Всего лишь игра

Джилл толчком руки распахнула окно и прокричала поджидавшим ее друзьям:

— Эй, только без меня не уходите!

Они и не уходили, поскольку ради нее, собственно, и пришли, а пока между делом пинали мяч и собирали у забора опавшие листья.

Джилл, однако, продолжала стоять у окна, упершись коленом в стоявший рядом маленький диван, как говорится, на всякий случай — а вдруг все же вздумают уйти.

— Ну, быстрей же ты, Шар! — нетерпеливо проговорила она своей маленькой сестренке, хотя на самом деле адресовала эту фразу скорее матери, которая уже так укутала девочку, что та стала походить на большой кокон, стоящий на тоненьких ножках.

— А я-то тут при чем? — запротестовала Шарлотта. — Я бы уже давно была готова, если бы мама не укутывала меня так.

— На улице сильно похолодало, — заметила мать. — И я уже сказала, что ты не выйдешь из дома, пока как следует не оденешься.

— О, а мне обязательно брать ее с собой? — жалостливо проговорила Джилл. — Мы же все намного старше ее, и никому не хочется играть с ребенком, когда ты намного старше его.

— А вот и хочется! — надулась Шарлотта.

— Стой спокойно, — сказала мать.

— Все равно это нечестно, — продолжала настаивать старшая девочка.

— Честно, честно, — сказала за ней Шарлотта.

— Честно, честно. И вообще ты еще глупая! Ты такая маленькая, что вообще никогда не вырастешь. Всю жизнь будешь меньше и младше меня!

— Не маленькая!

— Хватит спорить! — вмешалась мать. — Что вы все время, словно две старухи! Тебе, Джилл, радоваться надо, что с младшей сестрой разрешают погулять, а ты, Шар, дорогуша, смотри, как дети играют, и потихоньку подключайся.

— Она и так подключается, в том-то все и дело. Подключается, а ее то с ног сшибут, то сама начинает обманывать других, а обвиняют во всем меня, хотя это не я, а она сама все нам портит.

— Не порчу, — хмуро проговорила Шарлотта.

— Ну, наверное, она просто не знает правил, как играть в эти игры, так ведь, мой котеночек? — спросила мать, завязывая на дочке последний узел. — Ну, бегите, попрыгуньи.

Шарлотта бросилась к двери, но Джилл опередила ее и здесь.

— Я сама открою дверь. Когда ты со мной, подобными вещами буду заниматься только я.

Снаружи Энтони уже зашел в их сад и теперь помахивал каштаном, привязанным к тонкой веревке. Через секунду мальчик принялся вращать его наподобие пропеллера, который как бы подтягивал его к двери.

Джилл отвела Шарлотту чуть в сторону.

— Смотри, в лоб ей не попади своей штуковиной.

— Я им уже восемнадцать побед одержал, — проговорил тот. — А вот только сейчас Малькольма побил, хотя у него тоже девять побед.

— У Малькольма был красный каштан, — вставила Шарлотта.

— Коричневый, — возразил ей Энтони. — Они все коричневые. — Он оглядел Шарлотту с головы до ног. — Мы на холм идем, так что тебе, Чарли, с нами не по пути.

— Не называй ее Чарли, — проговорила Джилл, беря сестру за руку. — Она не мальчик.

— Я не мальчик, — повторила Шарлотта.

— Это и хорошо, потому как никудышный мальчишка бы из тебя получился. И все равно, путь туда неблизкий, а потому с нами тебе нельзя.

— Можно, — сказала Шарлотта.

— Ну пусть она пойдет, — стала просить за сестру Джилл. — Если ее не взять, меня тоже не пустят.

— Ну ладно, только пусть все время остается рядом с тобой. Будешь водить — она будет водить с тобой, и прячьтесь тоже вместе.

— Ладно, — вздохнула Джилл. Обе они двинулись следом за Энтони в сторону садовой калитки. Не оборачиваясь, мальчик ткнул пальцем себе за спину:

— Оказывается, Чарли тоже пойдет.

— Привет, Шар, — дружелюбно произнесла Молли. — Какой красивый у тебя берет. Новый, наверное?

— У меня и туфельки новые, — кивнула Шарлотта, продолжая держать сестру за руку и одновременно приподнимая одну ногу. — А синие мне уже малы.

— Ну хватит, пошли, — вмешался Малькольм. — И так уже целый час вас двоих прождали. Иначе до вечера никогда с вами не доберемся.

Шарлотта быстро повернулась в сторону Малькольма и ухватила Молли за рукав.

— А синие туфельки мама убрала в шкаф, — добавила маленькая девочка, — чтобы потом на руках их носить.

— Как это на руках? — начала было Молли.

— Не слушай ее, она все перепутала, — вмешалась Джилл. — Мама сказала, чтобы они всегда под рукой были.

— Но зачем? — не унималась Молли. — Я все еще никак понять не могу.

— Мама беременная, — прошептала Джилл.

— Да ты что?! — изумилась Молли. — Она у тебя что, всегда беременная?

— Не знаю, — сказала Джилл, — но ей это, кажется, нравится. Зато мне от этого достается. Ей ведь после обеда надо отдыхать, вот мне и приходится повсюду таскать Шар с собой.

— Когда подрасту, сама буду везде ходить, — заметила Шарлотта.

— Шар такая миленькая, — восторженно произнесла Молли. — Как бы я хотела, чтобы у меня тоже была сестренка. Да только мама никак не может забеременеть.

— Ш-шшш, — предостерегла ее Джилл.

— А она что, не знает?

— Мама хочет, чтобы это стало для нее чем-то вроде сюрприза. Хорошо бы, чтобы так оно и оказалось, потому что потом настанет уже ее черед ходить на подобные послеобеденные прогулки.

— А миссис Фишвик сказала, что перережет себе горло, если родит еще одного, — заметил Дэвид.

— А ты-то откуда знаешь, носатик? — спросила Джилл. — Ведь ты же мальчик.

— Перережет себе горло… — в тон ему повторил Энтони, после чего все остальные подхватили эти слова и принялись распевать, шагая по тротуару: