Чтение онлайн

Врег улыбнулся. Его свет смягчился. И что-то в нём как будто сделалось печальнее.

— Ты по-прежнему многого не знаешь обо мне, брат, — сказал он.

Джон кивнул. Вспомнив те проблески с базы Повстанцев, которые он улавливал, а также те вещи, которые рассказывала ему Элли (и про последнее Восстание, и про то, что случилось во время Первой Мировой Войны), он снова кивнул, и его грудь сдавило.

— Ага, — он вздохнул, не переставая прислоняться к широкой груди Врега. — Ты хочешь, чтобы я узнал больше? Перед тем, как мы сделаем это?

Врег поколебался. Джон опять ощутил на себе свет другого видящего, который, может, даже сканировал его.

После очередной паузы Врег кивнул, словно приняв решение.

— Думаю, да, — в его голосе звучала лёгкая нервозность, но Джон не слышал там увиливания. — Думаю, тебе нужно кое-что узнать… пока мы не завершили связь, имею в виду. Я бы предпочёл, чтобы ты ясно видел меня, Джон. Ну, или настолько ясно, насколько это вообще возможно, учитывая, сколько лет мне надо пересказать тебе, чтобы восполнить картину.

Он поколебался, вновь пожав плечами.

— …Это даже традиция, знаешь — беседовать с остальными. Ты можешь поговорить с Тарси. Нензом. Есть и другие Повстанцы, которым кое-что известно. Я дам тебе имена, если хочешь. Большинство с радостью поделится с тобой воспоминаниями. Ты также имеешь право спрашивать. Просить Барьерные записи моего прошлого, если хочешь… в том числе и от меня.

В этот раз он говорил почти обеспокоенно, но Джон лишь кивнул, ощущая, как расслабляются его плечи.

— Хорошо. Да, приятель.

На мгновение эта тревога в свете Врега приумножилась.

Похоже, он хотел сказать что-то ещё, затем резко передумал.

— Так что мы скажем остальным? Тут нам тоже лучше подождать?

Джон послал ему ободрение, открывая свой свет.

— Нам нужно что-то им сказать, Врег, — произнёс он. — Нам нужно их предупредить. Ты же понимаешь это, верно? Если ты начнёшь рассказывать о себе, и я не сумею справиться с этим, и с остальным придётся повременить… они поймут.

Снова вздохнув, он пожал одним плечом, затем добавил:

— Если мы им не скажем, и ты начнёшь рассказывать о себе, и это нас сблизит… настолько сблизит, что мы опять начнём заниматься сексом… то есть, исчезнем на несколько недель, занимаясь сексом… это осложнит их жизни. Существенно.

Врег кивнул.

— Справедливо, да. Ты прав.

Джон деликатно отстранился от рук видящего.

— Так что мы им скажем, — произнёс он более решительно, чем ощущал себя.

Вздохнув, он поднял чистую рубашку со стола и натянул её через голову, чувствуя на себе взгляд видящего.

Врег лишь кивнул с бесстрастным лицом, но не пошевелился, наблюдая за Джоном с расстояния считанных футов, пока тот заканчивал снимать старую одежду и надевать новую.

Врег не отводил взгляда всё то время, что Джон переодевался, но наблюдал за ним с непроницаемым лицом. Даже когда Джон с гримасой стянул грязные носки и надел новые, а потом опять сунул ноги в армейские ботинки, покрытые коркой грязи.

Он почувствовал себя лучше. Он по-прежнему отчаянно нуждался в душе, но почувствовал себя лучше.

Врег начал снимать свою рубашку и расстёгивать ремень, чтобы переодеть брюки, только тогда, когда Джон уже стал убирать свою грязную одежду в тканевый мешок, оставленный консьержем. Джон до сих пор ощущал на себе взгляд видящего и его непроницаемый свет, овившийся вокруг Джона. Бывший Повстанец укрылся пологом, которого Джон прежде на нем не ощущал — он почти полностью окутал aleimi Врега, но при этом он держался за Джона почти так, будто от этого зависела его жизнь.

Джону пришла в голову мысль, что, может быть, так и есть.

Но об этом он тоже пока не мог думать.

Я добралась до бара позже, чем планировала.

Признаюсь, к тому времени я немного нервничала. Я знала, что Ревик меня искал.

Находясь внизу, я погрязала во всё новых и новых слоях деталей. Я просмотрела большую часть записей интервью Балидора с Дитрини, а также несколько интервью, которые проводили Деклан и Анале. Ничто из этого не было настолько уж полезным, хоть Тензи, Гаренд и Анале были рядом, чтобы выпытывать детали, но хотя бы я довольно хорошо уловила закономерности.

Я попыталась связаться с Тарси, чтобы получить её мнение по ситуации с моим светом, но не могла достучаться. Я так и не получила прямого ответа на вопрос, где она, но по словам её свиты у меня сложилось впечатление, что она опять погрузилась в то состояние глубоких Барьерных путешествий, как она делала в Гималаях.

В любом случае, я не смогу ничего у неё спросить, пока она не вернётся.

Я испытывала искушение сказать Гаренду, чтобы он увеличил Дитрини дозу галлюциногенов, а потом послать туда Анале, чтобы поговорила с ним, но я не хотела портить тот график, который установил Балидор.

Примерно в этот момент я ощутила очередной вопросительный сигнал от Ревика.

Вместо того чтобы пытаться объяснить, что я делала, я ответила ему довольно резко и завершила разговор прежде, чем он успел что-то от меня почувствовать.

Я не собиралась дистанционно вываливать на него свои тревоги о том, что Дитрини мог нахимичить с моим светом — и уж тем более делиться своими страхами, что это как-то соотносится с теорией Балидора о том, что Тень уже может быть в Нью-Йорке. Я знала, какова будет возможная реакция на то, что я вообще пошла поговорить с Дитрини.