Чтение онлайн

Еда в Доме по цене сравнялась с его конем, а по вкусу с печально запомнившейся солдатской баландой. Ванна предстала в виде крохотной деревянной бочки, дырявой и засаленной.

К полной досаде добавилась еще едкая улыбка Сауле, встречавшая его после каждого нового потрясения.

— Доброе утро! — радостно оскалилась наложница, встречая хмурого, невыспавшегося Анвара сидя за столом в трапезной и поглощая белый хлеб с ромашковым чаем. Единственное среди предложенного, что она смогла безбоязненно съесть.

Ехидство и желание «порадовать» Всадника пришли к Сауле не просто так. Оказалось, что этот Дом пригоден для жизни так же, как их ванна для купания, а еда собственно для употребления внутрь. В Доме водились клопы, тараканы, и муравьи, сейчас деловито тянувшие крошку хлеба от щербатой тарелки к краю стола.

Кинув мрачный взгляд на зверский оскал, призванный играть улыбку Анвар лишь скривился зло и подозвал разносчицу. Заказал себе завтрак, мрачно пообещав той, что если его еда будет похож на его сон, то дом он сожжет, хозяина выпотрошит и прибьет к стене, а разносчицу отдаст своему коню.

Судя по спавшей с лица женщине, слова до нее дошли. Да и тяжело было их не услышать, когда даже Сауле, бросив на говорившего Несущего смерть мимолетный взгляд, скукожилась, стараясь не подавать признаков жизни и не привлекать внимания, чтобы не попасть под раздачу.

Вышибала, решивший проучить наглого гостя, таким тонким чувством опасности не обладал и бесформенной кучей разлегся у соседнего стола. У своего Анвар его оставлять не стал, чтобы не портить аппетит спутнице.

После этого на столе живо появились и свежеподжаренная яичница, небольшие, одуряюще пахнущие пирожки и даже свежий хлеб нашелся… с маслом.

Правда, перевезти их через реку никто так и не согласился. Владельцы лодок исчезли вместе со своими посудинами, а остальные старательно делали вид, что не имеют к незаконному занятию никакого отношения, изображали слепых, глухих и безногих. Пришлось, по настоятельной рекомендации наложницы, топать пешком со всем своим добром, благодарно сваленным на сильные мужские плечи, к какому-то таинственному месту, где, по ее словам, есть перевозчики не такие жадные и обидчивые.

— Нам нужно на ту сторону, — ткнула Сауле пальчиком куда-то за заросли тростника.

— На ту сторону? — мрачно уточнил Анвар, глядя на предложенный маршрут.

— Да.

— Вот через эту траву, по воде и грязи? — Всадник все еще надеялся, что его поймут.

— Ага.

Чистый и незамутненный взгляд Сауле сбивал с толку, Анвар никак не мог понять издевается она или говорит серьезно. Все желающие, а главное, способные перевести путников через реку остались в городе. Тем более и переправа находилась рядом с ним, а Сауле вывела Всадника в странное, заросшее место без признаков разумной жизни.

Перед ними расстилалось русло Вечи, широкое, имеющее около десяти больших рукавов и без счета мелких, заросшее тростником и меч-травой, а кое-где и достаточно большую глубину.

— И как ты себе это представляешь? — сдался Всадник.

— На лодочке.

— На какой лодочке? — с тем же тоном, передразнивая девушку, переспросил Анвар, получилось очень издевательски.

— Анвар! — возмущенно притопнула ногой Сауле и по-простому ткнула пальцем за спину Всаднику, — на той!

Обернувшись, Анвар вздрогнул, с удивлением воззрившись на мальчишку лет десяти, стоявшего в простой деревянной лодке, старой, но крепкой. Мальчишка опирался на длинную ровную палку, упертую в дно реки, и широко ухмылялся, радуясь неожиданному представлению.

Лодка шла раздражающе медленно. Из управления на ней был лишь шест, оттого шел мальчишка осторожно. Пробирался вдоль высокой травы, иногда и сквозь нее, тогда скорость и вовсе падала практически до хода улитки.

Они тянулись по заросшим канавам, среди туч неприятно кусачих насекомых, забирающихся даже под одежду. Поэтому, когда мальчишка, в очередной раз отер пот со лба и сказал, что нужно передохнуть, Анвар лишь тяжело выдохнул, согласно кивнув. На дорогу до реки им понадобилось больше половины дня и сейчас солнце практически коснулось высоких метелок травы.

Лодка аккуратно пристала к настилу, державшемуся на пару ладоней выше воды, сделанному, по всей видимости, из тростника. Мальчишка ловко, так что лодка даже не шелохнулась, соскочил на него, и, намотав веревку на торчащий выше всех столб, жестом показал пассажирам следовать за ним. Выйти из лодки так же грациозно Анвар не смог. Стоило ему подняться, та качнулась, резко припадая на правый бок, отчего Всадник едва не кувыркнулся, с трудом удержав равновесие, и под раздражающе ехидные смешки прыгнул, стараясь как можно быстрее оказаться на чем-нибудь устойчивом. К его счастью, допрыгнул и даже удержался на ногах, хотя лодка от такого отношения качнулась гораздо сильнее и отошла от причала на длину веревки.

— Анвар! — испуганно закричала вцепившаяся в борта Сауле.

— Извини, — извинения были натянутыми и даже слегка обиженными, но подтягивать лодку Всадник кинулся с той же скоростью, что и мальчишка, испугавшийся видно, что неумеха чужак утопит свою спутницу.

К удивлению Анвара, обижаться Сауле не стала. Стоило ступить на помост, она с восхищенным вздохом дернула его за рукав, указывая на окружающие заросли, поднимавшиеся выше их на рост еще одного Анвара.

— Смотри, какая прелесть, было бы интересно здесь прогуляться!

— Угу, по шею в воде грязи и демон знает, чем еще, — Анвар не разделял восторгов девушки. Заросли высокие, что за ними прячется, неизвестно и не видно. Напади сейчас какая-нибудь водная тварь, он и сделать ничего не сможет, не поймет. Накрутив себя сверх всякой меры, Анвар крепко схватил Сауле за руку, не позволяя отойти от себя ни на шаг, и кивнул мальчишке — веди, мол.

Сауле пару раз дернувшись, решила все же не спорить со Всадником и его внутренними монстрами и покорно поплелась следом. Помост, к удивлению, оказался весьма длинным. Он петлял, обходя особо густые заросли травы иногда раздваиваясь, пока, наконец, не вывел к небольшому домику на сваях. Своим видом данное строение напоминало скорее улей, такое же округлое, с крышей конусом, только размером гораздо больше. Из прорези окошка призраком трепетала вырвавшаяся наружу занавеска из тонкой, легкой ткани. Помост окружал домик, прикасаясь к его стенам лишь в двух местах у главного входа, закрытого дверью, напоминающей оторванный кусок мостков, по которым они шли, и у противоположной стены, где было проделано низенькое квадратное отверстие у самого пола, прикрытое лишь куском коричневой шкуры.