Чтение онлайн

– Не сидел? – оскалился Бугров и застыл над Мазуркиным в такой позе, словно хотел броситься на него. – Не сидел, говоришь?!!

– Да, не сидел бы! Хотя тебе спасибо, – от волнения красный как рак, с крупными каплями пота на лице встал Иван Владимирович. Для него этот разговор кое-что обозначил. Мазуркин оскорбился. Во-первых, он поставил жирную точку насчет его отношений с Бугром, во-вторых, помог преодолеть страх, который присутствовал у него в общении с боссом. Сейчас он почти не боялся последствий. Конечно, Бугор не только был физически сильнее рыхлого банкира, но и мог запросто приказать своим ребяткам, стоявшим за дверью, повлиять на ситуацию. Но интуиция Ивана Владимировича и на этот раз не подвела. Слишком нужной фигурой был он для Бугра, слишком многое знал.

– Ладно, не будем об этом, – разрядил обстановку Бугров. – Я доверяю тебе, Иван. Доверяю, понимаешь? Но жизнь заставляет еще думать и о собственной шкуре. – При этом он налил себе и Мазуркину коньяку и, подождав, когда разволнованный управляющий банка выпьет, потянул бокал сам.

– Я тоже думаю о собственной шкуре, но не только, – нервно заметил Мазуркин. В этот момент он выпрямился, как оратор, готовый к речи.

– У нас есть хороший шанс подняться, – самоуверенно заметил Бугров. И, не дожидаясь реплик собеседника, продолжил: – В районе гребной базы собираются возводить новый, современный спортивный комплекс. Бабок начнут вкачивать немерено. И если мы подсуетимся – хороший кусок из этого потока может достаться нам.

– А кто распределяет средства? – заинтересовался Мазуркин.

– Большую часть правительство, меньшую долю западные фонды.

– Сколько собираются вложить? – с бухгалтерской расчетливостью переспросил Мазуркин.

– Я точной цифры не знаю, но на совещании у мэра называлась сумма под полмиллиарда зеленых.

– Неслабо, – присвистнул Мазуркин.

– Просекаешь? – удовлетворенно хмыкнул Бугров.

– Просекаю-то просекаю, – недоверчиво отреагировал на слова шефа Мазуркин, – только нам от всего этого какой резон?

– А такой, – наклонился ближе к собеседнику Бугров, – что надо поднапрячься и перехватить часть подрядов.

– Хм-м, – Иван Владимирович скорчил скептическую гримасу, но промолчал.

– Знаю, о чем ты думаешь, Иван. Что нет подвязок? Что у других губа не дура? Я угадал? – ухмыльнулся Бугров.

Мазуркин в ответ кивнул и молча налил себе чаю в кружку., а затем также молча уткнулся в потолок.

– У меня есть кое-что интересное на этот счет. – Бугров отлил себе из большой бутылки виски, набрал воздуха и залпом опрокинул ее. – Территория вокруг гребной базы наполовину является частным владением, – сказал он вместе с выдохом.

– Ну и что с того? – буркнул Мазуркин.

– А то, что при строительстве базы это станет проблемой для инвесторов. Им придется или довольствоваться небольшой площадью, или развернуться по-настоящему.

– Ну и как они развернутся? Не выкинут же частника с земли! – парировал Мазуркин.

– В нашей стране, и ты прекрасно об этом знаешь, это не самая главная проблема. Если придется – выкинут. Или помогут это сделать.

– Неужели мы будем заниматься этим? – недовольно посмотрев в глаза шефу, спросил Мазуркин.

– Если надо будет – займешься, – резко ответил Бугров.

– Один уже отзанимался, – опустив глаза и уставившись в пол, медленно произнес Мазуркин.

Но на этот раз шеф оставил реплику Ивана Владимировича без внимания и продолжал развивать свою мысль:

– Самая лучшая земля – в радиусе двух километров от артюшинской базы. И она пять лет назад была отдана под частную застройку. Тогда никто не предполагал, что у мэра возникнут такие планы. Самое главное, что двадцать гектаров земли рядом с базой знаешь кому принадлежат?

– Кому?

– Младшему Сапогу, пусть земля ему будет пухом, – произнес Бугров и, закатив глаза, выпил.

На этот раз он жадно закусывал, как будто бы не ел целый день. Мазуркин же все это время смотрел на шефа с отвращением. Сейчас он вспомнил о своих домашних бутербродах, и ему показалось, что у него в животе заурчало. В этот момент он посмотрел на часы, но время, как назло, тянулось медленно. Ивану Владимировичу на миг показалось, что, вырвись он из этого круга сегодня, непременно напился бы. И домой смог бы пригласить не Олю, а другую девушку. Найти прямо здесь, в ресторане, заказать что-нибудь из съестного, шампанского. А затем на такси укатить в покой и уют. А потом можно и проболтать полночи ни о чем, для души.

Плотно закусывая и громко чавкая, Бугров в буквальном смысле ворвался в грезы Ивана Владимировича:

– Зачем брату Сапога эта собственность? Дадим ему денег, и пусть валит себе за бугор спокойно доживать старость.

– Для начала надо с ним самим потолковать, – процедил сквозь зубы Мазуркин.

– Вот и потолкуем, облизываясь и вытирая салфеткой жирные пальцы, произнес Бугров и взял зазвонивший у него в кармане телефон.

Бугров молча выслушал информацию и положил мобильник себе в карман.

– Когда будем толковать? – нетерпеливо спросил Мазуркин, всем видом показывая, что не прочь закончить беседу.

– А прямо сейчас, – улыбнулся Бугров. – Подожди минутку, мне надо два слова охраннику сказать.

С этими словами Бугров вышел из комнаты, оставив Мазуркина в одиночестве.

Начало смеркаться. Детская площадка опустела, и Филатов решил, что зря потерял время в ожидании Андрея Юрьевича Сапоженко. Впрочем, вариантов дальнейших действий у него не было, и он, несмотря на усталость, решил во что бы то ни стало дождаться своего знакомого. Однако следовало хотя бы размяться – ноги у него затекли. Он решил покинуть свою наблюдательную точку и спуститься вниз, во двор, заняв место за самой дальней лавкой внутри двора. Он полагал, что долго там оставаться не будет – все равно рано или поздно это место займет местная шпана.

Филатов вспомнил, что сам когда-то был участником таких посиделок. Только тогда все было немножко иначе – более сдержанно и интеллигентно, без ставших привычными разборок. Ему вспомнилось, как он однажды ждал девчонку, но она уехала в другой город, и он вот на такой же лавочке напился.

В этот момент ему захотелось домой. С каким бы сейчас удовольствием он бы, не раздеваясь, упал на кровать и заснул. Тем более что его дом находился совсем недалеко – пешком, бодрым шагом он мог бы дойти туда не более чем за полчаса.