Война Ретифа
Шрифт:
– Весьма неважный прием, Левша,- укоризненно проговорил он.- Хорошо, что я тебе не враг.
– Эй!
– вмешался здоровяк, шагнув вперед.- Отпусти его. Ретиф взглянул на широкое лицо парня, оно маячило на дюйм
повыше его шести футов и трех дюймов.
– Почему тебя называют Большим Леоном? Большой Леон подбоченился.
– Отпусти Сеймура, и я тебе покажу,- проскрипел он. Ухватив Сеймура половчее, Ретиф вздернул его над полом.
– На, получай,- предложил он и швырнул пленника в здоровяка. Леон пошатнулся, охнул, оттолкнул Сеймура и, нахмурившись, сложил пальцы в кулачище для нападения.
Что-то пронзительно задребезжало. Массивный пятифутовый куопянин в блестящем черном панцире, украшенном серебряным орнаментом, вкатился между Ретифом и Большим Леоном.
– Вон отсюда, чужестранные бродяги!
– заголосил вновь прибывший. Взмахнув длинной дубинкой из черного дерева, он ткнул ею в парня со шрамом, едва поднявшегося с пола. Позади первого появились двое, трое, а потом и с полдюжины любителей дубинки - все в новехоньких черных с серебром прикидах спонсируемой ДКЗ федеральной полиции. Войон-капитан взмахнул щупальцами, позволяя Ретифу заглянуть в его желто-зеленую, усаженную серебристыми иглами глотку.
– Вы все арестованы,- проскрипел он.- Поместите ваши органы управления над средоточиями органов чувств и марш на выход!
– На каком основании?
– осведомился Ретиф на войонском диалекте.
– Проникновение на запретную территорию, пришелец. Да не все ли равно? Это послужит уроком вашим приятелям, чтобы те оставались в гетто, любезно предоставленном им Планетарным Правительством.
– Минутку,- вмешался со своего высокого табурета бармен.- Я Гом-Гу и…
– Молчи, потакатель чужим извращениям,- рявкнул войон.- Или я найду место в темнице и для тебя!
Сопровождающие войоны уже готовились пустить в ход дубинки. Поймав поверх их голов взгляд Большого Леона, Ретиф чуть заметно качнул головой вправо. Здоровяк прищурился и быстро кивнул. Едва стоявший перед Ретифом войон отвел дубинку назад для тычка в грудь, как Леон поймал пришельца за верхнюю пару рук, оторвал от пола и, крутанув, швырнул его в подчиненных. Двое войонов грохнулись на пол, Ретиф развернулся, перехватил горячего юнца, подкравшегося слева, за рудиментарные надкрылья и оттолкнул его прямо на напарника. Парень со шрамом тем временем ловким движением выкрутил дубинку из щупальцев ближайшего копа, нырнул и ткнул ее в спицы главных (в ярд высотой) колес инопланетянина. Жертва остановилась со скрежетом и звоном сломанных спиц. Большой Леон встретил второго нападающего войона размашистым ударом, вскрикнул, когда его кулак отскочил от скрытой под шипастым доспехом грудины, и ударил снова так, что тот отлетел в сторону. Державшийся наготове Ретиф заклинил его главные колеса дубинкой, вырванной у последней жертвы как раз в тот миг, когда единственный невредимый войон нанес Большому Леону мощный удар по затылку. Леон с ревом обернулся, схватил копа за туловище и ударил о подиум со стойкой бармена.
– Эй!
– завопил тот.- Я Гом-Гу, исполняющий Танец Печали…
– Бежим отсюда!
– Парень со шрамом уклонился от свистнувшей дубинки войона и кинулся к двери. Перед ним разбегались куопяне всех мастей и размеров. Леон нацелил удар на возобновляющего атаку копа. Джерри схватил за руку четвертого пошатывающегося землянина с разбитой до крови головой и вклинился в толпу. Ретиф, прижатый к подиуму двумя сохранившими активность войонами, дубинки которых со свистом описывали перед ним дуги, подхватил со стойки высокую бутылку и от души треснул одного из них по голове. Подавшийся вперед Гом-Гу уложил второго рукоятью стартера.
– Ретиф!
– перекрыл своим голосом гомон наслаждающихся бесплатным зрелищем посетителей бармен.- Я Гом-Гу, исполняющий Танец Извинения…
– Этот танец за мной,- шумно выдохнул дипломат.- Пожалуй, мне лучше удалиться, Гом-Гу. Извини за ущерб…
– Во всем виноваты эти придурки-во-власти,- бармен взволнованно всплеснул надкрыльями.- Перебить дружескую беседу солидных клиентов! Тум-тук…- он махнул паре официантов, обслуживающей столы.- Вытащите этих забияк-войонов на улицу, будь они живы или мертвы,- наклонившись, он уставился на войона, которого швырнул о подиум Большой Леон.- Что касается этого типа, то суньте его в мусоросжигатель. Он получил то, что ему причиталось.
– Пора драпать отсюда, мистер,- сказал Леон.- Тот жук был полицейским, и у него много друзей…
Вдали послышался звон гонгов.
– Тебе лучше сменить место своих развлечений, Ретиф, и поскорее,- посоветовал Гом-Гу.- Один из этих зануд позвал своих негодяев-приятелей.
– Мы уже уходим. И спасибо за то, что стукнул того, последнего,- он подобрался слишком близко.
– На здоровье, Ретиф. Эти мошенники наглеют на глазах. Говорю тебе, они что-то замышляют! И помни: после колес у войонов наиболее уязвимая точка - это место схождения теменных пластин.
– Я это запомню.
В более спокойной питейной, где подавали гроп, в миле от места действия, Ретиф и четверо землян нашли стол в конце зала, откуда могли наблюдать за улицей. Сквозь широкую арку без дверей они видели хмуро и деловито спешащих мимо копов-войонов в их черно-серебряных прикидах. Большой Леон подул на покрытый ссадинами кулак, застенчиво поглядывая на Ретифа.
– Извините нас за грубость, мистер…
– Ретиф. Извинений не требуется. Теперь я вижу, почему тебя называют Большим Леоном.
Здоровяк кивнул.
– Вы тоже выглядели там неплохо, мистер. Быть может, теперь эти жуки призадумаются, прежде чем связываться с компанией терри.
– Что нашло на жуков?
– спросил парень со шрамом.- Они и без того досаждают нам в поле, но мне казалось, что в городе у них свои дела.
– Об этом мы и хотели поговорить,- сказал Большой Леон.- В племени войонов что-то происходит. Я думал, что они хотят разделаться с нами - плантаторами и торговцами, но они «зашили» весь город словно мертвого матроса.
– Нам едва удалось попасть в город,- заговорил человек со стальным зубом.- Порт патрулируется, и можно подумать, что мы тут лишние.
– Новые полицейские силы были задуманы с тем, чтобы принести закон и порядок на Куоп,- произнес Ретиф.- По распоряжению начальства на город назначено не более сотни единиц, плюс мелкие подразделения в главных торговых поселках.
– Сотня? Черта с два,- проворчал Леон.- Ими кишит весь город, а между городом и Ромовыми джунглями их еще с десяток тысяч.