Возрождение
Шрифт:
Тик-так, тик-так…
Санкт-Петербург.
Сектанты поднялись на третий этаж и выстроились полукругом возле нужной им квартиры. Один из мужчин извлек набор отмычек и принялся возиться с замком. Вскоре его лицо прояснилось. Он начал совершать осторожное вращательное движение отмычкой, как вдруг неведомая сила отбросила его от двери, и он распростерся на полу без сознания.
– Что с тобой? – бросилась к нему женщина.
– Оберег против взлома, – скривившись, словно от зубной боли, произнес высокий худой старик, который, судя по его поведению, был главным в группе сектантов. – Весьма предусмотрительно с их стороны. Но ничего, нас это не остановит.
Он достал из кармана небольшую сферу, поднес ее к двери и сжал в пальцах. Пожиратель магии на мгновение ярко вспыхнул, а затем стал излучать ровный темно-зеленый свет. Через несколько секунд, за которые артефакт сектантов высосал всю магическую энергию из оберега Волковых, последний отключился, оставив дверь беззащитной.
И тут сзади послышался деликатный кашель. Сектанты, изрядно напуганные, резко развернулись. Перед ними предстала Селена, на сей раз в облике высокой мускулистой амазонки с огненно рыжими волосами.
– Я вам не помешала? Мне показалось, вы очень заняты.
– Шли бы вы отсюда, дамочка! – посоветовал ей здоровенный мужчина лет сорока, в котором, впрочем, жира было существенно больше, чем мускулов. – Здесь проводится полицейская операция.
С этими словами он раскрыл перед Селеной удостоверение, но та даже не взглянула на документ.
– Таких бумажек я вам сама с десяток покажу. С каких пор полиция вламывается в квартиры к честным гражданам?
– Ошибаетесь, – решил вмешаться в разговор старик, чувствуя, что здоровяк закипает. – Здесь живет опасный преступник.
– Тогда почему им не занимается КСМП?
– Думаю, мы не обязаны давать отчет в своих действиях первой встречной.
– А я думаю, что придется. Я – частный детектив, и хозяин этой квартиры нанял меня, чтобы я защищала его семью от всяких уродов, желающих осложнить их жизнь. О нем мне известно достаточно. Никакой он не преступник, так что эту байку можете рассказать старушкам с первого этажа! Или вы немедленно отвечаете, кто вы такие и что здесь делаете, или… придется запачкать этот красивый подъезд вашей кровью!
Сектанты на мгновение заколебались: уж очень уверенной в своих силах выглядела рыжеволосая незнакомка, но тут вмешалась женщина, до сих пор приводившая в чувство незадачливого взломщика:
– Да она – демон! – взвизгнула сектантка. – Прислужница Врага. Убейте ее, ребята!
Назвать инфера демоном было худшим оскорблением, чем человека назвать обезьяной. По крайней мере, жители Нижнего мира реагируют на подобные слова весьма болезненно.
– А вот это ты зря, сучка! – процедила Селена и начала действовать.
Пожиратель магии не позволял инферийке материализовать в своих руках оружие, но ей этого и не требовалось. Раньше, чем старик успел выхватить пистолет, а остальные сектанты – взяться за ножи, все было кончено. Начавшей подниматься женщине Селена нанесла сокрушительный удар ногой в висок, здоровяку сломала шею, третьему сектанту ударом ребра ладони перебила гортань. Взломщик на полу так и валялся без сознания, старику же инферийка сломала запястье, так и не дав вытащить оружие. Затем она прижала его к стене, сдавив горло.
– Вырубай свой Пожиратель! – прошипела она ему в лицо.
Тот послушно деактивировал артефакт.
– Вот и умница! – улыбнулась Селена. – А теперь слетаем в одно укромное место и поговорим!
Дождавшись, когда они растворятся в воздухе, Ровэн Бланнард струйкой тумана проник в подъезд и принял свой обычный облик. Он оглядел место побоища и покачал головой. Тела сектантов, над которыми «поработала» инферийка, признаков жизни не подавали. Но вот «везучий» взломщик, который, лежа без чувств, пропустил все самое интересное, еще мог пригодиться как источник информации и не только…
Улыбнувшись своим мыслям, вампир подхватил на руки бессознательного сектанта, активировал «лаз» и шагнул в открывшуюся арку.
Московский мегаполис.
В комнате что-то изменилось. Не очень явно, на уровне тонких ощущений. Но Аллерия все равно почувствовала это и подняла голову от книги. На первый взгляд, все в порядке: клиент жив и сидит в кресле, пытаясь читать. На первый взгляд… Эльфийка внимательнее пригляделась к Сотникову и обнаружила некую странность в его ауре: в верхней ее части вокруг головы образовалось темное пятно, которого раньше не было. Эльфийка знала, что это такое – Знак Смерти. Он означал, что события, которые должны привести Сотникова к гибели, уже запущены. Впрочем, запущены ли? Может быть, они происходят сами по себе, потому что пришло его время? И что делать ей, Аллерии? Позволить им произойти? Конечно, Кирилл сам согласился на план, предложенный Безликим, но все существо эльфийки восставало против него: иметь возможность спасти чью-то жизнь и ничего для этого не делать, было для нее противоестественно. Какая жалость, что эти события происходят именно в ее дежурство: Селена на ее месте не терзалась бы так. Аллерия очень хотела, чтобы Знак Смерти был прямым результатом деятельности реинкарнатора: тогда Безликий его обезвредит и подаст ей сигнал о том, что она может вмешаться и спасти клиента от очередной гибели.
Между тем, Сотников заметил ее пристальный взгляд и вопросительно на нее посмотрел:
– Что-то не так?
– Вы себя нормально чувствуете? – вопросом на вопрос ответила Аллерия.
– Вроде, да, а что?
– Никакого недомогания, боли нет?
– Да нет, а в чем дело?
– Я просто хотела убедиться, что смерть не придет за вами изнутри. Помните, вы рассказывали о сердечном приступе в КСМП?
– Да, фантазия у Врага богатая. Со мной может произойти все, что угодно. Но почему вы спрашиваете об этом сейчас? Смерть близко?
Эльфийка поколебалась:
– Кажется, да. У вас соответствующие изменения в ауре. Вы не передумали насчет нашего плана?
Кирилл поежился:
– Пожалуй, нет, раз иначе не получается…
Аллерия бы предпочла, чтобы Сотников отказался. Тогда она с легким сердцем выполнила бы свой долг перед этим парнем, просто защищая его, но теперь… Вздохнув, эльфийка убрала незримый защитный экран вокруг Кирилла. Для того, чтобы произвести это простое, в общем-то, действие, ей пришлось совершить над собой настоящий внутренний акт насилия.