Чтение онлайн

Ронан не сумел уберечь их хрупкий союз от этого испытания. И он будет последним слабаком, коли не возьмется исправить это.

А если с чем и стоит бороться в этой ситуации, чему противостоять, так это лжи, прокравшейся в их отношения, которые до сих пор казались безоблачными. И кроется эта ложь не в тайнах и недоговоренностях, а в его собственной нерешительности, в неспособности правдиво ответить на внутренние вопросы.

Минуло три часа, как Ронан носился по Парижу в поисках Керри. Попытка застать ее в отеле оказалась безуспешной, но от портье он узнал, что мадемуазель Дойл не съехала. Тогда Ронан стал соображать, где могла она быть в такой час, в день после бури, в минуты смятения и печали.

В конце концов интуиция привела Ронана в Люксембургский сад, где он нашел ее сидящей у фонтана в тени золотистых крон деревьев. И его немало поразило то, что против ожидания она была в обычном своем настроении. Тихая и светлая, с сияющим спокойным взглядом...

Ронан подсел к ней и взял за руку. Керри словно не удивилась, увидев его возле себя.

— Что, Ронан? — спросила она.

— Ты знала, что я найду тебя здесь?

— Почему ты так думаешь?

Пожав плечами, Ронан промолчал.

— Просто я не могла найти более подходящего места, чтобы вспомнить все, что произошло в моей жизни от того момента, как мы встретились, до вчерашнего дня. Я чувствовала потребность разобраться во всем. Знаешь, по прошествии времени некоторые вещи видятся яснее.

— И что же ты поняла, Керри? – осведомился он.

— Вероятно, словами этого не выскажешь... Я вспомнила, как мы встретились, познакомились, вспомнила наш первый день в Нью-Йорке. Меня тогда еще очень удивило, как ты держишь меня под локоть. Казалось, тебе приятно прикасаться ко мне... Признаться, это было лестно, — усмехнувшись, проговорила она. — Подумать только, какой глупой я была.

— Думаешь, я держался за тебя, как за поводыря? Это неправда, Керри. Все дело в том, что ты казалась такой маленькой и ранимой в нью-йоркском столпотворении, такой неприспособленной. Мне хотелось вселить в тебя уверенность. С некоторых пор я сам начал сталкиваться с ощущением беззащитности перед этим миром... И это в самом деле было приятно. Ты в отличие от многих девиц, которых я знаю, воспринимала это с самого начала спокойно, без жеманства. Как должное. Вот я и решил, что вместе нам будет уютно, по-дружески. Да, в этом путешествии я рассчитывал в случае чего на твою помощь, но и сам чувствовал в себе силы позаботиться о тебе... Просто удивительно, что доверие возникло сразу. И за все это время у нас не было ни единого повода усомниться друг в друге.

— Да, Ронан, до вчерашнего дня. Стоит только узнать, что близкий человек от тебя что-то скрывает... Паранойе не нужно искать повода лучше.

— Керри, пойми и меня. Мне не хотелось рассказывать тебе об этом походя, между делом. Я постоянно раздумывал над тем, как и когда это будет правильнее сделать. Но болезнь наступает быстрее, чем приходит правильное решение. Недуг обнаружил себя тогда, когда ни я, ни тем более ты не были готовы к этому разговору... А с другой стороны, было огромное искушение утаить это от тебя. Просто попрощаться и остаться наедине с наступающей теменью.

— Глупо, — отозвалась на его признание Керри.

— Согласен, это глупо. Но я ведь не думал, что будет так больно тебя терять, в особенности слышать голос твоего разочарования, слова сожаления о том, что наша встреча состоялась.

— Ты хотел, чтобы мы расстались, Ронан. Это случилось. Зачем же ты искал меня сегодня? Хочешь уверить в том, что наша встреча не была напрасной? Тебе так важно, чтобы я хранила теплые воспоминания о тебе?

