своей жизнью.

— Как ты меня нашёл?

— Когда-то давно я поставил на тебя отслеживающее заклинание, — усмехнулся мужчина. Он протянул правую руку, завёл мне её за спину и притянул к себе. — Хочешь высказаться?

Я уткнулась носом ему в грудь и качнула головой:

— Нечего тут высказывать. Просто все опять вышло не так, как мне того хотелось бы. Я переживу это. Я все это переживу.

Голос дрогнул, так же как и плечи, но я удержала рвущиеся слезы обиды и злости. Злости на саму себя и свою наивность. Какой же я была дурой, если думала, что смогу заполучить внимание этого мужчины, что смогу стать самой сильной чародейкой своего поколения и смогу отыскать и спасти пропавшего отца. Это было верхом дурости.