Чтение онлайн

Насколько я помню, она была одной из первых, кто ушел в свою комнату после предсвадебного ужина вчера вечером. Она сказала, что устала от недели торжеств и захотела пойти спать пораньше.

Мы с ней лучшие подруги со второго класса, я знаю её лучше, чем кто-либо другой, именно поэтому знаю, что она борется с трудностями с тех пор, как я обручилась. Она всегда была одержима планированием своей будущей свадьбы и прохождением всей рутины с замужества и до детей, у меня же был бескомпромиссный подход. В прошлом году она рассказала мне, что есть один парень на работе, но он отказался брать на себя обязательства. Призналась, что, зная, что он недоступен, она никогда не могла сказать ему «нет».

Ей никогда не везло в любви, но я знаю, что однажды она найдет идеального парня, и он будет достойным, чтобы его дождаться.

Звонит телефон, и мама спешит ответить. Закончив говорить, она поворачивается ко мне.

— Обслуживание номеров доставили подарок.

Знаю, что по традиции молодожены дарят друг другу подарки в день свадьбы, но что вы подарите мужчине, у которого всё есть?

Серебряные запонки с выгравированной датой нашей свадьбы на них, вот что.

Всякий раз, надевая их, он будет думать об этом дне.

На мой телефон приходит сообщение, и я понимаю, что ничего не слышала от Дориана с самого утра. Наверняка он занят со своими шаферами и потакает требованиям матери, поскольку она единолично организовала всё событие, и каждая его минута должна проходить так, как запланировано.

Но это сообщение от визажистки, в котором она сообщает о своем опоздании на пять минут. Я отвечаю ей, что это не проблема, и откладываю телефон. Спустя несколько минут обслуживание номеров заносит маленькую синюю коробку с белой лентой вместе с запиской на их фирменной открытке.

Моя дорогая Оливия,

С того самого момента, как ты появилась в моей жизни, ты показывала мне, каким именно мужчиной я хотел быть: таким мужчиной, который достоин провести вечность с тобой.

Отныне и во веки веков. Не могу дождаться, чтобы состариться вместе.

Навеки твой...

Дориан

Я дергаю белую ленту и поднимаю крышку коробки. Меня приветствует блестящий золотой медальон, вместе с новыми инициалами, выгравированными на лицевой стороне.

Красивый. Классическое и неподвластное времени произведение на века.

И оно бы идеально подошло...

... если бы у меня не было аллергии на золото.

Факт, на который я указывала множество раз за последние годы, пока, наконец, он совсем не перестал дарить мне украшения. Я стараюсь не принимать на свой счет, что он забыл, или расценивать как знак.

— Дай мне взглянуть! — мама спешит ко мне, вздыхая так, будто я показываю ей Алмаз Хоупа13. Она одна всегда устраивает сцены. — Просто потрясающий. Но ты не можешь носить его. У тебя аллергия.

— Стилисты здесь, — сообщает одна из подружек невесты с другой стороны номера. Заходит группа мужчин и женщин со своими дорожными косметичками, высокими стульями и спортивными сумками и начинает осматривать комнату для лучшей импровизированной студии.

Начинается...

Остаток утра проходит как в тумане, состоит из хайлайтинга, контуринга, лака для волос, духов, бриллиантовых сережек, доставки в номер фруктовой тарелки и сандвичей с огурцом.

Прежде чем я осознаю, на часах уже почти без четверти два, и мы должны спуститься в розарий.

К тому времени, как мы туда добираемся, и я вижу отца в смокинге со слезами на глазах, все становится реальным. У меня сводит живот. Ладони потеют. Элизабет передает мне букет.

— Ты готова, Стручок? — спрашивает отец, называя меня детским прозвищем.

Я киваю, мое горло слишком напряжено, чтобы говорить.

Совершенно не представляю, хорошие ли это или плохие нервы, но музыка играет, подружки невесты идут к алтарю по двое, и это происходит.

Могу только надеяться, что когда подойду к алтарю и взгляну в глаза своему возлюбленному, все это напряжение и сомнения исчезнут.

Прошлой ночью я лежала в его объятиях и рассказывала ему о страхе, что мы не приняли правильного решения. Он убедил меня, что был моим всегда. Только моим. И что так будет всегда. Он пообещал любить меня до последнего вздоха.

Я закрыла глаза и представила Габриэля.

Количество гостей растет, пока отец ведет меня по белому шелковому проходу, усыпанному нежно-розовыми лепестками роз.

Сквозь бледную фату, я смотрю на своего будущего мужа, наши взгляды пересекаются, и в этот момент вспоминаю о его сладких речах, как он держал меня в объятиях и успокаивал, взваливая на свои плечи мои заботы. Дориан улыбается, на щеках появляются ямочки, и узлы внутри меня начинают развязываться.

— Дорогие мои, — начинает наш священник, давний и любимый священник Хоторнов, — мы собрались сегодня вместе в присутствии Бога, чтобы засвидетельствовать вступление в священный брак Дориана Кларка Хоторна Третьего и Оливии Энн Перетти. Брак - почетное состояние, установленное Богом с тех пор, как первый мужчина и женщина ступили на эту землю. Следовательно, важно вступать в брак не легкомысленно, а с почтением и обдуманно. Кто выдает невесту этому мужчине?

Моя рука по-прежнему сцеплена с отцовской, и я смотрю на него, замечая его сдерживающим подавленную улыбку. Его голубые глаза стеклянные, и он делает всё возможное, чтобы держать себя в руках. Я сжимаю его руку, и он поглаживает меня.

— Мы с ее матерью, — отвечает отец.

Боковым зрением я замечаю мать Дориана, вытирающую уголки глаз льняным носовым платком. Готова поспорить, что это не слёзы счастья, но, тем не менее, они кажутся такими.

Отец поднимает фату и целует меня в щеку прежде, чем положить мою ладонь в руку Дориана, и вернуться на место возле матери.

— В этом священном месте, два присутствующих здесь сейчас человека пришли обвенчаться, — продолжает священник. — Если кому-либо известна причина, почему этой паре нельзя пожениться, пусть сообщит об этом сейчас или хранит молчание вечно.