— И да, и нет, Керри. В том, что нашей встречей мы обязаны судьбе, нет никаких сомнений. И то, что мне дорого твое дружеское отношение, — тоже правда. Наше нелепое расставание — это ошибка, которой могло бы не быть, если бы я не переоценил себя. Мне до последнего момента казалось, что если я не окончательно слеп, то все еще властен над обстоятельствами. Как видишь, болезнь меня обыграла... Да и ты оказалась, на мою беду, куда более догадливой, чем я мог предположить, — пошутил Ронан О'Киф, заставив Керри улыбнуться.

— Зачем я тебе, Ронан? И вообще, я ли тебе нужна?

— Еще вчера у меня не было ответа на этот вопрос. Ведь не он меня мучил до сих пор. С самого детства я знал, что однажды ослепну полностью. Эта болезнь — мое наследство, генетическое отклонение. Она у меня от матери, мужчин ее рода так же, как и меня, настигала эта напасть рано или поздно. Я достаточно быстро узнал, что моим сыновьям это не грозит, а сыновьям дочерей — кто знает... Мои сестры — они счастливицы, у них рождаются дочери... Опасность слепоты — это словно грозовая туча над нашим семейством... Но я не умею смиряться. До последнего момента я искал решение. В Нью-Йорк я летал на врачебную консультацию. Во мне еще теплилась надежда. Но все, что мне смогли гарантировать, — это короткое время, в течение которого я еще смогу видеть, стремительно теряя эту способность. Мы встретились с тобой в момент моего отчаяния, когда во мне боролось два побуждения: с одной стороны, желание все бросить и предаться судьбе, а с другой стороны, стремление строить планы на будущее и многое успеть. И твой азарт стал для меня решающим фактором в этом выборе. Воодушевляло то, что ты нуждаешься во мне не меньше, чем я в тебе. И наш тандем был вполне успешным, не говоря уже о том, что и удивительно приятным... Признаюсь, Керри, я сознательно заставлял тебя поверить в то, что делаю все это единственно для тебя. Я искренне хотел стать твоим героем — несмотря ни на что. И до вчерашнего дня я не готов был расписаться в своей ущербности.

— Ты не ущербен, Ронан! — пылко возразила Керри, крепко сжав его руку в своей. — Не смей говорить так о себе. Еще ни с кем никогда я не чувствовала себя так надежно. Мне бы и в голову не пришло, что такой человек, как ты, может нуждаться в моей помощи. И если уж заговаривать об эгоизме, то я этим свойством тоже не обделена. Быть может, невнимательность к тебе не позволила мне заметить твою проблему раньше... А что касается моих вчерашних слов о том, что я сожалею о нашей встрече, мне стыдно за них, Ронан. Что бы там ни было между нами, кто бы ни совершил ошибку, это путешествие останется самым ярким и памятным событием в моей жизни. И только тебя я должна благодарить за то, что ко мне вернулся вкус к рисованию.

— Откровенно говоря, я серьезно рисковал, увлекая тебя в эту авантюру. И один раз чуть не поплатился за это.

— Ты имеешь в виду случай в Дубае?

— Да, тогда я не на шутку растерялся, — признался Ронан.

— А я была уверена, что ты меня по-мальчишески разыгрываешь, — отозвалась Керри Дойл. — Но я помню наш вчерашний разговор, Ронан. Я делаю вывод, что ты знаешь меня недостаточно для того, чтобы быть уверенным во мне настолько же, насколько я была уверена в тебе все то время, что мы были вместе, — заключила девушка. — К сожалению, я не сумела заслужить твое доверие.

— Или я не нуждался в тебе настолько, насколько ты нуждалась во мне, — предложил свою версию Ронан. — К сожалению, это исправимо... Угадай, для чего я тебя искал?

— Вероятно, для того, чтобы задавать сложные вопросы, вроде этого.

— Нет, милая. Я хотел тебя предупредить, что Ронан О'Киф не подарок.

— Это мне уже известно, — отозвалась Керри.

— И еще ты должна знать, что я сделаю все, чтобы не усложнять больше наши отношения всяческими недоразумениями, вроде вчерашнего, — добавил он.