Чтение онлайн

– Нет, Ровэн. Не мы, а я. Против тварей Хаоса вы мне – не помощник.

Вампир криво улыбнулся.

– Вы недооцениваете меня, мессир. Я способен на многое…

– Вот именно. На гораздо большее, чем дать себя убить исчадиям Бездны. Заберите отсюда Сотникова, и присматривайте за ним. А незваными гостями займусь я сам.

– Но…

– Не спорьте, Ровэн! Тут все решит не меч. Я буду применять самые разрушительные заклятья из своего арсенала, и ваше присутствие меня только свяжет.

– Заклятья? Но как же ограничения?

– Здесь, в Междумирье, они не действуют. В своей цитадели я волен творить, что хочу. Ступайте же, не медлите! Мне еще надо приготовить замок к обороне.

Ровэн молча повернулся и двинулся к выходу. Как ни прискорбно ему было себе в этом признаваться, но Синий прав – в предстоящей титанической битве он будет лишним.

– Давненько я не дрался всерьез! – услышал он за спиной голос Безликого.

Хозяин Судьбы, видимо, даже не заметил, что произнес эти слова вслух. Но столько было в его голосе свирепой радости и предвкушения, что вампир невольно содрогнулся при мысли о том, что ждет идущих сюда хаосских тварей.

Санкт-Петербург.

Сильной звуковой волной ударила по ушам перемена. Школьники, изнемогшие за сорок пять минут от невозможности дать выход своей кипучей энергии, словно с цепи сорвались. Однако общее сумасшествие странным образом совершенно не затронуло Мишу Волкова. Мальчик не спеша убирал в сумку учебник и тетрадь, словно предстоящие пятнадцать минут свободы для него абсолютно ничего не значили. Одноклассники смотрели на него как на чокнутого, но не пытались больше привлечь к своим играм – Миша со вчерашнего дня ходил как в воду опущенный. Это поначалу все приключения последних дней казались ему захватывающими, и он взахлеб рассказывал школьным приятелям и о «хаммере», перемоловшем санки, и о трех трупах около дверей его квартиры. Теперь же он не мог больше относиться к произошедшему с прежней восторженностью и легкомыслием.

Но тому была причина, о которой он, правда, почему-то так никому и не сказал – ни родителям, ни стражам, ни друзьям. Телефонный звонок на следующий день после того, как неожиданно разрядился амулет против взлома, и три мертвых тела неведомым образом оказались у самых их дверей. Зачем он взял тогда трубку? Мама была занята на кухне, а отец ушел в КСМП. Саша, естественно, не в счет. Можно было, конечно, подождать, пока маме надоест трезвон, и она сама подойдет к телефону. Но потом она будет сердиться. Ему это надо? С мамой надо дружить. Да и что плохого может исходить от телефона? Тогда он думал, что ничего, и без тени опасений взял трубку…

Взял и испугался, так как услышал незнакомый хриплый голос:

– Вы – покойники! Все до единого!

И тут же раздались короткие гудки. Миша до сих пор не знал, что помешало ему рассказать об этом, но язык словно прирос к небу. Мама не видела тогда его лица, белого как простыня, иначе выпытала бы у него все. Но на ее крик с кухни «Кто это, Миша?» он, неизвестно почему, выдавил: «Ошиблись номером».

«Может, и правда ошиблись, – успокаивал он себя тогда. – Или пошутить решили, напугать меня. Мало ли придурков на свете?» Немало. Это он знал точно, равно как и то, что злополучный телефонный звонок – никакая не шутка. Все всерьез и взаправду. Забавы кончились. Пришел страх, а следом за ним – ночной кошмар. Длинный и мучительный, почти не запомнившийся, но оставивший после себя на редкость отвратительные ощущения.

