Чтение онлайн

Кому не повезет в лотерее, тот останется лежать на Целине с простреленной или оторванной головой. А остальных вывезет «Конкистадор». Никуда он не денется — технику будет забирать и людей тоже возьмет, потому что люди ему нужны.

Так не лучше ли просто переждать этот страшный сотый день, которым все закончится.

Хотя Лана Казарина со дня вторжения была бойцом 77-й центурии, личное оружие ей доверять опасались. Слишком уж неадекватно она вела себя порой.

Но ведь кто ищет, тот всегда найдет. Оружия на войне полно.

После того, как Игорь ей изменил, Лана неожиданно для всех стала демонстративно обхаживать Громозеку и даже изъявляла желание переселиться в его танк. И громила был вроде бы не против.

Вот он и проворонил момент, когда девчонка, прильнув к нему всем телом, ловкой рукой сорвала с его плеча «джекпот».

Отряд майора Саблина остановился в нерешительности на границе прифронтовой полосы. Впереди были бастующие «казаринцы», а справа километрах в тридцати — побережье перешейка. И некоторые офицеры открыто в эфире предлагали сразу повернуть туда, чтобы первыми встать под эвакуацию.

А Игорь Иванов искренне жалел, что ему присвоили офицерское звание. Это снижало его шансы в смертельной лотерее в десять раз, а умирать Игорь по-прежнему не хотел.

Он вылез из командирской машины, набросив бронежилет поверх комбинезона, и первое, что увидел — это сантиметровое дуло штурмовой винтовки, нацеленное ему прямо в грудь.

С такого расстояния крупнокалиберная пуля «джекпота» пробивает даже хваленый эрланский бронежилет. Конечно, он погасит силу удара, и может быть, при большом везении, выстрел его не убьет, но все равно неприятно крайне.

— Ты что?! С ума сошла от ревности? — ошеломленно воскликнул Игорь, разглядев, кто в него целится.

Лана с винтовкой наперевес стояла на дороге между ним и фронтом, словно преграждая Игорю путь туда, где напряженно ждали развязки подчиненные ее отца. И сам генерал Казарин тоже был там.

— Нет, — болезненным до безумия голосом ответила Лана. — Я не сошла с ума. Это вы все сумасшедшие. Вы безумные убийцы, дикие звери, и я была с вами заодно. Я ничем не лучше вас, но я не позволю вам убить моего отца.

— Да погоди ты! — взорвался Игорь. — Никто не убивает твоего отца. Видишь, мы остановились. Мы никуда не идем. Твой отец не хочет воевать — это его дело. Мы тоже не хотим. Хочешь — спроси у него сама. Вызови его и спроси. Послушай, что он скажет.

— Я знаю, что он скажет, — истерически выкрикнула Лана. — Он дурак! Ему в тюрьме повредили мозги, и он вам верит. А я вам не верю! Я никому не верю! Я знаю, что меня убьют! И пускай! Я не пойду с вами убивать моего отца. И никого не пущу. Только через мой труп.

— Да ладно, — поднимая руки, успокоительно проговорил Игорь, но голос его дрожал, и по всему было видно, что его самого надо успокаивать. — Видишь, я иду в другую сторону.

И он сделал несколько шагов назад в надежде укрыться за машиной.

— Это ты во всем виноват! — прошипела Лана, поднимая винтовку к плечу. — Если бы не ты, я бы давно умерла честным человеком.

Логика была железная, и Игорь не нашел, что возразить. Зато Громозека проявил больше находчивости и, прикрыв командира широкой спиной пророкотал, медленно надвигаясь на вооруженную девчонку:

— Да брось ты! Это я виноват. Я двери взламывал, а то бы он век до тебя не добрался…

И, не закончив слова, Громозека вдруг заорал: «Ложись!!!» — и отшвырнул Игоря в сторону, а сам повалился в другую.

Очередь из «джекпота» пришлась точно в промежуток между ними и пули забарабанили по броне командирской машины. Кто-то из землян на заднем плане истошно завопил:

— Она психованная!

И другой голос в той же тональности адресовался конкретно к Громозеке, который с полминуты назад, лишившись штурмовой винтовки, отобрал у кричащего автомат:

— Гром, стреляй! Она нас всех перебьет!!!

Игорь Иванов тоже внес вою лепту в этот обмен мнениями.

— Не стрелять! — крикнул он, не забыв нажать на шлеме кнопку «Общий вызов». — Всех урою!!!

И все по тону поняли — точно уроет. Так что стрелять никто не стал, даже водила БМП, который уже навел на Лану пулемет и был готов разрезать ее очередью пополам.

Этот парень оказался благоразумнее всех. Удержавшись от стрельбы, он по закрытому каналу поспешно соединился с особистом на орбите и выпалил в шлемофон:

— Тревога! Стрельба по своим! Лана Казарина, мобилизованная. Скорее, она свихнулась!

А снаружи поручик Иванов и Громозека лежали в паре метров друг от друга, завороженно глядя на Лану. Винтовка в ее руках ходила ходуном и непонятно было, что она сделает в следующий момент.

— Сейчас ее отстрелят, — прошептал Громозека, потому что дежурный особист в эту самую минуту орал по общей связи:

— Вызываю командира! Вызываю командира! Что у вас происходит?! Помощь нужна?

— Сами разберемся, — прохрипел Игорь, а Громозека проникновенно сказал, обращаясь к Лане:

— Брось пушку, дура! Тебе же сейчас голову отстрелят.

Но она только отступила на пару шагов, а потом вдруг бросилась бежать, судорожно сжимая в руках тяжелый «джекпот».

Дежурный особист не знал, что делать. «Стрельба по своим» — это код особой юрисдикции. А если дело касается мобилизованных, то и думать нечего. Жми на кнопку сразу, пока вражеский диверсант, коварно пробравшийся в легион под видом мобилизованного, всю центурию не положил.