Чтение онлайн

Но дело даже не в грустной доле бездомных потеряшек.

Дело в домашних псах, а точнее, в том контрасте, который возникает. Когда видишь довольного счастливого пса на ошейнике и понурого потеряшку.

Домашний пёс так и излучает гордость за свой ошейник и поводок, а бездомный дворняга смотрит на своего более удачливого собрата с завистью в своих грустных собачьих глазах…

Не знаю, почему я это вспомнил – может, потому что Десен отчасти прав, и кому-то из людей действительно лучше жить в рабстве?

– Вот увидишь, – тем временем продолжал философствовать бедуин. – Этот Ханур ещё станет уважаемым человеком и будет следить за остальными рабами. А с положением к нему придут и деньги. Но он и не подумает уйти на свободу. Променять стабильное тёплое местечко на возможность выступить один на один против жестокого и сурового мира? Ха-ха!

– Возможно, вы и правы, Десен, – несмотря на протест всего моего естества, я был вынужден признать, что идея бедуина не лишена практичности, что ли. – Вот только рабы не смогут изменить этот мир к лучшему.

Я покосился на пленников, ютящихся под самым краешком навеса, и развил свою мысль:

– Сохранить в порядке – наверное, выполнить приказ – непременно. Но творить, создавать, бросать вызов судьбе и миру? Вряд ли.

– А и не надо, – победно усмехнулся Десен. – Такие люди уже есть.

Да, точно, у этого бедуина с самооценкой полный контроль. Эдакий начинающий шейх.

– Всё, – Десен властно махнул рукой. – На сегодня достаточно, иди к себе.

Я машинально подхватил бурдюк, через силу поклонился, и в какой уже раз потопал к своим товарищам по несчастью.

Впрочем, не товарищи они мне. Будь Десен хоть сто раз прав, но я никогда не соглашусь, что человек по своей сути раб.

Человек – творец, создатель!

Мы шагнули в космос, сунулись в глубину океанов, покорили воздух и прогрызли горы, создав удобные тоннели для быстрой логистики.

Смогли бы мы всё это создать с ошейником на горле?

Я считаю, что нет.

Так или иначе, мне не по пути с четвёркой Ханура, хоть вместе у нас были бы неплохие шансы на побег.

Но и с Десеном мне тоже не по пути.

Фанатик-работорговец, продвигающий свою сумасшедшую идею в массы – что может быть неадекватней?

Хотя, родись он во времена Рима, где у каждого гражданина было по три-четыре раба… Нет, даже страшно представить, как бы он там развернулся!

Я помотал головой, избавляясь от дурацких мыслей про диктатора Десена…

Поймал на себе недовольный взгляд Ханура, взглянул на безучастную женщину и решительно направился к двум мальчишкам.

Одному уйти было бы проще, но бросить мальчишек я не мог. К тому же земляки…

– Вы как? – поинтересовался я, усаживаясь на песок рядом с пацанами.

– Терпимо, – отозвался тот, который просил у меня бурдюк, сейчас у него под глазом наливался синевой крупный фингал. – Извиняй, воды оставить не вышло.

– Ничего страшного, – я незаметно протянул мелким кусок лепешки, который до этого ловко спрятал в рукаве балахона. – Держите.

Парни переглянулись, и тот, который выглядел постарше, с сожалением покачал головой.

– Спасибо, но не надо. Тебе нужнее.

Мальчик, несмотря на свой возраст, был абсолютно прав – мне сейчас действительно нужнее.

От того, насколько быстро я восстановлюсь, зависит слишком многое.

Мне и так, считай, повезло. Если бы не усиление тела и одиннадцатый ранг, я бы спёкся на втором дне пути. А так прошел целых пять! Или четыре? В общем, много.

В итоге, я сейчас хоть и живой, но безумно слабый.

Это, конечно, временно, но и времени-то у меня нет. Впрочем, как обычно.

Да, пацаны правы, мне сейчас реально нужнее, но оставить детей голодными? О каком пути Чести тогда можно вообще говорить?

– Ешьте, – я добавил в голос стали. – У меня ещё есть.

Мальчишки переглянулись, и лепешка тут же исчезла в руках старшего.

– Я Семён, можно Сёма, – старший коротко поклонился, – а он Эд.

– Эдуард? – уточнил я.

– Просто Эд, – поправил меня младший и вопросительно посмотрел на меня.

– Михаил, – я украдкой посмотрел на шатёр, а затем и на шушукающуюся между собой четвёрку рабов. – Михаил Иванов.

– Воронка, да? – тут же поинтересовался Сёма.

– Воронка, – кивнул я. – И не одна.

Пацаны недоумённо переглянулись, но я лишь махнул рукой.

– Потом расскажу. А пока будет здорово, если вы расскажете про бедуинов.

– С Десеном и Тирумом ты уже познакомился, – скривился Сёма. – Кстати, Десену не верь. Он гладко стелет, но думает только о себе и своих интересах. Ты для него так – развлечься в пути.

– Это я уже заметил, – кивнул я. – У него на поясе ножны…

– Скорее, сабля, – поправил меня Сёма. – Или ятаган. Он неплохой мечник, но до Тирума ему далеко.

– Серьёзно? – моему удивлению не было предела. – Этот шутничок?

– Он Воин Пустыни, – Сёма пожал плечами. – Характер скверный, поэтому свою банду до сих пор и не сколотил.

– То есть они с Десеном на ножах?

– Не то чтобы на ножах, – Сёма покачал головой. – Скажем так, Тирум был бы не прочь занять место главаря, к тому же у него к Десену свои счёты, но он понимает, что это невозможно и на рожон не лезет.

– Маг? – предположил я.

– Мы так и не поняли, маг он или шаман, но да, – Сёма согласно кивнул. – У Горица два амулета. Один защитный, второй атакующий. И если Тирум прыгнет на Горица, то тот его прожарит насквозь.