Чтение онлайн

Эти фразы не имели никакого отношения к делу кадета Фрая, но они высекли между мною и Тайером дружественную искорку. Правда, я не увидел на полковничьем лице улыбки (за все время нашего общения с ним я вообще не видел его улыбающимся), но кое-какие острые углы сгладились.

– Не стану скрывать, мистер Лэндор, что львиная доля выпадов направлена лично против меня. Кем меня только не называют! И тираном, и деспотом. Любимое словечко – варвар.

Полковник остановился. Казалось, он дожидался, пока смолкнут отзвуки произнесенного слова.

– Приятного мало, полковник. Я говорю о вашем положении. Вы понимаете: стоит распространиться слухам, что вы в академии установили драконовские порядки, а кадеты настолько подавлены и доведены до отчаяния, что готовы наложить на себя руки…

Слухи о смерти Лероя Фрая уже вылетели за пределы академии, – перебил меня Тайер. Его лицо побелело и стало похожим на кусок льда (все следы возникшей между нами симпатии исчезли начисто). – Я не в силах этому помешать, как не могу помешать людям строить собственные домыслы. Сейчас единственная моя забота – не допустить, чтобы расследование оказалось в руках… некоторых сторон. Я взглянул на него.

– Некоторых сторон в Вашингтоне? – уточнил я.

– Вот-вот, – подтвердил Тайер.

– Сторон, которым ненавистно само существование академии и которые ищут лишь повод, чтобы сровнять ее с землей.

– Вы правы, мистер Лэндор.

– Но если вы покажете им, что держите ситуацию в своих руках и кто-то уже занимается расследованием, возможно, вы сумеете отогнать этих ищеек.

– Ненадолго, – сказал он.

– А если я ничего не найду?

Тогда я буду вынужден представить доклад командиру Инженерного корпуса, а тот, в свою очередь, обратится к генералу Итону [17] . И нам останется лишь ждать их коллективного приговора.

Мы остановились возле двери палаты Б-3. Снизу доносился раздраженный голос служительницы. Доктор Маркис что-то отвечал ей, говоря нарочито медленно. Извне слышались писклявые звуки флейты. За дверями палаты Б-3 было абсолютно тихо.

– Кто знает, – ободряюще сказал я полковнику Тайеру. – Возможно, смерть кадета не нарушит общего равновесия и не затронет вашей карьеры.

– Если я способен вас в чем-либо убедить, мистер Лэндор, то поверьте: карьера для меня ничего не значит. Будь я уверен, что академия выживет без меня, я бы завтра же покинул ее стены и ушел не оглядываясь.

Сопроводив сказанное энергичным кивком (возможно, это тоже был жест симпатии), полковник продолжал:

– У вас есть дар, мистер Лэндор. Вы умеете вызывать доверие к себе. Не сомневаюсь, вы искусно пользуетесь своим даром.

– Как сказать, полковник. Вы и впрямь считаете, что я – ваш человек?

– Иначе мы бы сейчас не говорили, стоя здесь.

– И вы готовы сохранять эту уверенность до самого конца?

– Если понадобится – даже и после, – ответил Сильвейнус Тайер.

Я улыбнулся и перевел взгляд на круглое коридорное окошко, где в солнечных лучах танцевали пылинки. Тайер сощурился.

– Как мне расценивать ваше молчание, мистер Лэндор? Как согласие или отказ?

– Пока никак, полковник.

– Если вопрос касается денег…

– У меня достаточно денег.

– Возможно, есть какие-то другие сложности?

– К предлагаемому мне расследованию они не имеют отношения, – как можно учтивее ответил я.

Тайер откашлялся. Он старался сделать это без излишнего шума, но мне показалось, что у него в горле застрял плотный комок.

– Мистер Лэндор, когда кадет умер совсем молодым, да еще наложив на себя руки, с этим трудно смириться. Но когда кто-то гнусно надругался над беззащитным телом… подобное просто невыносимо. Это преступление против природы. Мне оно также видится ударом в сердце…

Полковник спохватился, однако слово уже вылетело из его уст.

– В сердце нашей академии! Если надругательство совершил какой-нибудь сторонний фанатик, пусть над ним свершится Божий суд. Но если это дело рук кого-то из наших, я не успокоюсь до тех пор, пока виновный не будет вышвырнут из Вест-Пойнта. В кандалах или нет, но для блага академии он должен немедленно ее покинуть.

Закончив тираду, Тайер тихо выдохнул и опустил голову.

– Если вы возьметесь за расследование, мистер Лэндор, вашей задачей будет найти злоумышленника, а также помочь нам удостовериться, что подобное никогда не повторится.

Я молча поглядел на него, затем достал свои карманные часы и постучал по циферблату.

– Сейчас без десяти пять. Что вы скажете, если в шесть я вернусь сюда и мы снова встретимся? Вам это не создаст затруднений?

– Ничуть.

– Прекрасно. Обещаю к тому времени дать вам свой ответ.

Я собирался в одиночку прогуляться по окрестностям, что делал всегда, берясь за то или иное расследование. Однако командование академии мое намерение не устраивало. Они посчитали, что мне непременно нужен сопровождающий. Эту роль вновь поручили лейтенанту Мидоузу. Вряд ли он пришел в восторг, но, должно быть, ему доходчиво объяснили, насколько его наблюдение за мной важно для спокойствия Вест-Пойнта. Во всяком случае держался Мидоуз приветливее, чем во время нашей поездки сюда. Изуродованного тела Лероя Фрая, надо полагать, ему никто не показал.

– Куда желаете пойти, мистер Лэндор?

Я махнул рукой в сторону реки.

– Идемте в восточном направлении, лейтенант.

Чтобы добраться туда, вначале нам требовалось пересечь Равнину. От ее былой пустынности не осталось и следа. Сейчас там заканчивался вечерний парад. Кадеты Военной академии Соединенных Штатов маршировали поротно – по четыре роты сразу. Оркестр играл последний марш. Дирижер ритмично вздымал и опускал трость, украшенную ленточками. Головной убор дирижера представлял довольно забавное сооружение, напоминая ярко-красный мешок для варки пудинга. Ухнул пушечный залп, и звездно-полосатый флаг заскользил вниз по флагштоку, словно носовой платок, оброненный хорошенькой девушкой.

– Заряжай! – крикнул офицер, командующий парадом.

Ветер и расстояние исказили его команду, и я услышал нечто похожее на «Не рожай!». В то же мгновение послышался лязг двух сотен мушкетов. Каждый кадет сосредоточенно вглядывался в дуло своего мушкета. Офицер выхватил из ножен шпагу, щелкнул каблуками и скомандовал:

– Взять на изготовку!

Ветер вновь сыграл со мной шутку. Я знал эту команду, но услышал ее как «Зять в топку!» Даже знакомое «Пли!», прозвучавшее следом, отозвалось у меня в ушах: «Влип!» Кадеты тут же сделали пол-оборота направо, готовые выстрелить по врагу.