Время ведьмы
Шрифт:
Обернувшись, она вздрогнула от неожиданности. Рядом с гостеприимным хозяином стоял высокий широкоплечий человек с необыкновенно белыми волосами. Заметив испуг Татьяны, он учтиво поклонился и что-то прошептал на ухо Вяземскому, после чего отступил на пару шагов и словно растворился между деревьями.
– Это начальник службы безопасности, Олаф Сигурдсон, – объяснил Ян. – Он напугал вас?
– Скорее, удивил. Появился так неожиданно.
– Да, это он умеет. Военная подготовка.
– Олаф? Это скандинавское имя, так?
– Да. Олаф родом из Норвегии. Но мы сотрудничаем уже много лет и в чем-то он стал более русским, чем многие граждане России. Кстати, прекрасно говорит по-русски. Для меня он больше, чем просто служащий компании.
– Больше? Насколько? – Татьяна подошла к порогу беседки и смотрела на Вяземского сверху вниз. Очень не хотелось уходить отсюда, несмотря на поднявшийся холодный ветер, задувавший под короткую куртку.
– Он мой друг, – очень серьезно ответил Вяземский.
– Пойдемте, – протянул он руку гостье. – Олаф приходил сказать, что обед подан.
Не «обед готов», или «стол накрыт», а «обед подан», отметила про себя Татьяна.
Она ожидала, что обед подадут в каком-нибудь сногсшибательном зале, а сидеть придется на противоположных концах бесконечного стола.
Оказалось, обедает потомок древнего рода в небольшой, по меркам этого дома, комнате – чем-то средним между кухней и гостиной, сидя за деревянным, накрытым клеенчатой скатертью, столом.
Зато, как обедает!
Татьяна покраснела, когда сообразила, что с неприличной скоростью умяла здоровенную тарелку вкуснейшего борща и, с молчаливого одобрения сотрапезника, наливает вторую порцию.
– Это все воздух. После такой прогулки разыгрывается зверский аппетит. – кажется, даже уши горят.
– Да вы не оправдывайтесь, а налегайте, – добродушно улыбнулся хозяин дома. – Только место для второго блюда оставьте. Если ничего не путаю, то у нас сегодня пельмени с грибами.
И – да. Последовали пельмени с грибами.
И совершенно невероятный пирог с лимоном.
И тающее во рту ванильное мороженое.
И кофе в крохотных фарфоровых чашечках.
И разговоры.
Обо всем.
Татьяна сама не заметила, в какой момент стала рассказывать о себе. Вяземский лишь изредка вставлял реплики, задавал короткие точные вопросы.
Опомнилась она, лишь когда поняла, что за окном сгустились сумерки.
– Ох, мне же еще отсюда выбираться! – сорвалась гостья со стула. – Да и вам весь график сбила! Вы меня почему не одернули!
Хозяин дома загадочно улыбался:
– Поверьте, будь у меня неотложные дела, я бы сказал. А теперь – давайте-ка мы вас проводим до шоссе. Поедете за моей машиной.
Короткие сырые сумерки растворились в глухой темноте. Татьяна осторожно ехала вслед за джипом Вяземского, стараясь не утыкаться в стоп-сигналы огромного внедорожника.
Закусив нижнюю губу, она кралась вслед за джипом по темному лесу и с облегчением вздохнула только когда миновали холм – впереди показались редкие огни в окнах деревенских домов. Пару раз «Гольф» начинало «вести» в сторону, но, всякий раз Таня успевала подработать рулем и удержаться на дороге.
Сбавив скорость, проехали по деревенской улице, джип замигал, показывая, что останавливается. Татьяна съехала на обочину, встав перед «Лендровером». Вышла из машины. Вяземский пружинисто выскочил из автомобиля, подошел к девушке. Она заговорила первой:
– Спасибо вам большое, Ян Александрович. И за интервью, и за… да за весь этот день спасибо!
– Не за что. Я искренне рад с вами познакомиться, Татьяна. Убедительно прошу, пришлите полный текст материала Николаю. Я сам вам полностью доверяю, но если не покажу ему текст, сильно обижу.
– Конечно, пришлю, – Татьяна неловко помялась, но Вяземский молчал, и пришлось говорить самой:
– До свидания. Я поеду.
– Да. До свидания. Ну, теперь я жду номер вашего журнала.
Таня кивнула, неуклюже повернулась и, почему-то чувствуя себя ужасно глупо, села в машину.
Выезжая на трассу, посмотрела в зеркало заднего вида – джип так и стоял на обочине. Темная фигура почти терялась на фоне черного автомобиля.
Ей показалось, что он помахал рукой, но, скорее всего, просто почудилось.
Вяземский опустил руку.
Хлопнула дверь, с водительского места выбрался Олаф, подошел и встал чуть позади шефа.
Сунув руки в карманы ветровки, Ян задумчиво пнул ногой камешек, и посмотрел на удаляющийся «Гольф»:
– Олаф, будьте так любезны, узнайте о нашей милой гостье все, что возможно.
Визиты
Утро Вяземский решил посвятить визитам, о чем и сообщил Олафу с Владимиром.
Персонал «Nivva Ltd.» уже привык к постоянным отлучкам своего загадочного шефа, Олафа офисные труженики побаивались, а во Владимире женская часть компании души не чаяла. А потому все, оставшиеся в конторе, готовы были грудью встать на защиту деловых интересов предприятия.
Что, разумеется, Вяземского и Олафа более чем устраивало. Правда, подбирать персонал пришлось долго и упорно, но затраты уже окупились.
Но сейчас Вяземский в последнюю очередь думал о делах фирмы.
Он смотрел на своего начальника службы безопасности.
Олаф с сомнением глядел на обшарпанный подъезд стандартной московской девятиэтажки из тех, что стремительно вырастали, образуя спальные районы, в 70-х годах двадцатого века.
– Да уж. Никак не мог предположить, что такой персонаж, как Дольвего поселится в подобном, – он пошевелил в воздухе пальцами, – жилище.
– С вашим то опытом, уважаемый, могли бы уже знать, что как раз такие персонажи и выбирают самые неприметные убежища, – поддел норвежца Вяземский.