Время Огня
Шрифт:
«И это не ложь, — подумала она. — Мы должны помочь им. И Газерингу тоже. Жаль только, что наша глупая война делает такое почти невозможным».
Но она почувствовала себя менее виноватой перед ним, когда услышала его слова:
— Мы поговорим позднее, когда я вышвырну их из Валленена. Я много раз предупреждал легионеров, что уничтожу их, если они добровольно не уберутся отсюда. Теперь мои воины собрались вместе. Пора доказать, что Арнанак держит свое слово.
Спарлинг говорил мало и ни кем не общался. Арнанак чувствовал, видимо, его настроение, и не втягивал его в беседу.
После ужина Джиль помрачнела и сказала Арнанаку:
— Мне нужно сказать тебе кое-что. Выйдем втроем на улицу.
Арнанак повиновался. Выйдя со двора, Джиль взяла его за локоть и указала:
— Вот сюда.
Он замер.
— Эта тропа ведет в заветное место.
— Я знаю. Идем. Недалеко.
Они остановились, когда не стало видно домов. Солнце уже скрылось за Стеной Мира. Густые тени лежали меду деревьями. Небо было темно-голубым и по нему плыли белые облака. Из лун только Эа казалась красной.
Глаза Арнанака под гривой казались зелеными фонарями. Его клыки сверкнули в полутьме, когда он сказал:
— Говори, что ты хотела. У меня здесь совершенно другие дела.
Джиль стиснула локоть Спарлинга, как бы ища его поддержки.
Пульс ее часто бился.
— Кто такие Даури и какие у тебя с ними дела?
Он схватился за рукоятку меча.
— Почему ты спрашиваешь это?
— Мне кажется, я встречала одного из них, — Джиль описала встреченное ею существо. — Иннукрат не сказала мне ничего и посоветовала дождаться тебя. Я помню что кое-что слышала о Даури…
Его напряжение спало.
— Это живые существа, не смертные. Говорят, они обладают таинственным могуществом и им приносят жертвы, когда видят Даури, но это бывает чрезвычайно редко.
— Пища не нужна им?
— Что ты имеешь в виду?
— Я думаю, ты понимаешь меня. Не забывай, что я многое знаю о животных. В Даури, которого я видела, нет ничего волшебного. Он такой же смертный, как ты или я. И это представитель давно исчезнувшей жизни. И я видела в его руке нож. Арнанак, если бы эти Даури так далеко продвинулись бы в своем развитии, что стали обрабатывать металл, люди давно бы обнаружили их. Я думаю, это ты дал им ножи… как цену сделки между тобой и ими.
«Прыжок в темноту, — думала она. — Но кажется, мое предположение справедливо».
Заговорил Спарлинг.
— Я тебе говорил, что мы пришли сюда для исследований. И мы были бы очень благодарны тому, кто даст нам хоть крупицу нового знания.
Арнанак стоял спокойно, но как бы колебался. Но вот он принял решение.
— Хорошо, — сказал он. — В конце концов большой тайны здесь нет. Многим Тассуи я говорил об этом. А вы двое будете у меня до тех пор, пока я не завладею Валлененом полностью. Идите за мной.
Когда они шли, Спарлинг прошептал:
— Ты права, это целая разумная раса.
— Тихо. Не говори по-английски. Он может подумать, что мы что-то замышляем.
Они подошли к хижине. В знак салюта часовые подняли копья и отошли в сторону. Арнанак открыл дверь и пропустил людей вовнутрь. Затем он закрыл дверь, чтобы часовые не слышали, о чем они будут говорить, и не заглянули бы внутрь.
Хотя внутри горели две глиняные лампы, но стоял полумрак, потому что дневной свет почти не проникал в окна над потолком.
Единственная комнатка была обставлена миниатюрной примитивной мебелью. В буфете лежали растения с голубыми листьями, разделанные туши странных животных — это была пища для Т-жизни.
За занавеской виднелись спальные принадлежности: видимо, здесь жили втроем.
Спарлинг в изумлении ахнул. Джиль схватила его за руку. Все ее внимание было приковано к животным, которые находились в этой комнате. Животные подались назад, тревожно посвистывая.
Иштарианцы говорили об этих животных со слов Тассуи, и вот теперь они, люди, видят их воочию.
— Выслушайте историю о моей поездке, — начал Арнанак.
Пока он говорил, Джиль внимательно рассматривала Даури. Их тела, казалось, совсем не были приспособлены к жизни на планете.
Однако она различала отдельные черты, которые классифицировались в учебнике по Т-биологии. Верхняя конечность туловища оканчивалась пятью лепестками, которые служили сенсорными органами, а также переправляли пищу в рот с пятью челюстями. Под каждым лепестком находилось щупальце, орган слуха Даури. Рука заканчивалась пятью пальцами, которые были расположены в виде пяти лучей звезды.
Конечно, им еще трудно было держать рабочий инструмент, но все же в эволюции это был шаг вперед. Тем более, что Арнанак изобрел им ручку ножа, которую им было удобно держать. Глаза их были хорошо развиты, но непривычны для человека, так как их цвет менялся в зависимости от интенсивности освещения. Под двумя глазами находился и третий глаз, служащий, видимо, для ориентировки. Ноги разной формы и цвета говорили о том, что перед ними находятся особи трех полов. В данный момент кожа их была пурпурной, а в жаркий тропический день она становилась ослепительно белой.
«Да, любопытно. Т-жизнь. Однако Т-жизнь, наделенная разумом».
И когда Арнанак закончил свой рассказ, он достал то, что принес из пустыни…
И Джиль, и Спарлинг вскрикнули одновременно.
Кристаллический куб с длиной грани в тридцать сантиметров. В его черной глубине таинственно и завлекающе сверкали цветные точки.
Арнанак вертел его в руках и освещение куба менялось.
— Смотрите хорошенько, — сказал вождь. — Вы не скоро увидите его снова, если вообще увидите. Это и Даури помогут мне вдохнуть новые силы в моих воинов и вдохновить их на битву.