Чтение онлайн

– Значит, так, командир. Тарек в порядке - ушиб, конечно, сильный, но ребра целы, а боль я снял. Но потом ему хорошо бы показаться кому-то более знающему. Не уверен, что моя возьмется; ей, наверное, некогда. Что до корабля: одна пробоина ниже ватерлинии...

Выходит, я ошибся: тот глухой звук был не от удара по шпангоуту.

– ...плотник говорит, там доски треснули. Течь есть, но помпа справляется хорошо, а он берется подлатать так, что до Субарака дойдем. Еще в трех местах выше ватерлинии обшивка насквозь, бочонок с пресной водой пробит, да один ящик пострадал. Те дыры потом заделают времянками, это терпит, пока мы идем по 'Гладкой воде'.

– Выходит, нам неплохо бы поторопиться?

Вопрос был риторическим. Мы так и так не собирались задерживаться без веских причин, а сейчас у нас появились веские причины НЕ задерживаться.

– Пожалуй, да. Запасные кристаллы есть, но сам знаешь, как иногда случается... И потом: вот как хочешь, а у меня ощущение, что шторм надвигается, а это по 'Гладкой воде' дополнительный расход.

Дофет полностью согласился с этими доводами. Вот почему через день мы уже проплывали Гранитные ворота. К этому моменты небо полностью заволокло, а ветер приближался по силе к штормовому. Дофет честно признался, что будь ночь лунной, он без остановок довел бы 'Ласточку' до Субарака, а так пришлось стать на якорь на рейде порта Хатегат в ожидании рассвета.

К моменту нашего прибытия в порт Субарак удалось полностью обработать аж целых двадцать шесть ящиков.

Экипаж получил законную двойную плату, а премию я пообещал выплатить лишь после реализации кристаллов. Моряки приняли это как должное. Сверх того, я выставил спиртное - получилось чуть менее полбутылки (местной, земная бутылка больше) на нос. Получив полное одобрение, я высказал пожелание: выпить означенное в трактире, не преминув рассказать о том, какие же гады ползучие эти с острова Нурхат, что напали на корабль, имеющий Знак от Повелителей. Матросы и командный состав уверили, что именно это они и собирались сделать.

Но никуда не делся неприятный вопрос: что делать с оставшимися шестнадцатью ящиками? Первое решение было очевидным: задержаться в порту и осуществить промывку, не сходя на берег. Оно бы и неплохо, но скрыть эту работу от зевак представлялось проблематичным, по меньшей мере. Второе решение состояло в найме возчиков (двух экипажей хватило бы) для перевоза всего этого в поместье. По моим прикидкам 'все это' весило около девятисот килограмм. Тут основная трудность виделась в возможности для посторонних сунуть нос в содержимое ящиков. Тарек настаивал на втором варианте, резонно указывая, что уж чего-чего, а караульную службу его люди знают. На этом и порешили. Малах был послан на организацию перевозки.

Сарат получил строжайший приказ взять с собой лейтенанта и немедленно отбыть к месту жительства супруги, а также раздобыть сведения об ирином состоянии и доложить обо всем по радио. За выполнение приказа новоиспеченный отец семейства принялся со всем возможным рвением, и для начала связался с поместьем и сообщил, что мы все живы и здоровы. Потом прошла связь с домом Моаны. В награду наш связист получил уверения от жены, что та его ждет, и что дети прекрасно себя чувствуют. Иришка тоже взяла кристалл связи и клятвенно заверила в своем прекрасном самочувствии.

Все это Сарат мне добросовестно изложил, после чего добавил чуть смущенным голосом:

– Знаешь, твоя сказала: она вместе с Кири, дескать, помогает Моане с детьми. Ира - это могу понять, а что норка делает?

Придумать ответ удалось не сразу:

– Согревает их, например. Или успокаивает. Они в этом возрасте охотнее засыпают, имея в руках что-то теплое и пушистое. Так что гони к своей, целуй ее и мелких. Ирочку тоже, да скажи ей, чтоб не вздумала ко мне ехать, потому что, дескать, Моане ее услуги очень нужны. А твоя жена сказать об этом вслух стесняется.

– Кхм.

Этим ответом Сарат засвидетельствовал свой глубочайший скепсис в отношении стеснительности супруги. После чего он прихватил Тарека и поехал.

(еще одна сцена, которую я видеть никак не мог)

Академик Тофар-ун получил информацию, что особо почтенная Моана-ра переехала в свой дом в городе. Причина была достаточно ясна: она возжелала родить ребенка в своем доме. Остались сомнения в том, стоит ли из этого события делать далеко идущие выводы.

Посланник почтеннейшего, попытавшийся засвидетельствовать свое уважение лично, потерпел неудачу. Привратник в безукоризненно вежливой форме дал понять, что госпожа никого не принимает и не намеревается это делать в течение, самое меньшее, двух недель. Впрочем, академик именно такого ответа и ожидал. Тогда представитель почтеннейшего задал невинный вопрос: нельзя ли, дескать, поговорить с глубокочтимым Профес-ором? Явно удивленный привратник удалился и через минуту принес ответ: в доме этого человека, разумеется, нет, но он как раз недавно прибыл в поместье из длительного путешествия.

Тофар подумал, что лучшей возможности переговорить с самим Професом в обход Моаны и не придумать. Кого на это отрядить? Кандидатур нашлось бы с полдесятка, и каждый неплохой маг... Стоп. Вот поэтому как раз не подойдут. Если аналитические оценки верны, то все они, вместе взятые, не смогут потягаться с этим человеком. Нет, нужен посланник без магических способностей - как демонстрация мирных намерений. Тем более, никаких иных нет.

И академик принялся набрасывать на чистом листе список вопросов.

Уже после отъезда моих офицеров я подумал, что провести разбор полетов совершенно необходимо. Но это лишь после их возвращения. Все время грызла мысль, что Сарат мог и ошибиться в диагностировании ранений Тарека - со всеми оргвыводами. Описание последствий недостаточной квалификации мага жизни я помнил прекрасно.

Полагая, что уж пара дней у меня есть, я всемерно ускорил промывку породы во всех оставшихся ящиках. Никого отвлекать не хотелось, так что те самые два дня и ушли.