Чтение онлайн

– Опять спать не будешь?

Макс расслышал нотки тревоги, подавил желание улыбнуться.

– Посмотрим.

Дима лежал на кровати, созерцая потолок и размышляя о превратностях и поворотах жизни. Как Ритка умудрилась так выйти из себя, что напугала Журавлева? И что за мужик с ней был? С кем еще связалась? Хой вытянул из сознания директора все эмоции на счет пары, посетившей днем школу. Звонить сестре и спрашивать в лоб не имело смысла. Если общение добровольно, она не расскажет, если нет - ей не дадут рассказать. Тут необходимо действовать иначе, аккуратнее.

Парень резко поднялся с кровати, дошел до окна, сердито отдернул штору.

– Хой, уймись. Чего тебя не устраивает?
– Стас внимательно рассматривал его.
– Не вылетаешь и отлично.

Димка предпочел промолчать, бросив короткий угрюмый взгляд на соседа. Тот пожал плечами, одел наушники, откинулся на подушку и закрыл глаза, расслабившись.

Парень вернулся к виду за окном. Темный школьный двор, спортивная площадка, высокая громада бетонного забора. Это только с фасадной части здания он кованый, а тут... Тут поверху пущена колючая проволока. Добро пожаловать в Кресты. Студенты часто кто в шутку, кто всерьез повторяли заученную с первого класса фразу.

С Риткой надо встретиться лично и разузнать, пропустить через себя ее психику. Скрыть у нее ничего не выйдет, никогда не выходило. Со смерти родителей сестра от встречи ко встрече становилась все более и более беззащитной перед чужим воздействием. Она, как фильтр, пропускала через себя всех и каждого, забирая частично тяжелый осадок очередной посторонней личности и шла дальше. Только как идти, если ото дня ко дню чужая грязь тянет к земле все сильнее и сильнее. Позвать Ритку так просто - не годится. По хорошему, в квартиру съездить нежданным гостем, только выбраться за забор надо. Есть способ нелегальный, но лучше припасти на крайний случай, тем более есть вполне законный. Перед мысленным взором появилось улыбающееся лицо иерея. Отец Алексей просьбе не откажет, Дима был уверен.

За незашторенным окном переливался многочисленными огнями вечно неспящий Питер. Макс потер уставшие глаза. Время только два, до утра еще пасти и пасти красавицу. Осторожно сменил позу, разминая затекшие мышцы. Матрас на полу у стены, когда в соседней комнате стоит кровать, такая широкая, мягкая, - верх идиотизма. Однако мужчина точно знал, стоит ему оставить Маргаритку, и ее мысли закружатся в бешеном вихре, сметая покой, а она ему днем нужна уравновешенная настолько, насколько это возможно в ее случае.

Мужчина поднялся и в очередной раз дошел до дивана, склонился над одаренной, задумчиво изучая миловидное личико. Вот так девчонке алкоголь в магазине без паспорта не продадут. Выражение детское, невинное, словно нет в ее жизни боли и драм. Откровенно говоря, ее чокнутого ухажера несложно понять. Хрупкая, красивая, умная. Макс осторожно убрал край одеяла, открыв шею и плечи, провел пальцами по длинным русым волосам, в беспорядке окружившим голову. Гладкие, холодные. Из глубин памяти поднялись детские ощущения. Когда-то мальчишкой ему нравилось проводить так же по рисунку сделанной матерью шелковой вышивки. Тонкие, переливающиеся на свету нитки, уложенные одна к одной умелой женской рукой, вызывали восхищение. Сейчас было нечто схожее.

Ковалев укрыл девушку обратно и вернулся на матрас.

Несколько часов прошло, и он так и сумел не уснуть, давая отдых той, кому он был более необходим.

– Максим, - тихо прошептала гостья с дивана.

– Да?

Она не ответила.

– Цветок?

Вновь молчание. Что-то не так. В два шага преодолел разделяющее их расстояние. Из горы подушек на него взглянули ласковые зеленые глаза. Девушка положила ладонь ему на затылок и потянула на себя, вынуждая склониться ниже. Поцелуй вышел нежным, сексуальным, болезненно восхитительным. Макс как-то не ожидал оказаться объектом ее внимания. Или ожидал? Попытался отстраниться, однако хрупкая с виду она оказалась довольно сильной, удерживая мужчину теперь двумя руками, не позволяя уйти. Ковалев со злостью осознал, что получает удовольствие от происходящего, более того не откажется от продолжения. С трудом прервал поцелуй.

– Ты что делаешь?

– Я хочу тебя, - мягко протянула она. Макс замер, глядя на приоткрытые губы. Она не произносила этой фразы вслух, она шепнула ее в его голове.
– Иди ко мне, - по венам пробежала горячая волна. Ее знакомый, сейчас без тени стеснения или неуверенности, голос завораживал.
– Максим, - он затаил дыхание, вслушиваясь в звучание своего имени. Девушка довольно улыбнулась, прищурила зеленые глаза.
– Не пытайся спрятаться, я знаю твои эмоции.

Ковалев рывком освободился из ее хватки... и уставился в потолок над своей головой. Вскочил с матраса, все еще пребывая во власти сновидения. Маргарита сидела на диване, обхватив обнаженные колени руками, и с любопытством его рассматривала. Макс не помнил, когда в последний раз краснел, да и краснел ли вообще, признаться, это было чертовски неприятно.

– Молчи, - угрюмо проворчал следователь и поднял руку в предупреждающем жесте. Она равнодушно пожала плечами, однако стоило ему исчезнуть на кухне, из зала раздался приглушенный женский смех.

Виктор помог пожилой женщине снять пальто и расположиться на диване за маленьким столиком.

– Меню, - молодая официантка окинула любопытным взглядом колоритную пару. Высокий, подтянутый, миловидный священник с проседью в иссиня-черных волосах и сухая, превосходно одетая пожилая дама с цепким немного неприятным взглядом.

Мужчина приветливо улыбнулся девушке.

– Доченька, принесешь яблоко?

– Что?
– официантка слегка растерялась.

– Из меню вашего ничего не надо. Яблоко простое принеси, пожалуйста.

– Вам разрезать?
– нашлась, наконец, девушка.

Иерей кивнул, проводил взглядом растерянную работницу заведения и опустился на стул напротив Ангелины Яковлевны.

– Яблоко?

– Суходеяние. Филиппов пост, и среда к тому же, - улыбнулся Виктор.

– Бог ты мой, - пробормотала женщина.

– Не переживайте, соблюдать стоит по велению сердца.