Чтение онлайн

– Не буду, – согласился Брюлей, – а как насчет самой Кэтрин Фармер? У нее есть мозги, она богатая женщина. И прекрасная актриса. Такой вариант возможен?

– Да, – сразу ответил Карнейро, – но для чего? Все видели, как она ругалась с Сильвией, не желала оставаться с ней за одним столом… Согласитесь, что умный убийца так себя не ведет. У Кэтрин состоявшаяся карьера, молодой муж, тысячи поклонников во всем мире. Зачем ей убивать женщину, которая ей всего лишь неприятна? Только для того, чтобы испортить настроение своему дяде? Или убрать свою бывшую подругу из зависти к ее материальному благополучию? Зато Кэтрин гораздо более известный человек в мире, чем даже ее дядя, не говоря уже о его жене. Как видите, других подозреваемых в этой компании у нас нет.

Адвокат улыбнулся, довольный произведенным эффектом своей речи. Комиссар достал трубку, откашлялся и негромко произнес:

– В этой компании есть еще несколько человек.

– Кого вы имеете в виду? – насторожился Карнейро.

– Самого Джеймса Фармера, – пояснил Брюлей, – в моей практике было сколько угодно случаев, когда мужья убивали своих жен. К тому же он единственный человек, чье присутствие в спальне супруги не вызвало бы у нее никаких опасений. Он мог беспрепятственно зайти туда, выстрелить в нее два раза и, спустившись вниз, отправиться играть в гольф. Такой вариант вполне вероятен.

– Возможно, – Карнейро почесал голову мизинцем правой руки, стараясь не потревожить прядки, прикрывающие лысину. – Но Фармер слишком богат для такого преступления. Скорее он воспользовался бы услугами наемного убийцы.

– Чтобы избавиться от собственной жены? Где бы он нашел такого киллера? Зная положение Фармера, тот шантажировал бы его всю оставшуюся жизнь.

– Можно было найти посредников. Или развестись со своей супругой. Думаю, что при заключении брака был составлен весьма выгодный для самого Джеймса брачный договор. Это ведь не первая его жена. И он уже прошел через несколько разводов. Хотя теоретически я могу с вами согласиться. Но только теоретически. А кто еще?

– Владелец отеля Мануэль Сильва… – начал комиссар.

– Хватит, – рассмеялся Карнейро, – он и без того понесет убытки после этого убийства. Я знаю его много лет. Он деловой человек, а не преступник…

– И последний подозреваемый, – продолжал как ни в чем не бывало Брюлей, – это адвокат Алваро Карнейро…

Собеседник комиссара замер. Он хотел снова почесать лысину, но его рука застыла на полпути к голове. Карнейро осторожно убрал руку и уставился на комиссара.

– Вы серьезно считаете, что я могу быть в списке подозреваемых? – уточнил адвокат.

– Вы были в курсе всех событий. Вы знали о приезде сюда Илоны Томашевской и русских конкурентов. Вы приехали ко мне в Париж, чтобы пригласить меня для обеспечения безопасности Джеймса Фармера. Вы заранее допускали возможность покушения на его жизнь. Или на жизнь его близких. И вы знаете все детали возможного контракта. Вы же адвокат, сеньор Карнейро. Оцените степень своего возможного участия в таком преступлении.

Карнейро, сдвинув брови, поглядел в пол. Почесал голову. Потом мрачно взглянул на комиссара.

– Какие дикие у вас фантазии! – недовольно сказал он. – Зачем мне приглашать такого специалиста, как вы, если я сам планировал убийство Сильвии?

– Чтобы отвести от себя возможные подозрения. – Брюлею, похоже, доставляла удовольствие эта игра в «кошки-мышки». Адвокату же явно было не по себе. Ему совсем не хотелось фигурировать в подобном деле в качестве подозреваемого.

– Я никого не убивал, мсье Брюлей, – зло пробормотал Карнейро, – и никогда такого не планировал. Если вы будете меня подозревать вместо того, чтобы заниматься своим конкретным делом – обеспечением безопасности Фармера, то, боюсь, я буду вынужден согласиться с вами и разорвать наш контракт.

Карнейро встал и, не извинившись, вышел из зала. Брюлей откинулся на спинку кресла, с удовольствием задымив своей трубкой. Он все-таки сумел достать этого невозмутимого расиста с его теорией социальной значимости жертв преступления.

Комиссар взглянул на часы. Было уже около девяти вечера. «Странно, что Дронго еще не вернулся, – подумал Брюлей. – Видимо, он вышел на террасу и встретил там кого-то из гостей. Может, Энрико Вилари? Хотя нет. Тот, кажется, даже не спускался к ужину – наверное, до сих пор дает показания вместе со своей супругой. А Дронго, наверное, решил прогуляться вдоль лужайки». Брюлей докурил трубку и тяжело поднялся.

Выйдя из зала, он обнаружил в холле двух переодетых полицейских, сидевших рядом со стойкой портье. Комиссар проработал слишком много лет в полиции, чтобы не отличить ее сотрудников от других людей, даже если полицейские одеты в штатское. В подтверждение его догадки, когда он проходил к лифту, оба парня вскочили и вытянулись перед ним.

– Сидите, – махнул рукой Брюлей, входя в кабину.

Коридор третьего этажа был совершенно пуст. Комиссар не торопясь дошел до своего номера. Когда он открывал дверь, в комнате зазвонил телефон. Брюлей поспешил к аппарату.

– Слушаю, – буркнул он.

– Извините меня, комиссар, – услышал он в трубке несколько сконфуженный и немного приглушенный голос Дронго, – я сегодня не смогу зайти к вам. Может, перенесем наш разговор на завтра?

– Перенесем, – согласился Брюлей, – спокойной ночи, Дронго.

«Интересно, кого это он догнал на своей прогулке? Кэтрин Фармер или Илону Томашевскую? Скорее, пани Илону, актриса наверняка еще беседует со следователем. В конце концов, он моложе меня на добрых тридцать с лишним лет, – рассуждал сам с собою Брюлей, – нельзя требовать от него не замечать красивых женщин. Даже если они попадают в число основных подозреваемых».

Набивая табаком свою любимую трубку, комиссар вышел на балкон и тяжело опустился в кресло. Он просидел так немало времени. Дежурившие вокруг здания отеля охранники, каждый раз проходя мимо, наблюдали его мощную фигуру в клубах дыма над головой. Брюлей размышлял. Об убийстве, о подозреваемых, об их мотивах… Иногда он вспоминал Дронго, и тогда легкая улыбка появлялась на его устах.

Он часто спрашивал себя, почему ему так трудно заснуть рядом с другим человеком. Даже если рядом находилась женщина, которая ему нравилась. Даже если это была Джил…