Восемь шагов Будды

Восемь шагов Будды.

Смелость – это порождение страха.

М.М. Жванецкий

(сказано по телевидению 3.12.2007)

В подъезде кирпичного девятиэтажного дома было шумно, дымно и грязно. Когда Семен открыл входную дверь, на него так «пахнуло» запахом пота смешанным с табачным дымом и спиртным, что он, на секунду зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел четырех парней, лет восемнадцати, усевшихся на широкую батарею парового отопления. Две девушки примерно такого же возраста, легко одетые, вернее уже почти раздетые своими приятелями, стояли рядом и даже не думали сопротивляться их шаловливым рукам.

На подоконнике громоздилась целая батарея разнокалиберных бутылок с пивом и дешевыми креплеными винами, на расстеленной тут же газете маячили грубо раскрытые банки рыбных консервов и крупные ломти колбасы.

Компания уже прилично «злоупотребила» спиртным и теперь, когда заторможенные рефлексы вырвались наружу, им хотелось пошуметь, потрогать визжащих девчонок за всякие недоступные места. Плевать им было на тридцатилетнего, и какого-то, невнушительного, Семена Левина. А он честно пытался обойти компанию и добраться до лифта, не задев никого из полупьяной шестерки.

Привет, дядь Семен! – выкрикнул один из четырех ребят.

Длинноволосый и, в общем, неплохой мальчишка по имени «Колян», жил с родителями на четвертом этаже, в этом же подъезде. «Наверное, негде ребятам покуролесить» – подумал Семен, и еще раз попробовал пробиться к лифту. Было около десяти вечера, он устал на работе и хотел поскорее добраться до своей трехкомнатной квартиры на шестом этаже.

Привет Колян. Ну-ка хлопцы, пропустите меня к лифту?

А ты выпей с нами, дядя! – крикнул самый рослый из четырех парней, в кожаной куртке и с черной банданой на голове - Окажи нам уважение!

Ребята я очень устал и мне не до питья. Пропустите. По хорошему прошу.

А ты, что и по-плохому можешь, козёл!

Уймись, Серега! – попробовал урезонить товарища соседский парнишка.

Чего уймись! Отвали, Колян, этот бычок мой огород топчет. Мы ему как человеку выпить предлагаем, а он «по хорошему»! – алкоголь зажег у Сереги «лампочку» в мозгу, поселил в сердце неуёмную храбрость и обидчивость.

Уймись, Серега! Дядь Семен приемы знает, загнет тебя рогами в землю, и будешь в позе «зю» чернозём жрать!

Меня!! Щас!! Хочешь посмотреть как твой «дядь Семен» носом ступеньки вспашет? Изобразим, мужики?

Двое «мужиков» с трудом приподнялись с теплой батареи и двинулись на Левина. Девчонки с интересом наблюдали за назревающей потасовкой. Выпили, закусили, теперь будет самое интересное – драка. Жители подъезда ничего не слышали, а те, кто слышал, вступаться за Семена не собирались. Сам виноват, нечего приставать к пьяной публике.

На Руси пьяные всегда были уважаемы и неприкасаемы, а пьянство не считалось пороком. Юмористы добродушно шутили про пьяных с эстрады, чиновники серьезно обсуждали в прямом эфире о недопустимости высоких цен на алкогольную продукцию, во избежание «пьяных бунтов». По телевидению каждый день крутили фильмы, где спиртное лилось рекой, а непьющие считались людьми опасными и непредсказуемыми.

«Видел я одного непьющего, - говорил известный на всю страну сатирик, - весь синий, скрюченный! Не может быть, чтобы он просто так не пил, он или к нам заброшен или от нас!»

Ребята, не задирайтесь я вам плохого не хочу, отстаньте. Пропустите и я вас не трону.

Он нас не тронет, а пацаны! А ты тронь, козёл, тронь!!
– возбужденный алкогольными парами Серега широко расставил ноги и замахнулся. Два его приятеля подошли справа и слева, собираясь схватить Семена под локти, чтобы не дать ему возможности сопротивляться.

« Хватит!
– сказал сам себе Левин - Хватит, болтать, я устал, очень устал, но направляю поток энергии к рукам, ногам, быстро, быстро!! Теплая волна растекается по моему телу до самых кончиков пальцев. Я быстрый как ветер, я легкий как тополиный пух! Могу подпрыгнуть и пробежать по перилам, и даже звука никто не услышит».

Свет стал тусклым, голоса окружающих протяжными, мир переменился.

«Я двигаюсь и говорю нормально, все остальное замедлилось. Посмотрим направо, налево, вот Серега ме-е-е-едленно замахивается правой рукой, а ноги он широковато расставил! И его «пацаны» ме-е-е-е-дленно подходят, а я быстрый, зоркий и контролирую каждое их движение!» Семен одновременно выбросил вправо и влево оба локтя, попав в солнечное сплетение каждому из нападавших. Шаг вперед и резко выброшенная вперед правая ногу сминает промежность Сереги. Парень взвыл и, корчась, упал на грязную подъездную плитку. Его приятели сидели тут же на полу, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха.

Девчонки со страхом наблюдали такую непривычную для них картину – прошло не больше тридцати секунд со времени замаха Сереги и вот он, и два его приятеля скорчились на полу в совершенно беспомощном состоянии. А этот дядька, наверное, лет тридцати или старше, совсем уже дряхлый динозавр, вроде и не делал ничего! Семен стоял около лифта, медленно приходя в себя. Зря он так вспылил, можно было попробовать ещё поуговаривать мальчишек. А с другой стороны, уговаривать пьяного это только тратить драгоценный воздух, так говорил «шуфу [1] ». Что сделано, то сделано.

Николай, приведи своих друзей в порядок! Уберите здесь все. Завтра проверю, если не будет чисто, скажу твоим родителям.

Не надо родителям, дядь Семен! Все будет чисто, не беспокойтесь. Извините, пацаны пьяные и вас не знают!

А если бы тут был не я, а кто-то другой? Может быть милицию вызвать?

Простите, не надо милицию. Мы все уберем. Давайте девки быстро убирайте!

Девушки бросились убирать бутылки и еду с подоконника, а Семен, вызвав лифт, отправился на свой шестой этаж.

В трехкомнатной квартире был идеальный порядок. Именно так, а не иначе можно описать аптечную чистоту кухни, сверкающий фаянс ванной комнаты и туалета, совершенно одинаково висящие куртки и пальто в прихожей, аккуратный рядок отмытой и начищенной обуви у входной двери. По этому дому Семен мог двигаться с закрытыми глазами, он иногда так и делал. Когда его работа требовала предельного внимания и глаза начинали болеть и слезиться от напряжения.

Полшага вперед, поворот на девяносто градусов – можно снять туфли с натруженных ног, не нагибаясь. Потому что если он нагнется в глазах появятся прозрачные червячки, голова может закружиться и ситуацию опять придется, напрягаясь контролировать, а напрягаться так не хочется. Поэтому снимаем туфли, делаем ещё полшага влево и легонько, не глядя, опять же, с закрытыми глазами сначала левой, а потом правой ногой вперед, прямо в мягкие тапочки. И только потом снять куртку, повесить её прямо перед собой на совершенно свободный крючок.