Чтение онлайн

«Молодой, горячий, жизнь его еще не обломала, как меня… — думал он. — Может рассказать ему, как все в действительности дело обстоит? Хотя зачем?.. Все может измениться, вернувшись на круги своя, может сразу после того, как кукурузника сменят на посту, и вот тогда… именно такие как он и понадобятся, молодые волкодавы, что станут рвать врагов. Главное, чтобы к этому моменту он не успел во всем разочароваться. Впрочем, этот все хорошо понимает и знает с чем придется столкнуться, так что только злее станет».

Докурив беломорину и раздавив остатки в пепельнице, Бутурлин сказал:

— Ладно Громкий… я тебя понял. Но, чтобы я замолвил за тебя словечко, ты должен мне доказать, что достоин этого.

— Каким образом?

— Для начала… завербуй мне трех осведомителей. Сделай это до Нового года.

— Есть конкретные имена? Чтобы не вышло накладки?

— Вот заодно разберешься с этим…

— Хорошо. Что еще?

— Стань старостой или комсоргом. Это после Нового года, но не затягивай до весны. Я должен увидеть, можешь ли ты делать реальные дела или только языком горазд молоть.

— Это все?

— Да.

— Разрешите выполнять?

— Действуй.

Дмитрий вышел из кабинета на «деревянных» ногах и закрыв дверь, чуть не рухнул на пол из-за того, что «дерево» превратилось в «вату». Сердце с силой долбилось в груди, что твой отбойный молоток словно пытаясь пробить грудину и выскочить наружу. Он даже не ожидал от себя столь острой нервной реакции.

— Вроде получилось, — выдохнул он, смахнув со лба обильно выступивший пот.

И тут же недовольно скривился. Дополнительные условия от комитетчика его не порадовали. Он в принципе не понимал, как станет вербовать студентов и совсем не представлял, как сместить с должности старосту или комсорга, чтобы занять их место.

«Одно хорошо — после истории с джинсами я достаточно популярен у студентов, чтобы меня без проблем избрали», — подумал он.

Мелькнула мысль устроить профанацию с вербовкой и самому писать отчеты от лица завербованных. Что до почерка, то можно заплатить школьника и те уже перепишут.

— Ерунда… если все получится как надо, то это все быстро вскроется, ведь осведомителей надо передать капитану… Ладно, надо еще раз присмотреться к одногрупникам и прочим сокурсникам.

Ужинать Носов, как всегда, пошел в столовую. Готовили там не сказать, чтобы очень хорошо, не ресторан ведь, но в целом приемлемо. Опять же стоило не очень дорого, в пределах двух с половиной рублей плюс-минус пятьдесят копеек. Вполне приемлемо при стипендии в триста рублей, плюс подработка. Заморачиваться же с готовкой на тесной общажной кухне, да еще с выяснениями отношений — кто и чего у кого скоммуниздил из продуктов Дмитрий не собирался.

«Может кого из своих соседей по комнате вербануть?» — жуя оладью, думал он.

Но вынужден был отбросить эту мысль. Зацепиться не за что, разве что начать шантажировать, дескать не начнете добровольно сотрудничать, сам на вас такое понапишу, что на Колыму поедете… К тому же была мысль, что один из них и так на крючке у КГБ, слишком уж смело антисоветчину высказывает. Провокатор, одним словом.

«Нет, шантаж не наш метод… по крайней мере не в данной ситуации», — подумал он.

Но в голову ничего так и не пришло путного.

— Ч-черт…

— Влад…

Задумавшись, Дмитрий не заметил, как к его столу подошла однокурсница из другой группы. Звали ее Ольгой и она являлась одной из самых ярких девушек, по крайней мере носила модную одежду, но при этом к ней не могла прицепиться Даздраперма, сложная прическа и не пренебрегала украшениями. Стиляга в общем. И тоже питалась в столовой не желая возиться на кухне общежития.

— Да?

— Можешь мне занять пятьдесят рублей? Немного не рассчитала…

Стипендию должны были выдать через неделю.

— Хм-м… не вопрос. Держи…

Носов достал из кармана деньги и отсчитал запрошенную сумму.

— Спасибо!

Крутанувшись на месте, она умчалась по своим делам.

— Ладно… надо еще раз присмотреться к ребятам и уточнить, кто чем дышит.

С наступлением холодов традиционные прогулки по улицам и паркам прекратились, но развлечения на этом не заглохли. В полную силу заработал Дом культуры.

Для него же было несколько удивительно наблюдать, как парни одалживали друг другу одежду для похода на свидания и вечеринки. С одеждой реально обстояло очень плохо.

Дмитрий в целом тяжело вливался в коллектив, все-таки ментально он был много старше окружающих его ребят и те чувствовали его несколько отстраненное отношение, но списывали на свойство характера. Опять же целенаправленно отсекал все попытки сближения с противоположным полом. Привязанности ему совсем не требовались, даже вредны.

Да и подтверждал статус «буки» он нередко. Музыка его особо не интересовала, в том числе зарубежная, так что в ее обсуждении не участвовал, он и в прошлой жизни не был меломаном и воспринимал ее, за редким исключением, лишь как звуковой фон. Как и в кино не ходил, не мог он смотреть нынешние «шедевры» даже западного производства, скучно и неправдоподобно, особенно комедии какие-то вымученные.

В общем если бы не участие в художественной самодеятельности, то Дмитрий и вовсе перестал бы участвовать в студенческой жизни.

«Теперь же надо не просто участвовать, но еще и становиться активистом», — напомнил он себе.

Правда с этим тоже как-то не получалось.

«Может музыкально-инструментально-танцевальную группу собрать? — подумалось ему. — Но тогда придется вспоминать песенки для соответствующего репертуара».

Вспоминалось в общем-то легко. Хоть и зарекся он в свое время в «шоу-бизнес» лезть, но… это другое.