Глупо. Зачем кому-то преследовать их? Ведь они не делали ничего плохого. По крайней мере, он, мама и Саша. Про папу он знал меньше – тот слишком много времени проводил на работе, но был уверен, что тот не способен ни на какие гадости. Тогда за что их ненавидели? А тот голос в трубке был таким злобным, что мальчик не мог без содрогания вспоминать о нем. Неужели подумали, что это они убили тех троих? Опять глупо. Ни его, ни папы не было, когда это случилось. Не мама же с Сашей постарались! Да и зачем те трое пытались залезть в их квартиру?

«Воры», – сказал папа, и Миша поначалу с ним согласился. Но сейчас одолевали сомнения. Теперь думалось иное: эта троица приходила за ними. За Сашей или за ним самим. Почему не за родителями? Миша не мог объяснить. Просто чувствовал и все. И еще он почему-то вдруг решил, что происшествие с «хаммером» и три трупа в подъезде как-то связаны. А раз так, следовательно, охота ведется за кем-то из братьев… Или за всей семьей в целом, что еще хуже. «Все до единого», – сказал тот голос, и Михаил ему поверил. Эх, и где сейчас та красивая инферийка, что спасла их в прошлый раз? Вот рядом с ней он бы чувствовал себя в полной безопасности. Но ее не было, а значит Волковым придется выкручиваться самим.

Взяв в руки сумку, Миша вышел из класса и двинулся по коридору, стараясь держаться поближе к стене, чтобы не быть сшибленным каким-нибудь «реактивным снарядом», в которые превращались школьники на переменах. Еще пару дней назад и он был таким же…

Внезапно мальчику остро захотелось в туалет. Ускорив шаг, он устремился в дальний конец коридора. Вот и заветная кабинка! Миша быстро заскочил в нее, на ходу расстегивая молнию на брюках.

Выйдя оттуда, он направился к умывальнику и вдруг застыл на месте: зеркало… Душа мальчика ухнула куда-то вниз, и, не опорожни он только что мочевой пузырь, это бы произошло немедленно. На зеркале появилась надпись, которой не было, когда он забегал в туалет. Надпись чем-то темно-красным, напоминающим… Боже, да это же кровь! Крик рванулся из глубины его естества, но Миша остановил его в самый последний момент, крепко стиснув зубы: парню кричать не подобает. Буквы были большие и корявые, так что смысл надписи не сразу дошел до него. Она гласила:

«ЖДИ, ВОЛКОВ! СКОРО СДОХНЕТЕ ВСЕ!»

И тут мальчик не выдержал. Его вопль перекрыл даже неутихающий гам в коридоре.

Междумирье.

Пожалуй, только сейчас Синий понял, как он устал от своего статуса и тех ограничений, которые непосредственно из него вытекали. Законы Равновесия сковывали его словно кандалы, не позволяя напрямую вмешиваться в события и вынуждая постоянно искать окольные пути. Может быть, кому-то тонкие манипуляции Судьбой и чужими жизнями и показались бы увлекательными, но только не Синему. Не ему, который в своем прошлом воплощении сокрушал многотысячные армии самым чудовищным оружием из всего, когда-либо созданного смертными. Не ему, который бестрепетно выходил на бой с самыми могущественными сущностями Множества Миров. Не ему, который без тени сомнений был готов пожертвовать своей жизнью ради спасения Вселенной и до глубины души презирал Высшие Силы, обожавшие решать свои проблемы чужими руками. Теперь он сам был такой Силой и очень себе не нравился.

С другой стороны, наверное, именно такие и должны становиться Безликими. В ордене не место ни слюнтяям, ни тем, кто получает наслаждение от власти над судьбами и увлекается манипулированием другими как интереснейшей игрой. Подобные личности в этой роли чрезвычайно опасны, и Вселенная уже получила убедительное подтверждение тому на примере Лонгара Темного. Великий архимаг дроу тоже поначалу увлекся ролью кукловода, а как только ему наскучило, возжаждал реальной власти и устремился к ней, топча все законы, уничтожая жизнь и насаждая не-смерть.