Восьмой ангел
Шрифт:
— Не знаю, мадам, с рецепшена просили передать.
Длинный белый конверт с эмблемой отеля. Что там? Девушка разорвала конверт. Визитка? Андре Ланской. Номер телефона… Ясно…
Славина покрутила в руках изящную картонку. На обратной стороне чернела надпись: «Улетаю в двенадцать, это — последний срок для ответа».
И мгновенно острое радостное возбуждение сменилось такой же острой и сильной тоской. И тут же — снова радостью.
Значит, уже уехал. Значит, все. Слава Богу! Душ, завтрак — и на море! Хотя нет, на море она пойдет после двенадцати, когда этот… уже улетит. И будет плавать до упаду! Весь день! Чтобы потом лечь и уснуть, как убитая!
Пожилая немецкая пара улыбчиво поздоровалась с Ольгой.
— А мы сегодня хотим поплавать с аквалангом, море такое спокойное. Не хотите с нами? — предложила седовласая очень дородная фрау Магда.
— Пойдемте, Ольга, — поддержал супругу сухопарый, с продолговатым упругим яйцом брюшка, герр Иоганн, браво подтягивая свои широкие ярко-розовые пляжные трусы с синими глуповатыми Микки-Маусами по всему фронту. — Поможете мне, когда Магда снова начнет тонуть! Один я ее не вытяну! — И громко, на весь пляж, заржал над своей удачной шуткой.
Фрау Магда плавать не умела, но очень любила. Поэтому каждый день, с небольшими перерывами на еду и отдых, настойчиво ползала в ластах у берега, изображая попытки нырнуть в неизведанные морские глубины. Супруг все это время либо плескался рядом, либо наблюдал за своей дотошной половиной с берега, комментируя потрясающие успехи юной аквалангистки на весь пляж, чем нимало забавлял присутствующих. Какое-никакое, а развлечение в сонной жаре средиземноморской осени.
— С удовольствием! — согласилась Славина. — Сейчас схожу за ластами и маской.
В пальмовом шалаше, служившем пунктом проката, подходящих по размеру ласт уже не оказалось. Видно, прозрачность спокойного моря привлекла большее, чем обычно, число желающих полюбоваться подводными красотами.
— Ну вот, — огорчилась девушка, — так хотела поплавать в маске…
— Мадам, — улыбнулся ей молодой темнокожий спасатель, — вот ласты, я помогу их закрепить! Вы же не поплывете далеко и надолго! А у берега — вполне можно! Только смотрите, чтобы акула не утащила!
Акулы, нападающие на глупых туристов, были тоже привычной шуткой здешней обслуги, хотя вряд ли кто-либо из персонала когда-нибудь видел это страшное создание живьем. Тем более здесь, где отели наползали один на другой, а за одним многолюдным и гомонящим пляжем тут же начинался следующий.
Шоколадный услужливый турок присел перед Ольгой на корточки и стал ловко оплетать ее ногу эластичной резиновой тесьмой.
— Вот! — гордо выпрямился он. — Мадам, прошу!
Ольга встала, попыталась сделать шаг.
— Стойте, а как же я теперь дойду до своего места и до моря? — расхохоталась она. — Я же и шага сделать не могу!
— Момент! — еще больше обрадовался темнокожий. Жестом подозвал напарника, извлек из-под кучи снаряжения длинную деревяшку с прикрученным посередине металлическим сиденьем, как на детских качелях, и двумя массивными ручками с боков. — Прошу!
Ольга с сомнением покосилась на уникальное транспортное средство, но, судя по деловому виду довольных служителей, подобное приспособление было ими давно и серьезно освоено.
— Прошу! — лучезарно улыбаясь, повторил спасатель.
Когда два поджарых, почти одинаково темнокожих парня с веселыми гортанными воскликами домчали ее до ожидающих немцев, окружающие, наблюдавшие находчивых рикшей и их ношу, активно зааплодировали.
— Я тоже так хочу! — засуетилась натягивающая ласты Магда. — Ольга, попросите, чтобы меня тоже прокатили!
— Ольга, не смей! — громогласно возопил Иоганн. — У них развяжутся пупки! Под Магдой даже наш «фольксваген» до земли прогибается!
Счастливые люди, — подумала Ольга. — Лет сорок прожили вместе, а все как молодожены! Подшучивают друг над другом, смеются, и ведь видно, что этот жердистый Иоганн до сих пор в свою толстуху влюблен! Как мальчишка! Интересно, когда они с Максом состарятся, сохранится ли то, что есть между ними теперь? Хотелось бы…
Со смехом и визгом, взявшись за руки, спинами вперед, отчаянная троица дошлепала до воды и тут же бухнулась в нее, подняв радугу переливчатых крупных брызг.
— Ой-ей-ей! Все спасайтесь! — завопил Иоганн. — Цунами! Магда! Из-за тебя Средиземное море вышло из берегов! Сейчас смоет наш отель!
Супруга смешливо шлепнула ладонью по воде, окатив соленой синью горланящего мужа, и тут же, не обращая на него никакого внимания, смешно подняв массивный зад, окунулась лицом в воду.
Девушка немножко понаблюдала за барахтающейся Магдой. Посмеялась вместе с Иоганном и, мощно оттолкнувшись, поплыла от берега.
— Ольга, я буду наблюдать за вами с Магдой в бинокль! — крикнул ей вслед Иоганн. — Если что, спасу!
Славина очень любила море. С детства хорошо и уверенно плавала и совершенно не боялась воды. Могла заплыть далеко-далеко и потом, лежа на сильной спине посередине неоглядного вечного простора, спокойно смотреть в высокое небо, воображая скользящие по небу облака невиданными и прекрасными животными. Отыскивая в их воздушных силуэтах знакомые земные черты, находя и радуясь, что вот это пухленькое розовощекое облачко похоже на смеющегося колобка, а вот это, перистое и изменчивое, ни дать ни взять — фея из волшебной страны.