Чтение онлайн

— Цельтесь в человека позади, — сказал он, подавая револьвер миссис Элфинстон, — если он будет напирать слишком… Нет, цельтесь лучше в его лошадь.

Он попытался проехать по правому краю и переехать дорогу. Это оказалось невозможным — надо было двигаться по течению толпы. Вместе с толпой они миновали Чиппинг-Барнет и проехали почти милю от центра города, прежде чем им удалось пробиться на другую сторону дороги.

Кругом были такие же шум и давка, но в городе и за городом дорога несколько раз разветвлялась, и толпа немного разрядилась.

Они направилась к востоку через Хэдли и здесь по обе стороны дороги и еще дальше в одном месте увидели толпу людей, которые пили прямо из реки и дрались из-за водопоя. Еще дальше, с холма близ Ист-Барнета, они видели, как вдали медленно, беспорядочно, без сигналов, друг за другом двигались два поезда. Не только вагоны, но даже тендеры с углем позади паровозов были облеплены народом. Масса народу шла пешком к северу по Главной Северной линии. Очевидно, поезда эти взяли пассажиров вне Лондона, потому что в то время из-за паники сесть в вагоны на центральных вокзалах было невозможно.

Здесь они остановились отдохнуть: все трое страшно устали после пережитых волнений. Они начали чувствовать первые приступы голода; ночь была холодная, но они боялись уснуть. Даже вечером мимо их стоянки проходили беженцы, убегающие от неведомой опасности и направляющиеся в ту сторону, откуда приехал брат.

Если бы марсиане стремились только к разрушению, то они могли бы в тот же понедельник уничтожить все население Лондона, медленно растекавшееся по ближайшим графствам. Не только по дороге к Барнету, но и по дороге к Эджуеру и Уолтхэм-Эбби, и на восток к Саусенду и Шрусбери, и к югу от Темзы, к Дилу и Бродстерсу, стремилась такая же яростная толпа. Если бы в это июньское утро кто-нибудь, поднявшись на воздушном шаре в ослепительную синеву, взглянул на Лондон сверху, то все северные и восточные дороги, отделявшиеся от бесконечной сети улиц, показались бы ему усеянными черными точками беженцев, каждая точка — молекула человеческого страха и отчаяния. В конце предыдущей главы я передал рассказ моего брата о дороге к Чиппинг-Барнет, чтобы показать читателям, чем представлялся этот рой черных точек одному из беженцев. Ни разу еще в истории мира не двигалась и не страдала вместе такая масса людей. Легендарные полчища готов и гуннов, величайшие орды показались бы только каплей в этом потоке. Это было беспорядочное шествие, паническое стадное бегство, гигантское и ужасное, без всякого порядка, без определенной цели: шесть миллионов людей, безоружных, без запасов пищи, стремились куда-то очертя голову. Это было началом падения цивилизации, гибели человечества.

Прямо перед собою воздухоплаватель увидел бы сеть улиц, дома, церкви, скверы, перекрестки, сады, уже покинутые, точно огромную карту с чернеющими пятнами на юге. Над Илингом, Ричмондом, Уимблдоном словно какое-то чудовищное перо накапало чернильные кляксы на карту. Безостановочно, неуклонно каждое черное пятно ширилось и расстилалось, разветвляясь, останавливаясь перед подъемом и быстро переливаясь через возвышенность в какую-нибудь вновь открытую ложбину. Так расплывается чернильное пятно на промокательной бумаге.

Дальше, за голубыми холмами, поднимавшимися на юг от реки, расхаживали, поблескивая, марсиане, спокойно и обдуманно выпуская ядовитые облака газа. Затем они рассеивали газ струями пара и захватывали завоеванную страну. Они, очевидно, не собирались все уничтожать, только хотели вызвать деморализацию и сломить всякое сопротивление. Они взрывали пороховые склады, перерезали телеграфные провода и портили в разных местах полотно железных дорог. Они как бы подрезали человечеству подколенную жилу. Казалось, они не торопились расширить зону своих действий и прошли в этот день не дальше центра Лондона. Возможно, что значительное количество лондонских жителей оставалось еще в своих домах в понедельник утром. Без сомнения, многие из них были задушены черным газом.

До полудня Пул представлял удивительное зрелище. Пароходы и разные суда еще стояли там, и за переезд предлагались громадные деньги. Говорят, что многие бросались вплавь к судам — их отталкивали баграми, и они тонули. Около часа дня под арками Блэкфрайерс-Бриджа показались тонкие струйки черного газа. Моментально весь Пул превратился в арену бешеного смятения, борьбы и свалки. Масса лодок и катеров стеснилась в семерной арке Тауэр-Бриджа, и матросы-грузчики отчаянно отбивались от людей, бросавшихся к ним с берега. Некоторые, карабкаясь, спускались даже по устоям моста.

Когда спустя час за Клок-Тауэром появился первый марсианин и направился вниз по реке, то за Лаймхаузом плавали одни обломки.

Я уже упоминал о пятом цилиндре. Шестой упал у Уимблдона. Брат, охраняя своих спутниц, спавших в фаэтоне на лугу, видел зеленый блеск его полета далеко за холмами. Во вторник, все еще не теряя надежды уехать по морю, он продолжал пробираться среди массы беженцев к Колчестеру. Слухи о том, что марсиане уже захватили Лондон, подтвердились. Их видели у Хайета и даже у Нисдона.

Брат мой увидел их, однако, только на следующий день.

Скоро толпы беженцев почувствовали недостаток продовольствия. Голодные не церемонились с чужой собственностью. Фермеры должны были защищать с оружием в руках свои скотные дворы, амбары и еще зреющую и не снятую с полей жатву.

Некоторые беженцы, также как и мой брат, повернули на восток. Находились такие смельчаки, которые в поисках пищи возвращались обратно к Лондону. Это были главным образом жители северных предместий, которые знали о черном газе только понаслышке. Брат слышал, что около половины членов правительства собралось в Бирмингеме и что масса сильных взрывчатых веществ была заготовлена для закладки автоматических мин в средних графствах.

Ему передавали также, что железнодорожная компания Мидленда исправила все повреждения, причиненные в первый день паники, восстановила сообщение, и поезда снова идут к северу от Сент-Олбэнса, чтобы уменьшить прилив беженцев в ближайшие графства. В Чиппинг-Онгаре висело объявление, сообщавшее, что в северных городах имеются большие запасы муки и что в течение двадцати четырех часов хлеб будет распределен между голодающими жителями окрестностей. Однако это сообщение не заставило брата изменить свой план; они весь день продвигались к востоку и нигде не видели раздачи хлеба. Да и никто этого не видел. В эту ночь упал седьмой цилиндр — на Примроз-Хилл. Он упал во время дежурства мисс Элфинстон. Она дежурила ночью попеременно с братом.

В среду трое беженцев после ночевки в пшеничном поле достигли Челмсфорда, где кучка жителей, назвавшаяся Комитетом общественного продовольствия, отобрала у них пони и не выдала ничего взамен, хотя и пообещала выдать часть при разделе на следующий день. По слухам, марсиане были уже у Эппинга; говорили, что пороховые заводы Уолтхэм-Эбби разрушены при неудачной попытке взорвать одного из марсиан.

На церковных колокольнях были устроены сторожевые посты. Брат, к несчастью, предпочел идти пешком к берегу, не дожидаясь выдачи съестных припасов, хотя все трое были очень голодны. Около полудня они прошли через Тиллингхэм, который оказался безлюдным; только несколько мародеров искали пищу по домам. За Тиллингхэмом они увидели море и массу всевозможных судов.