Врата
Шрифт:
Даже если это стоит нескольких жизней.
Даже если это жизнь Клары и моя собственная. Хочу ли я, задал я себе вопрос, чтобы мой сын — если у меня когда-нибудь будет сын — провел детство, как я?
Мы вышли на уровне Бейб и услышали голоса. Я не обратил на них внимания. Я пришел к решению. «Клара, — сказал я, — Клара, послушай. Давай...»
Но Клара смотрела мимо меня. «Боже! — сказала она. — Посмотри, кто это!»
Я повернулся и увидел висящего в воздухе Шики, он разговаривал с девушкой, и я с изумлением понял, что это Вилла Форхенд. Она поздоровалась с нами, выглядела она одновременно смущенной и довольной.
— Что случилось? — спросил я. — Ты разве не вылетела только что? Около восьми часов назад?
— Десять, — ответила она.
— Что-то случилось с кораблем, и вам удалось вернуться? — предположила Клара.
Вилла печально улыбнулась. «Ничего подобного. Я вылетела и вернулась. Самый короткий рейс из всех: я побывала на Луне».
— На земной Луне?
— Да. — Казалось, она с трудом сдерживает смех. Или слезы.
Шики утешающе сказал: «Тебе обязательно дадут премию, Вилла. Один корабль полетел на Ганимед, и Корпорация разделила между членами экипажа полмиллиона долларов».
Она покачала головой. «Даже я все понимаю, Шики, дорогой. Конечно, нам дадут премию. Но слишком маленькую, так что никакой разницы. Нам нужно больше». — Вот что удивительно в этих Форхендах: они всегда говорят «мы». Очень дружная семья, хотя с посторонними они об этом не говорят.
Я дотронулся до нее — утешая, выражая сочувствие. «Что ты собираешься делать?»
Она удивленно посмотрела на меня. «Я уже записалась на старт. Послезавтра».
— Что ж, — сказала Клара, — значит, у нас будут две вечеринки! Надо позаботиться... — Несколько часов спустя, когда мы ложились спать, она спросила:
— Ты что-то хотел сказать, когда мы увидели Виллу?
— Забыл, — сонно ответил я. Но я не забыл. Я знал, что это было. Но сказать об этом уже не захотел.
| ОТНОСИТЕЛЬНО ЗАДА ХИЧИ
|
| Профессор Хеграмет. Мы понятия не имеем, как
| выглядели хичи, судить можем только по косвенным
| данным. Вероятно, они были двуногими. Их
| инструменты неплохо подходят к человеческим рукам,
| значит у них, вероятно, были руки. Или что-то
| подобное. Они как будто видели в том же спектре,
| что и мы. Они меньше нас, примерно сто тридцать
| сантиметров или чуть меньше. И у них был очень
| своеобразные задницы.
|
| Вопрос. Что это значит — своеобразные задницы?
|
| Профессор Хеграмет. Вам приходилось
| когда-нибудь видеть сидение пилота на корабле
| хичи? Это две пластины, соединенные в форме буквы
| М. На них невозможно усидеть и десять минут. Нам
| приходится закрывать их специальной сеткой. Но это
| человеческое приспособление. У хичи ничего
| подобного не было.
| Их тела, должно быть, напоминали тело осы, с
| большим свисающим животом, который опускается ниже
| колен и висит меж ног.
|
| Вопрос. Вы хотите сказать, что они жалились,
| как осы?
|
| Профессор Хеграмет. Жалились? Нет. Не думаю.
| Хотя, конечно, все может быть. А может, это место для половых
| органов.
Бывали дни, когда я почти решался снова попросить Клару лететь со мной. А бывали дни, когда возвращался корабль с изголодавшимися, иссохшими от жажды, но выжившими людьми, или корабль, на котором вообще выживших не было, или в списке просто отмечалось, что все сроки прошли и корабль считается погибшим. В такие дни я почти решался вообще покинуть Врата.
А в основном мы просто уклонялись от решения. Приятно было исследовать Врата и друг друга. Клара наняла прислугу, приятную низкорослую молодую женщину с пищевых шахт Кармартена, по имени Хайва. Если не считать того, что источником выращивания одноклеточных пищевых водорослей в Уэльсе служил уголь, а не нефтяной сланец, ее мир был почти таким же, как мой. Вырвалась она оттуда не благодаря выигрышу в лотерее, а отслужив два года на коммерческом космическом корабле. Она даже не может вернуться домой. Она высадилась с корабля на Вратах, лишившись всех денег. И отправиться старателем она не может: у нее сердечная аритмия; иногда ее состояние улучшается, а иногда ей приходится неделями лежать в терминальной больнице. Хайва готовила, прибиралась у Клары и у меня и иногда сидела с маленькой девочкой, Кэти Френсис, когда ее отец был занят, а Клара не хотела, чтобы ее беспокоили. Клара много проигрывала в казино, поэтому она в сущности не могла позволить себе прислугу, но меня она также не могла себе позволить.
Друг перед другом, а иногда и перед собой, мы делали вид, что готовимся, тщательно готовимся к тому дню, когда подвернется Подходящий Рейс.
Делать это было нетрудно. Многие настоящие старатели поступают также между рейсами. Существовала группа, называвшая себя «Искатели хичи»; ее основал старатель по имени Сэм Кахане: пока он бывал в рейсе, его заменяли другие; теперь он вернулся и ждал, пока остальные два члена его экипажа достаточно оправятся, чтобы вновь пуститься в полет (между прочим, среди других болезней они вернулись с цингой из-за отказа холодильника в полете). Сэм и его друзья были отличными парнями: очевидно, у них была устойчивая трехчленная связь, но это не мешало им интересоваться хичи. У него были записи нескольких курсов лекций профессора Хеграмета, наиболее известного специалиста в исследовании хичи. Я узнал многое не известное мне раньше, хотя основной факт, что о хичи существует гораздо больше вопросов, чем ответов, был всем хорошо известен.
Мы посещали тренировочные группы, где учат таким упражнениям, которые позволяют разминать каждую мышцу в ограниченном пространстве — массаж для забавы и пользы. Конечно, это полезно, но еще более забавно и интересно, особенно сексуально. Мыс Кларой научились делать с телами друг друга поразительные вещи. Мы посещали кулинарные курсы (можно очень многое сделать со стандартным рационом, если добавить немного пряностей и трав). Мы слушали лингвистические курсы, на случай если придется вылетать не с англоязычным экипажем, и тренировались друг с другом в итальянском и греческом. Мы даже присоединились к группе любителей астрономии. У них был доступ к телескопу Врат, и мы много времени проводили, глядя на землю и Венеру не с плоскости эклиптики. Френси Эрейра, когда ему удавалось уйти со своего корабля, присоединялся к этой группе. Кларе он нравился, мне тоже, и у нас выработалась привычка выпивать втроем в нашей квартире — вернее, в Клариной квартире, но я в ней проводил почти все время, — после занятий. Френси глубоко интересовался, что происходит Там, Снаружи. Он все знал о квазарах, и черных дырах, и галактиках Сейферта, не говоря уже о двойных звездах и новых. Мы часто рассуждали, каково это окончить полет в окрестностях сверхновой. Такое может случиться. Известно было, что хичи в первую очередь интересовались астрофизическими явлениями. Курсы некоторых их кораблей проложены так, чтобы привести корабль в окрестности интересного явления, а будущая сверхновая, несомненно, интересное явление. Но ведь это было очень давно, и теперь сверхновая вполне может не быть «будущей».