Чтение онлайн

Около трех пополудни я свернул с трассы и, проехав несколько километров по местному шоссе, въехал в маленький городок, названия которого потом так никогда и не мог вспомнить.

На центральной и единственной площади располагались три гостиницы. Я выбрал ту, которая на моем пути оказалась третьей, и уже через полчаса сидел в ресторане и за две щеки уплетал деревенский обед, состоявший из куска запеченной баранины с острой приправой и горы жареной картошки. Всю эту красоту я запил литровой кружкой отменного пива.

Я так наелся, что мне стало трудно дышать.

Обслуживал меня сам хозяин. Звали его Аксель Фокс. Герр Аксель сказал, что я буду жить в лучшем номере гостиницы, окна которого выходят на площадь.

Я не удержался и заметил, что предпочел бы, чтобы окна выходили во внутренний дворик. Тогда он сказал, что окна всех номеров выходят на площадь.

Я не нашелся, что ответить, и в замешательстве пожал плечами. Аксель засмеялся.

— Вы русский? — спросил он.

Я на секунду задумался. У меня по-прежнему был паспорт на имя Паоло Солари, и паспорт этот герр Аксель мне еще не вернул.

— Пожалуй, русский.

Аксель удовлетворенно крякнул.

— Я русских определяю безошибочно, — сказал он.

— Как вам это удается?

— Это не сложно. Русские обычно прикрывают свою неуверенность развязностью. Простите…

— И это все?

— Они заказывают слишком много блюд. Потом пытаются все это съесть. И редко кому это удается.

— Очень интересно. Но ко мне это, вроде бы, не имеет никакого отношения: мой обед мог заказать любой немец или англичанин… И, как вы заметили, мне удалось съесть все, что вы подали. А знаете, почему? Обед мне очень понравился.

Аксель расплылся.

— Благодарю. И, тем не менее, я вас распознал.

— Вам бы в полиции работать, герр Аксель.

— А я там и работал. Пока не получил наследство. Я не стал класть деньги в банк, я приобрел вот этот домишко, открыл гостиницу и вышел на пенсию. Думаю, я сделал правильно.

Он принес мне еще одну кружку пива. Я тут же прильнул к ней губами.

— Не сочтите это пустым любопытством, — герр Аксель сделал строгое лицо, -

но мой долг гражданина…

Он запнулся. Я повторил:

— Итак, ваш долг гражданина…

— Да, мой долг гражданина и бывшего полицейского…

— Я вас понимаю, — сказал я и улыбнулся. — Моя жена итальянка…

Он изумился:

— И вы взяли фамилию итальянки?!..

— А что тут такого? Ага, понимаю, вы не любите итальянцев.

Он хитро подмигнул.

— Напротив, я очень люблю итальянцев, можно сказать, я их просто обожаю, особенно — итальянок. У меня у самого жена итальянка. Но! — он поднял указательный палец. — Я бы не советовал никому брать фамилии жен. Вот я, например. Я заставил жену взять мою фамилию. А заодно и поменять вероисповедание. Хотя, если честно, мне было на это наплевать. Я в Бога, если откровенно, не очень-то… Но мне необходимо было настоять на своем. С этого, с расстановки правильных акцентов, должна начинаться всякая супружеская жизнь.

Я оторвался от кружки и внимательно посмотрел на хозяина.

— Я полностью разделяю ваши суровые, но такие разумные взгляды на брак.

— Да-да! — воскликнул он. — Если вы этого не сделаете, жена быстренько сядет вам на шею, вы и заметить не успеете. И ваша жизнь превратится в ад. А если вы хотите, чтобы ваша жизнь с женой была полна гармонии и любви, вы должны все время держать ее в узде. Иногда полезно доставать из чулана арапник и… Это я к тому, что не стоит ограничиваться только демонстрацией… Наши предки в этом отношении могут служить нам примером. Короче, она поняла, что если будет артачиться, то я на ней не женюсь.

— И вы?..

— Я поступил как благородный человек… Она ведь была на сносях. Она была готова на все, только бы выскочить замуж.

— Итак, вы женились…

— Женился. А что мне оставалось делать? Иначе ее братья со мной бы расправились. Безжалостный народ…

— Неужели?

— Да, такие у них, у итальянцев, законы… Они бы меня зарезали. Да и ее заодно… — он хихикнул. — Это же итальянцы, что с них взять: они у нее в роду там все такие: по виду тихони, а чуть что — сразу за тесак. А теперь мы родственники… — добавил он сокрушенно. — А вы, я смотрю, странствуете без жены? Счастливый человек! — он завистливо вздохнул.

— Моя жена умерла, — похоронным голосом произнес я.

— Господи Иисусе! — перепугался он. — Недавно?

Я покачал головой.

— Стало быть, давно?

— Стало быть, да.

Он понимающе кивнул.

А теперь он, наверно, скажет: "Так-так-так, значит, жена ваша померла, а фамилию-то вы оставили. На память, так сказать. К чему бы это?..".

Но он обманул мои ожидания.

— Ваша жена была католичкой? — спросил он после паузы. Я посмотрел на него. Его плутовские глаза были полны участия.

— Да, — твердо сказал я.

— Слава Богу, — успокоился он. — Было бы хуже, если бы ваша покойная… — он опять сделал паузу и, не скрывая лицемерия, поджал губы, — если бы ваша покойная жена была вне вероисповедания. А так, по крайней мере, теперь вы знаете, где она… — он возвел глаза к потолку.

То, что мой хозяин безбожно врет, было ясно как день. Но врал он творчески, вдохновенно. Это, конечно, касалось и его итальянских родственников, этих мифических братьев с острыми ножами и всего прочего. Я даже думаю, — и его полицейского прошлого. И это в нем привлекало. Меня начинал забавлять этот разговор.