Возмездие
Шрифт:
— Мне очень жаль, Дэвид. — Кали ободряюще коснулась его руки.
— Да не о чем жалеть, — пожал он плечами. — Меня уже тошнит от этой политики. Я привык гордиться своей работой, привык думать, что приношу какую-то пользу. А теперь я превратился в кабинетную крысу, роющуюся в куче политического дерьма. Может быть, это мой последний шанс сделать что-нибудь стоящее.
— Я скажу командиру корабля, чтобы он встретил вас, — сказала Ориния, когда они уже направлялись к выходу. — Только не опаздывайте. Для нас, турианцев, пунктуальность — высшая добродетель.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Призрак сидел в погруженном в темноту кабинете и смотрел на умирающее красное солнце, занимавшее большую часть обзорного экрана. Его мысли постепенно приходили в порядок, самоконтроль и уверенность в своих силах тоже быстро возвращались к привычной — и безопасной — обстановке. Турианцы могут и дальше наносить удары по «Церберу», но главной цели они так и не достигли — не уничтожили мозг организации.
К вопросам безопасности Призрак подходил с той же почти параноидальной тщательностью, как и к подбору людей и планированию операций. Не считая Кая Лэнга, находящегося сейчас на базе, только шестеро агентов когда-либо были допущены в святая святых «Цербера». И каждый раз, как только они покидали базу, он приказывал переместиться в другую звездную систему.
Мобильность помогала сохранять тайну, так же как и жесткая система отбора экипажа. Те два десятка людей, что населяли станцию, были самыми надежными, самыми преданными из всех его сторонников. Настоящие фанатики, зелоты. Они были отобраны из рядовых членов организации после множества психологических тестов, прошли не слишком сложную, но эффективную программу идеологической подготовки, воспитывающей в них пламенную веру в торжество дела «Цербера» и в ее лидера. Допущенные к работе на базе не просто уважали Призрака — они почитали его как святого, боготворили его. Любой из команды без раздумий и сожалений пожертвовал бы жизнью по его приказу.
Временами Призраку казалось, что он перегибает палку, что такая секретность вызвана не насущной необходимостью, а всего лишь его собственными капризами. Но события последних суток убедительно ответили на этот вопрос. Турианцы нанесли «Церберу» жестокий удар. Многие из его агентов захвачены. Некоторые из них откажутся давать показания даже под угрозой смертного приговора, другие, наоборот, с радостью выложат все, что знают, лишь бы спасти свою шкуру. Те, кто избежал разоблачения, скорее всего, изменят внешность и пустятся в бега, решив, что все рухнуло.
Обширная сеть финансирующих «Цербер» компаний и корпораций тоже будет выявлена и разрушена. И хотя у Призрака достаточно и собственных средств, но функционирование такой организации, как «Цербер», стоит безумно дорого, и пока восстановятся источники финансирования, он может истратить все свои богатства.
Но еще больше, чем финансовые трудности и разоблачение агентурной сети, огорчала потеря стратегических, жизненно важных для организации объектов. Турианцы захватили две лучшие тренировочные базы и четыре крупнейшие лаборатории «Цербера». Вряд ли кому-то из персонала удалось уцелеть, а это значит, что вдобавок к миллиардной стоимости оборудования и вооружения он потерял еще и множество блестящих специалистов.
Однако, несмотря на понесенные потери, «Цербер» будет жить. У Призрака гораздо больше сторонников, чем могут себе представить руководители Альянса. У организации есть и другие лаборатории, другие тренировочные центры, расположенные как в пространстве Цитадели, так и за его пределами. Уцелело и множество независимо работающих агентов в разных концах Галактики.
С этой неприступной, известной лишь горстке самых преданных людей станции Призрак будет и дальше руководить организацией, одинаково скрытый как от врагов, так и от друзей.
Постепенно он восстановит все, что было потеряно. Соберет разрозненные ресурсы, построит заново теневую империю, поддерживающую «Цербер» финансами. Навербует новых сторонников и построит новые базы взамен утраченных. У него уже готов план внедрения своих агентов на ключевые позиции в Альянсе.
Полное восстановление займет много времени, а человечество уже сейчас нуждается в защите. И «Цербер», несмотря на собственные проблемы, не отвернется от землян и жителей земных колоний.
Но это все дело будущего. А в настоящем необходимо разобраться с вырвавшимся на свободу Грейсоном. Кай Лэнг готов хоть сейчас отправиться на охоту за предателем, но ему требуется помощь, чтобы отыскать и прикончить чудовище, самим же Призраком и созданное.
В одиночку «Церберу» с этим не справиться. Организация сейчас слишком ослаблена. И действовать придется очень осторожно.
Его врагов не устроит просто победа над «Цербером», они не успокоятся до тех пор, пока не убьют или не возьмут в плен самого Призрака. Они будут внимательно следить за его попытками восстановить силы, за всеми, кто разделяет его идеи.
Обращаться сейчас к потенциальным союзникам слишком рискованно. Должно быть какое-то другое решение.
Искать способ справиться с Грейсоном нужно за пределами обитания человеческой расы, за пределами пространства Цитадели. Ради будущего человечества Призраку придется смирить гордость и обратиться за помощью туда, где сосредоточено все, что он ненавидит в чужаках.
Все дороги ведут на Омегу. И если он хочет покончить с этим делом, он должен снова послать туда Кая Лэнга.
Кали и Андерсон спускались по трапу вслед за турианским солдатом, которому поручили встретить гостей и показать им станцию. Полдюжины посланных Оринией специалистов замыкали колонну.
Стыковочный отсек оказался достаточно просторным, чтобы вместить не только их шаттл, но и корабли турианского штурмового отряда, охраняющего сейчас станцию. И все равно оставалось еще много свободного места.
Турианцы еще не закончили наводить порядок после штурма. Сейчас они со всеми возможными почестями складывали в углу отсека тела своих павших товарищей.
Мертвых землян, наоборот, беспорядочно сваливали в центре погрузочной площадки, предварительно обыскав и забрав все ценное. Закончив обыск, турианцы брали труп за руки и за ноги, относили к стене и сбрасывали во все возрастающую кучу.
Эти люди из «Цербера» были врагами, но Кали все равно возмутилась тем, как чужаки обращаются с ее соплеменниками. Она оглянулась на Андерсона, но тот демонстративно смотрел в другую сторону.