Всадник
Шрифт:
А туча открыла все свои последние заслонки, обрушила на крышу настоящий ливень. Тонкая чистая струйка побежала по столбу. Митя подставил ладони, напился, смочил голову. И вдруг сквозьшум дождя услыхал за спиной равномерное постукивание. Может быть, топот? Он обернулся в ту сторону,откуда доносились эти звуки. Увидел: к нему скачет всадник! И быстро... Спасается от дождя?
Вот доскакал, привязал коня к ограде, вошел в полутьму навеса. И только тогда заметил Митю. Испугался? Странный какой-то. Пастух? Он немолод-загорелое лицо все в морщинах. И на крестьянина не похож - в нем отчетливо ощущается властность. Митя подумал: "В Молдавии советская власть всего два года, а по ту сторону Прута готовятся наступать румынские и немецкие войска..." И хотя его пистолет был вложен в кобуру, Митя все же испытал удовлетворение, заметив взгляд, которым неизвестный оценил оружие. Митя сказал:
– Я летчик, должен как можно скорее попасть на свой аэродром. Наверно, ваш конь довезет туда нас обоих. Вас там покормят и заплатят за прогон.
Незнакомец взглянул исподлобья, с явным неудовольствием, пробурчал с плохо скрытой злобой:
– Коню двоих не снести, заморился.
Митя видел: конь прискакал сюда галопом-легко.
И сейчас, стоя у привязи, переступая в нетерпении с ноги на ногу, рыл копытом землю-просился в дорогу. Нет, он совсем не походил на заморенного. Но враждебность всадника... Митя вынул пистолет из кобуры, сказал:
– Тогда я буду вынужден конфисковать коня на время для нужд Красной Армии. Кому писать расписку?
Он уже раскрыл планшет, чтобы достать из него блокнот и карандаш. Однако краешком глаза наблюдал за незнакомцем. И тот сделал-таки движение рукойбудто хотел сунуть ее в карман. Но Митя упредил - наставил ему в грудь свой "ТТ", скомандовал:
– А ну, руки вверх! Быстро!
Руки незнакомца медленно, неохотно поднялись. При этом его мокрый брезентовый плащ скоробился, одна пола приоткрыла брюки. И в правом кармане ясно обрисовалось. ..
Митя подошел, по-прежнему угрожая пистолетом и глядя в глаза незнакомцу. Внезапно резким рывком Митя выдернул у него из кармана... старый австрийский штык-тесак! И тотчас отпрянул шага на два.
Все так же - не сводя с незнакомца ни пистолета, ни глаз-Митя ощупью спрятал тесак в планшет. Затем снова подошел, провел левой ладонью по второму карману странного всадника, проверил и оба кармана брезентового плаща. Никакого оружия у того больше не было. Впрочем, об этом Митя догадался сразу после конфискации тесака. Очень уж заметно погас воинственный огонек в глазах незнакомца, да и весь он как-то понурился. Митя спросил будто ни в чем не бывало:
– Так кому же писать расписку за коня?
– Колхозу имени Котовского Фалештского района.
Отдавая расписку, Митя чувствовал себя победителем - и приструнил незнакомца:
– А за хранение оружия в военное время знаете что положено?
Хотя сам не очень-то знал, что именно. И незнакомец, конечно, промолчал в ответ. Наверно, Митина беззубая угроза не шла ни в какое сравнение с потерей коня и тесака.
Да, Митя тогда не только доставил пленки и разведданные, но и своего "ишачка" выручил. Сразу же вдвоем с техником полетел на "кукурузнике" к месту вынужденной посадки, захватив с собой запасной бензобак. А пока техник устанавливал его взамен пробитого осколком, Митя слетал на аэродром еще за одним летчиком и вернулся с ним к "ишачку".
Заправив "ишачка" бензином "кукурузника", Митя благополучно взлетел на нем и так же благополучно сел уже на своем аэродроме. Ничего не поделаешь - у Мити получилось вместо одной вынужденной - целых три внеаэродромных посадки. А второй летчик на "кукурузнике"
доставил обратно техника.
Вот только с конем вышла волынка. Хозяйственники не захотели ставить его на довольствие. Пришлось отдать коня соседнему с аэродромом колхозу, где ему, конечно, обрадовались. А искать колхоз имени Котовского в Фалештском районе некогда и некому. Да и не было у Мити уверенности, что незнакомец сказал правду. Коньявно верховой - совсем не походил на колхозных лошадок-работяг.
Тесак же Митя сразу подарил своему технику-он ему очень пригодился. Больно сталь была хороша!