Чтение онлайн

– Нет. Я увидел… Я сам не знаю что.

Казалось, сэр Артур мысленно повторяет мои слова, потом он посмотрел на меня пронизывающим взглядом и задал тот самый вопрос, который я постоянно задавал себе с того момента, как покинул тюрьму:

– В таком случае, Чарльз, о ком же мы говорим? Если это заговор с целью освободить убийцу, то кто стоит за ним?

Я покачал головой. Обдумывая этот вопрос все утро, я так и не пришел к решению.

– Возможно, газеты скоро назовут его имя.

Поскольку в тот момент мы ничего больше не могли предпринять, Конан Дойл удалился, пообещав позвонить при любом развитии событий.

После нашей беседы я попытался представить, что произойдет. Я уже видел, как меня начнут преследовать репортеры наподобие меня самого. Я беспокоился, не попытаются ли они втянуть в это дело Адриану. Я надеялся, что никто не узнал о нашем совместном уик-энде. Было бы самой горькой иронией оказаться уничтоженным газетчиками за любовное свидание, которого не было.

Но в ранних выпусках вечерних газет не было ничего, и к семи часам стало ясно, что, если заговор с целью освобождения Хелен Уикем и существует, во вторник газеты о нем не напишут. В восемь я пошел поужинать в «Улан». Когда три четверти часа спустя я вернулся с бутылкой бренди, у камина в холле сидела Адриана.

Она поднялась, когда я вошел.

– Вы не позвонили. Я велела позвонить в десять, а вы не позвонили.

Все, что я мог сделать, – хлопнуть себя по лбу и пожать плечами:

– Я спал.

– У меня был насыщенный день, Чарли. А у вас?

– Ничего особенного. А что произошло с вами? Пойдемте наверх и расскажите мне, – сказал я, поворачиваясь к лифту.

Она последовала за мной.

– Не обманывайте меня, Чарльз. Я знаю, что вас весь день не было на рабочем месте. Где вы были?

– Я расскажу, Адриана, но после вас. Со мной не случилось ничего увлекательного. Я хочу услышать ваши новости.

– Подождите, не на ходу, – сказала она.

В молчании мы дошли до моих комнат, и я зажег огонь в маленьком камине. Она села, скинула туфли и поджала под себя изящнейшие ножки. С видом чрезвычайного довольства она начала:

– Итак, доктор Доддс, главный врач, проявил ко мне несомненный интерес. Вернее, его больше интересовали финансы доктора Гассмана. Он вполне откровенно сказал мне, что больница заинтересована узнать побольше о его собственности. Он проверил документы и не обнаружил там записей о земельных участках в Шотландии. Конечно, я это знала.

Я протянул Адриане бокал, потом пошел к письменному столу и открыл ящик. Я вытащил запасные ключи от номера и протянул ей их:

– Наверное, будет лучше, если вы не станете сидеть в холле, дожидаясь меня. Вас увидит меньше людей.

Она взяла ключи без комментариев. Затем я уселся в кресло напротив нее и спросил:

– И какое впечатление произвел на вас Доддс?

– Довольно высокомерен, но ничего таинственного. Он сказал, что когда-то доктор Гассман завещал все свое состояние больнице. Затем изменил завещание и оставил больнице весьма скромное пожертвование. Почти все досталось его пациенту Уильяму Таунби, а небольшая сумма – личной секретарше. В больнице ничего не знали об изменении завещания до самой смерти Гассмана. Решение было столь неожиданным, что они даже подумывали, не опротестовать ли его, но юристы отсоветовали. Завещание было вполне законным.

– А он рассказал что-нибудь о Таунби?

– Я сказала, что, возможно, документы о нашем шотландском участке каким-то образом оказались у Таунби или у Алисы Таппер, личного секретаря Гассмана. Я спросила, как можно с ними связаться. Доддс тотчас же сообщил, что в данное время Таунби снова является пациентом их больницы. Он сказал, что они могут согласиться на мою встречу с Таунби в присутствии кого-нибудь и врачей. Создалось впечатление, будто он подозревает, что Таунби как-то смошенничал с этим завещанием. Я попыталась очаровать Доддса и узнать у него что-нибудь еще, но он сказал, что не имеет права обсуждать с посторонними своих пациентов.

– А секретарь?

– Он слышал, что она умерла. Думает, что это случилось два или три года назад. Не думаю, что он знал ее, во всяком случае хорошо.

– Итак, на чем же вы остановились? – спросил я.

– Я сказала ему, что на будущей неделе ожидаю прибытия одного из поверенных моего дяди, адвоката из Соединенных Штатов, и что позвоню, чтобы назначить следующую встречу. Его это устроило. Вы и будете этим самым адвокатом. Как вы думаете, Чарльз, вы справитесь с такой ролью?

– Если он ожидает увидеть деревенщину из Штатов, то пожалуйста, – ответил я. – Я и действительно хочу встретиться с Таунби. За всем этим может стоять он. По крайней мере он близко знал Гассмана и наверняка был знаком с Уикем, Хопсон и некоторыми другими.

– Мне удалось повидаться с моей подругой Анной, но я не сумела придумать, как заставить ее рассказать о пациентах побольше. Она расспрашивала меня о моем дяде и земле в Шотландии. – Адриана наклонилась вперед. – Итак, теперь ваша очередь рассказывать. Вы попали в Холлоуэй?

Я рассказал ей все, включая то, что ни мне, ни Конан Дойлу не поступало никаких звонков и что газеты молчат про Уикем.

Адриана внимательно слушала, затем ответила:

– Я думаю, предполагалось, что произойдет что-то другое, но этого не произошло. – Она откинулась в кресле с уверенным видом.

– Что, например? – спросил я. – Я готов выслушать любую теорию.

– Не знаю. Что-нибудь в связи с сэром Артуром. Без сомнения, они – кто бы они ни были – ожидали, что в тюрьму придет он сам. Кстати, вы там нигде не приметили привидения?