Чтение онлайн

Вдруг по гаражам скользнул свет, а я услышала гудение мотора. Но не стала подниматься и продолжила лежать, глядя на небо. Хлопнула дверца машины. Шаги. Сердитый голос.

— И какого хрена ты лежишь на мокром асфальте? Заболеть решила, да?

— Тимур, не ругайся, — я села на асфальте и посмотрела на мужчину, — Просто решила полежать.

— Дома, в кровати лежать будешь, — продолжал сердиться начальник, — А не на улице, после дождя. Поднимайся!

Я послушно встала, но тут же сморщилась от боли в колене — ударилась не слабо так. Тимур Ильдарович тоже заметил, что я скривилась и вопросительно посмотрел на меня.

— Упала, — коротко ответила я, поднимая грязный скейт.

— Садись в машину. Отвезу тебя домой.

— Я грязная, — ответила я, указывая на свою испачкавшуюся одежду.

— Плевать, завтра заеду на автомойку, — произнёс Тимати, — Садись в машину, я говорю.

— Хорошо, папочка, — фыркнула я, но всё же направилась в автомобиль. Уже когда мы выехали на дорогу, я поинтересовалась, — А ты чего так поздно там делал?

— Тоже самое, что и ты…

— Ясно.

Когда машина подъехала к подъезду, я посмотрела на начальника.

— На кофе, в знак благодарности, зайдёшь?

— Нет, дома Алиска ждёт, — ответил мужчина.

— Окей. Тогда до завтра.

Я вышла из машины и направилась к подъезду, не забыв забрать свой скейт. Кинув его в прихожей, я пошла в ванную комнату, на ходу стаскивая с себя грязную и мокрую одежду. Бросив вещи в стиральную машинку, я включила режим стирки и стала наполнять ванну водой.

Вернувшись в спальню, я глянула на себя в зеркало. Господи, вот и скажите, что я певица, а. Измазанные и поцарапанные руки, подёртое колено и синяки под глазами, которые никак не желали уходить, несмотря на то, что выспалась за последние сутки.

— Хрюшка, — произнесла я, показав своему отражению язык, а потом взяла комплект ночной одежды, состоящей из майки и шортиков, и вернулась в ванную комнату.

Полчаса в расслабляющей тишине. Ева прислала сообщение, что ночевать останется у Олега.

Я же легла спать ровно в десять, потому что ничего не хотелось делать.

А утром начался кошмарный день. На лейбле я провела, буквально, минут десять. После этого Ксюша вытащила меня из офиса и направилась к фотостудии, на которой пройдёт моя фотосессия.

Я с десяти часов утра до шести часов вечера сменила неимоверное количество одежды, но главным атрибутом всех образов, конечно же, оставались очки из новой коллекции Ray Ban. Мне было непривычно позировать перед камерами, поэтому первые несколько часов были для меня кошмаром. Но потом я влилась в атмосферу, понимая, что надо привыкать к камерам. По улыбке фотографа, я поняла, что всё делаю правильно и ободрилась ещё больше.

Стилисты меняли мой образ, меняли места съёмок и декорации. Ксюша в основном наблюдала за моей съёмкой и давала мне советы, а иногда она исчезала на полчаса, чтобы обсудить появляющиеся вопросы у организаторов фотосессии.

— Адель, большое вам спасибо, — в конце съёмки ко мне подошла женщина, которая была главной в этом офисе, — В знак благодарности, я прошу принять несколько пар очков из нашей коллекции.

— Не стоит, — я улыбнулась и попыталась отказаться, но женщина была настойчивой. Поэтому мы, вместе с Ксюшей, выбрали себе по паре понравившихся аксессуаров.

— Теперь домой? — спросила я, когда Кастова вела машину.

— Сейчас подброшу тебя к лейблу, где ты оставила машину, — кивнула девушка, — А потом можешь ехать домой или остаться в офисе. Результаты съёмок будут готовы завтра вечером, а в среду утром они будут у Виктора.

Дальше я не стала слушать болтовню Ксюши, потому что жутко устала и хотелось спать. Приехав в офис, я забрала машину и поехала домой. Ева была в квартире, но куда-то собиралась. Думаю, вам не составит труда понять, куда именно собиралась рыжая. Поприветствовав её, я вошла в кухню и достала из холодильника пакет сока.

— Ты выглядишь уставшей, — ответила девушка, входя следом за мной и одевая серьги, — Чем занималась сегодня?

— Фотосессия с новой коллекцией очков Ray Ban, — ответила я, делая глоток холодного сока, — А ты к Олегу?

— Да.

— Привет ему передавай.

— Хорошо, — Ева улыбнулась, а потом умчалась в спальню чтобы накраситься.

Во вторник мы с Артёмом продолжали запись песни. Делая небольшие перерывы, мы записывали мой голос, чтобы потом битмейкер имел возможность записать полноценный трек.

— Смотри, вот в этом месте ты не вытягиваешь, — сказал Артём, когда я вышла из кабинки и включил только что записанный отрывок текста, — Попробуй взять выше и чуть с надрывом.

— Окей, — я вновь вернулась в кабинку и надела наушники, в которых уже играла мелодия, которая была точно такой, какой я и хотела её видеть.

Спев указанный отрывок заново, я увидела, что Артём показывает спеть его снова.

— Адель, пой припев громче, — произнёс Артём, когда я снова вышла из кабинки, — Понимаешь, в припеве весь смысл песни. Именно в припеве поют то, о чём хочется кричать… А ты шепчешь!

— Блин, раз такой умный, спой сам, — сказала я, падая на диван, — Я устала! Я вымотана! Я тут уже шестой час кукую и у меня в горле пересохло!

— Ладно. Иди отдохни, — Артём выключил музыку, — Вернёшься через час.

Я вышла из записывающей студии и направилась в столовую. Выпив кофе, я закрыла глаза, положив голову на сложенные на столике руки. Спать. Спать. Спать. Но нельзя. Подняв голову, я вскрикнула.

— Миров, не пугай так, — произнесла я, чувствуя учащённое биение сердца.

— Кошечка испугалась? , — усмехнулся парень, — Ты чего тут?

— Отдыхаю, — ответила я, — Артём дал часик перерыва…

— А разве у него не Егор сегодня записывается? — спросил Натан.

— Нет, я с утра пришла. Там никакого Егора не было, — ответила я, — А что?