Чтение онлайн

— Мы сюда приехали репетировать, — ответил Артём, — В 20:00 у наших артистов тут выступление, поэтому что здесь делаете ВЫ?

— У нас концерт в девять…

— Только не говорите, что у нас концерт должен быть не в этом городе, — сказала я, поворачиваясь к менеджеру и концертным директорам, — Как вы составляли графики? Не могли сориентироваться по концертам других артистов?

— Адель, не нервничай, — попросил Артём, настороженно глядя на меня, — Тебе нельзя волноваться.

— Беременная что ли? — спросил со сцены этот… как его… блин, Никита?

Я повернулась к парню, зыркнув на него глазами, а потом села на мягкий диван, сложив руки на груди. Булаткин усмехнулся и повернулся к нашим уважаемым людям, составляющим наши графики концертов в туре.

Пока они переговаривались с администратором и Орловым, я сидела на диване, глядя в одну точку. Время бежало, компромисса не было, репетиция не начиналась. На сидении, рядом со мной, зазвонил сотовый и я схватила трубку, увидев номер Сергея Романовича.

— Да, Сергей, слушаю!

— Адель, ты сильно занята?

— Нет. Вы что-то узнали?

— Есть небольшая новость, но она вряд ли успокоит тебя, — сказал парень, а потом вдруг замолчал.

— Блин, Сергей, не молчи! Что с Лёшей? — я вскочила на ноги, привлекая к себе внимание всех, кто был, — Чего ты молчишь? Он жив?

Егор, поняв, о чём идёт речь, напрягся и подошёл ближе ко мне, глядя в моё лицо. Я же сжала трубку с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

— Адель, мы этого не знаем, — наконец-то ответил парень, — Мы выяснили, что он тогда всё же доехал до отеля, но не к тому, в котором зарегистрировался изначально. Этот отель чуть дальше и меньше стоит…

— Дальше. Сергей, что ещё? — я упёрлась лбом в стену, — Говори уже, не мучай меня!

— Он был не один, — после второй паузы, сказал Романович, а моё сердце сжалось, предчувствуя что-то нехорошее, — А с девушкой.

Сердце, которое пару секунд назад сжалось, ухнуло куда-то вниз.

— Но это ещё не всё, — парень старался говорить спокойнее, — Нашли его машину, которую он взял напрокат на время съёмок. Она была найдена в нескольких десятках километров от этого отеля. Адель, машина была разбитая в хлам. А внутри, на руле и лобовом стекле, кровь.

— Ч-что? — я вдруг почувствовала, что ноги ослабели и я осела на диванчик, — Нет, не он погиб! Сергей, не говори этого. Он жив. Ты слышишь?

Глаза стало предательски жечь, а потом по щеке что-то скатилось вниз. В трубке было тяжёлое дыхание друга Лёшки, а возле меня стоял взволнованный Егор, который попросил принести мне стакан воды.

— Нас обнадёживает только то, что в этой машине была одна девушка, — снова начал говорить Сергей, — Алексея в машине не было, но где он никто по прежнему не знает. Девушка пока не пришла в себя и мы не можем узнать у неё, что случилось. Только есть предположение, что эта авария была раньше на день, чем пропал Лёшка. То есть на момент аварии он был на съёмках.

Я вздохнула, вытирая слёзы рукой. Краем глаза заметила, что рука дрожит.

— Значит, он жив? Его ведь не было в машине?

— Это мы сейчас и пытаемся выяснить, — сказал Сергей, — Но мне кажется, что режиссёры фильма, в котором снимался Лёша, что-то скрывают. Они слишком нервничают, когда мы разговариваем с ними о Воробьёве. И мне не нравится эта их нервозность. Я позвоню тебе, когда узнаю что-то новое.

— Хорошо, спасибо, — я отключила сотовый и встала с диванчика, чуть не опрокинув стакан воды на Егора, который протянул его мне.

Помотав головой, я выбежала из основного зала, в поисках выхода. Выбежав на улицу, я пробежала подальше от входа и села на землю, упираясь спиной в стену. Слёзы сами бежали по щекам, от одной мысли, что Воробьёв мог погибнуть в той аварии.

— Адель? Браун, ты где?

За углом послышался голос Булаткина, а потом он увидел меня и подошёл ко мне, приседая на корточки. Я убрала руки от лица и посмотрела на Крида, а потом вдруг потянулась к парню, обнимая его и утыкаясь лицом в плечо блондина. Из моей груди вырвался судорожный всхлип, а парень погладил меня по спине.

— Адель, что случилось? Кто тебе звонил?

— Се-сергей Ро-романович, — ответила я, продолжая всхлипывать, — Ма-машина Лёшки по-попала в а-аварию.

— Что с ним?

— Не з-знаю… В ма-машине была ка-какая-то девушка, а Лё-лёшки не было.

— Это же хорошо, — Егор обнял меня ещё сильнее, помогая встать с земли, — Значит он жив! Переставай плакать, а то глаза опухнут и будешь некрасивой. Давай я отвезу тебя в отель? Успокоишься и поспишь.

— Сегодня концерт, — ответила я, вытирая слёзы и посмотрев на парня.

— В таком состоянии тебе только по сцене скакать, — раздражённо сказал Егор, — Иди садись в машину, а я сейчас с Артёмом договорюсь.

Я кивнула, продолжая вытирать слёзы и направилась на парковку, занимая переднее сидение. Егор вернулся через десять минут, и сел за руль, заводя машину. Он отвёз меня в отель и проследил за тем, чтобы я выпила снотворное и легла в постель.

— Давай спи, — парень встал с края постели, где он сидел, — И только попробуй опять начать реветь!

Я кивнула, сжимая в руках вторую подушку, лежащую на соседней стороне кровати и закрыла глаза. Егор тихо вышел из номера, закрывая за собой дверь, а я стала погружаться в сон, потому что таблетки действовали слишком быстро.

— Лёш, подожди!

Я побежала к парню, который не обернулся, а продолжил идти, будто даже и не слышал меня.

— Лёша!

Но парень снова проигнорировал меня. Вдруг он остановился возле какой-то девушки и обнял её, целуя. Девушка ответила на его поцелуй, а потом обняла Алексея за талию и, посмотрев на меня, победно улыбнулась, уводя Воробьёва в сторону.

Я открыла рот, чтобы закричать, но не могла выдавить ни слова. Схватившись за горло, я почувствовала резку боль в шее, а потом увидела на своих пальцах капельки крови. Новая вспышка боли, как будто моё горло режут острыми ножами, а кровь теперь бежала вниз по шее, на грудь и на живот, оставляя кровавые полосы на белой майке.