Всем сердцем
Шрифт:
Серена вздрогнула.
– Значит, все тревоги позади, Рори?
– Да, Серена, – сказал он. Потом добавил: – Почти все.
Спустя несколько дней Серена сидела за столом в конторе «Рая» и писала письмо:
«Дорогая Тан Пин!
Все наконец закончилось, и я полностью оправдана! Уже три дня прошло с тех пор, как Рори обнаружил в комнате Брэда Страйкера несомненные доказательства его вины. Вчера утром судья Андервуд огласил решение суда. Теперь все официально признано. Брэд Страйкер убил моих родителей и Мадлен. А я свободна. Свободна! Не могу даже описать, как это замечательно!
Надеюсь, у вас с Шу Тао все нормально. Спенсер Хард осмотрел участок земли, завещанный мне тетей Хетти. Это участок Голд-Хилл, и судья сказал, что он знает несколько горнорудных компаний, которые готовы немедленно купить его. Но он посоветовал мне сдать землю в аренду. И сказал, что я стану богатой! Можешь себе представить?!
Если это произойдет, Тан Пин, у меня есть несколько замыслов...»
Серена задумалась. Она вспомнила, как предложила мистеру Хо привести к нему доктора, а тот ответил, что большинство докторов не лечат китайцев.
Она продолжила:
«Если мне повезет, я хотела бы оплатить обучение Шу Тао на доктора. Я уверена, ему придется нелегко, но с его умом он сумеет стать прекрасным доктором. Я делаю это предложение не из благодарности за все, что ты и твой сын сделали для меня, хотя я, конечно, безумно вам благодарна. Основная причина в другом. Я думаю, что Шу Тао должен стать доктором. Он сможет принести много пользы своим соотечественникам.
Скажи Даррелу, что я...»
Может, лучше не передавать ничего Даррелу?
Она подняла голову, услышав мужские голоса и раскатистый смех Спенсера Харда. Серена торопливо вышла в коридор. Ей навстречу шли Хард, Рори и судья Андервуд; за ними прихрамывал улыбающийся Фокси, только сегодня вставший с постели. К удивлению Серены, все трое были одеты в свои лучшие костюмы. Была еще только середина дня, и она думала, что Рори сейчас работает.
– Приветствую вас, джентльмены, – мило улыбнувшись, произнесла она. – Какая приятная неожиданность!
После обмена приветствиями Хард протянул ей телеграмму.
Серена открыла ее и быстро пробежала глазами по строчкам.
«Поздравляю с победой, милая. Жаль, что нам не придется съездить вместе в Новый Орлеан. Скоро я уеду отсюда. Пусть госпожа Фортуна хранит тебя и сына проповедника. Даррел».
– Я телеграфировал ему, что ты оправдана. Серена, смахнув непрошеные слезы, подняла глаза.
Потом слабо улыбнулась Кленденнингу и поцеловала его.
– Прекрасно. Но может быть, мужчины хотят выпить? – предположила она.
– Не сейчас, – сказал Рори. – После.
– После чего? – смущенно посмотрела на него Серена.
– После того, как судья Андервуд сочетает нас браком. Он пришел для этого.
– Браком? – Серена задохнулась от изумления. – А со мной не посоветовались? Ты даже не сделал мне предложение, Рори Кленденнинг!
– Я сделал его. И ты сказала, что выйдешь за меня замуж, когда все закончится, когда с тебя снимут обвинение в убийстве. Все закончилось, и мы можем пожениться. Прямо сейчас!
Некоторое время Серена боролась с собой, потом беспомощно рассмеялась:
– Я обещала, неужели? Тогда чего мы ждем? Джентльмены... – Она сделала широкий приглашающий жест, и они прошли в гостиную.
Судья Андервуд огляделся, поправил воротничок и неодобрительно хмыкнул.
– Что вы ищете, ваша честь? Молоток? – серьезно спросил Хард. – Сегодня он вам не понадобится. Все, что нужно, здесь уже есть: жених и невеста. Жених купил кольца, а свидетелями будем мы с Фокси.
– Я совершал не так уж много свадебных церемоний, – грубовато отозвался судья Андервуд.
– Мне кажется, они все похожи одна на другую.
Спенсер Хард поставил перед судьей Андервудом жениха и невесту. Они с Фокси встали по бокам. Возникла неловкая пауза. Хард достал сигару, повертел ее в руках, разглядывая, и со вздохом сунул обратно в карман. Он бросил взгляд на судью Андервуда:
– Мы готовы, ваша честь. Начинайте!
– Если бы мы были в суде, я оштрафовал бы вас за неуважение к суду, адвокат, – проворчал, покраснев, судья Андервуд. – Пусть жених и невеста возьмут друг друга за руки. – Он помолчал и продолжил: – Мы собрались здесь, чтобы соединить этих молодых людей священными узами брака...