Чтение онлайн

– А я думал, Сюй – это твоя фамилия…

– У меня есть только имя, – пожала плечами девушка. – Сюй – это приставка, означающая, что я окончила данную школу.

– А-а, теперь понятно. Тогда как же ты попала в рабыни к Файзулле?

– Я понравилась этому выродку, – помрачнела девушка, – и хозяин арены продал меня ему…

– Что ж ты не пришибла ублюдка? – хмыкнул я. – Неужели это было так трудно?

– Нет, – качнула головой девушка. – Купец наложил на меня заклятие… я ничего не могла ему сделать…

– Заклятие?! – изумился я. – Разве возможно такое?!

– Еще как, – подтвердила девушка. – Кстати, сотворить вот такого, – она указала пальцем на мирно дрыхнущего на корме Беса, – намного сложнее, чем подчинить кого-нибудь своей воле…

– Но купец же не маг…

– За определенную плату любой маг приготовит ему такое заклятие, – посмотрела на меня как на полоумного девушка.

– А что сейчас? – поинтересовался я.

– Когда он продал меня, заклятие утратило свою силу…

В эту ночь я долго не мог заснуть не только по причине ставшей уже привычной ломоты во всем теле. Не давали покоя слова девушки, вернувшие меня, если так можно выразиться, в здешнюю реальность. Я как-то привык уже к необычным встречам с существами, проживавшими в этом мире. А Бес, постоянно маячивший перед глазами, стал почти что родным. Теперь этот мир обернулся для меня новой гранью. Оказывается, здесь можно было превратить человека в раба, в куклу, во всем послушную любому подонку, если у того хватало на это денег.

Солнце. Плеск волн. Слепящая поверхность воды. Скрип уключин. Очередной, ничем не отличающийся от предыдущего день.

– И что ты намерена делать дальше? – Я возвратился к мучившему меня вопросу. – Может, тебе дать денег на обзаведение хозяйством?

Девушка отрицательно помотала головой, продолжая усердно грести.

– Тогда что?

Мой вопрос повис в воздухе.

– Я бы хотела отправиться с тобой, – наконец произнесла Ли.

– Об этом не может быть и речи, – решительно возразил я. – Я и сам не знаю, куда меня может занести судьба… и буду ли я завтра жив. Нет, я не могу подвергать твою жизнь опасности!

– Меня с детства учили идти навстречу опасности, – тихо возразила девушка. – И я бы хотела помочь тебе…

– Чем? – усмехнулся я.

– Оружием. На берегах этого моря вряд ли найдется много мужчин, умеющих драться так же, как и я.

Это был, конечно, весомый аргумент. С тем арсеналом, которым владел я, далеко в этом мире не уедешь. То, что мне удалось обезоружить Бекара, – счастливая случайность. Против вооруженного мечом или саблей умелого бойца у меня с моими нунчаками нулевые шансы. И в то же время все в моей душе противилось тому, чтобы подвергать жизнь этой хрупкой на вид девушки лишениям пути, определенного мне Корасайоглы.

– Ладно, там видно будет. – Я так и не пришел к определенному решению. – Главное сейчас – выбраться из этой водяной западни.

– С вами выберешься… – внезапно вклинился в наш разговор пробудившийся Бес.

– Никак наше рогатое вместилище мудрости пробудилось, – прокомментировал я появление нового собеседника, вызвав слабую улыбку Ли.

– Не только рогатое, но и крылатое, – наставительно, с высокомерным видом парировал Бес.

– Ну и что? – Мне стало интересно, что еще может отмочить мой спутник.

– Будь у тебя чуть поболе ума – сам бы догадался. – Бес прямо-таки истекал презрением.

– Так просвети неразумных, – с улыбкой попросил я.

– К-рыль-я, – с расстановкой произнес Бес. – Неужели до сих пор непонятно? Да мы б давно покинули этот утлый челн, умей вы летать.

– А ты знаешь, – поделился я с Бесом, – твои слова навели меня на одну умную мысль…

– Разве у тебя бывают таковые? – прервал меня рогатый спутник.

– Бывают! – рявкнул я. – А ну, живо в воздух! И чтобы достиг рекордного потолка высоты!

– Зачем?! – опешил Бес.

– Затем! – ответил я. – Осмотришься вокруг, потом доложишь. Может, землю увидишь…

К моему изумлению, Бес, ни слова не возразив в ответ, молча снялся с кормы и начал по крутой спирали подниматься в небо.

– А я тебе говорю, там ничего нет, – топнул ногой Бес.

– Почем ты знаешь? – возразил я.

– Это остров, – медленно, как слабоумному, пояснил Бес. – Я его видел оттуда, – он ткнул пальцем в небо. – И больше ничего кругом. Одна вода. Или ты мне не веришь?

– Доверяй, но проверяй, – наставительно произнес я. – Может, ты всю жизнь мечтал поселиться на этом клочке суши и вводишь нас в заблуждение?

– И что ты намерен предпринять? – почти прошипел разъяренный Бес.

– Поднимусь на вершину, – я кивнул в сторону ущелья, к устью которого мы причалили, – осмотрюсь. Вдруг ты что-нибудь упустил из виду?

– В отличие от тебя, я ничего не упускаю!

– Вот и проверим. – Я направился в сторону ущелья.

– Я с тобой! – вскочила Ли.

– А ты? – полюбопытствовал я у развалившегося на камне Беса.

– Охота ноги бить, – буркнул он в ответ.

– Ну, как знаешь.

Земля, к которой нас волей случая пригнали волны, не поражала разнообразием. Красно-бурые выветренные скалы, сочащийся между ними ручеек с теплой, противной на вкус водой и редкие колючие кустики какой-то местной разновидности флоры. Вот и весь пейзаж, сопровождавший меня и Ли во время нашего подъема по ущелью. Ни птиц, ни животных… даже насекомые и пресмыкающиеся отсутствовали на этом клочке суши. В ущелье стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь шорохом наших шагов и учащенным дыханием. Воздух, совершенно лишенный какого-либо движения, по температуре соответствовал где-то жарочному шкафу и медленно, но верно выжимал последнюю влагу. Пот ел глаза, пропитывал одежду, почти моментально высохшую под лучами солнца… К концу подъема рубашка на мне стояла колом и была вся в белых соляных разводах. Ли выглядела намного лучше. Ее терморегуляция была на высоте. И последствия духоты проявлялись у нее разве что в виде мелких бисеринок пота на лбу и над верхней губой.

Наконец наш мучительный подъем подошел к концу. Мы вынырнули из объятий ущелья на довольно крутой склон. Ручеек, сопровождавший нас всю дорогу, исчез в темном зеве видневшейся чуть выше пещеры. Мы присели отдохнуть. Здесь – на высоте – чувствовался слабый морской ветерок, показавшийся мне в первый момент после духовки ущелья райским дуновением. Ли тоже с наслаждением подставляла лицо прохладным порывам. Открывшаяся нашему взору часть морской глади не давала никаких поводов для оптимизма. Насколько видел глаз, простиралась необозримая зеленовато-голубая синь.