Чтение онлайн

– Сегодня ночью обещали штормовую погоду. – произнесла она первую часть пароля, который дал ему Судоплатов.

– Значит будем сидеть на берегу. – Ответил Виктор и улыбнулся.

– У тебя только один чемодан? – Девушка кивнула на стоявший у ноги Николаева большой чемодан из натуральной кожи, который ему подогнал барыга-армянин. Взял немало, но чемодан был просто класс. Из толстой воловьей кожи, с бронзовыми накладками, и прошитый не нитью, а той же бронзовой проволокой.

– Да и того много. – Виктор усмехнулся. – А что, в багажник не влезет?

– В багажник там можно четыре таких запихать и ещё место для нас с тобой останется. – Сказала девушка и пошла вперёд, показывая дорогу, а Виктор пошёл следом, размышляя о том, что было бы неплохо приделать пару колёс к чемодану, а выточить их можно в институтской мастерской из алюминия-кругляка, и посадит на лёгкую раму, которую жёстко соединит с чемоданом.

Тем временем они подошли к огромной чёрной «Чайке», которая стояла распахнув двери и багажник.

Чемодан туда ухнул словно в пропасть и сев в машину на мягкий диван, он откинулся на спинку.

– Красота. – Прокомментировал Виктор, имея в виду машину, но смотре он при этом на девушку, так что она, несколько ненатурально смутившись, потупила взгляд. – Какой колхоз, прости господи. – Произнёс он имея в виду уже девушку. – Где-же вас так хреново учат? Кто же так смущается?

– А как надо? – Девушка подняла лицо и лукаво улыбнулась.

В ответ Виктор покраснел, разрез глаз чуть изменился, сделав глаза круглыми, рот приоткрылся, он часто задышал, и на лбу появилась лёгкая испарина, а руки мелко задрожали.

– Да… Девушка погрустнела. – Высокий класс. Я даже не могу представить себе, где так учат.

– Возвращаешься в Москву, нанимаешь старенького педагога актёрского мастерства, и он тебя научит штукам покруче, произнёс Виктор, возвращая лицу нормальный вид. – Кстати, за нами хвост.

– Это Сергей Вартанян с парнями. – Ответила девушка, бросив взгляд назад, где ехала белая двадцать первая Волга.

– А с чего такой парад? Чайка, сопровождение… Мотоциклистов не хватает.

– Это ты не у меня спрашивай. – Девушка развела руками. – Но думаю если там в самолёте что-то случилось, то головы бы полетели.

– Сколько в шестьдесят второй влезает? Человек сто семьдесят? – Виктор улыбнулся. – Конечно полетели. Но нам было бы всё равно. Скорость передачи нервных импульсов в теле человека – сто метров в секунду, а ударной волны – примерно три километра в секунду. Нас распылило бы быстрее, чем мы что-то осознали.

[1] Наружка – жаргонное название для наружного наблюдения, что может делаться для установки контактов, негласной охраны и так далее.

[2] ЦАГИ – Центральный аэро-гидродинамический институт имени Жуковского. Центральный НИИ Авиационной тематики.

Внеочередная сессия Верховного Совета Союза СССР, собралась в Кремле. Депутаты со всех краёв нашей необъятной страны приехали чтобы решить насущные вопросы жизни СССР, и первым вопросом, вынесенным на голосование было отмена волюнтаристского решения Никиты Хрущёва, о передаче Украине Крымского полуострова. Тогда это оправдывалось улучшением системы управления и якобы имеющейся тягой населения Крыма к Украине. Конечно же это не так, и Крым, никогда не бывший частью сельской культуры, Украины, совершенно русский регион. Кроме того, Севастополь, город славы именно Русского оружия, о чём говорят многочисленные памятники и памятные места.

Доклад прочитанный первым заместителем председателя президиума Верховного Совета Адмиралом флота Советского Союза, товарищем Сергеем Георгиевичем Горшковым, был встречен аплодисментами зала, и единогласным голосованием, решение о передаче Крыма Украине отменено.

ТАСС 22 июля 1972 года.

О происшествии на борту Ил-62, Брежневу доложили ещё когда Виктор был по дороге в Ялту. Тема была весьма болезненной для СССР. За всё время существования Гражданского Воздушного флота было сделано около полутора десятков попыток угона из которых две успешных. А при угоне Ан-24 в Турцию, погибла стюардесса. И беда не в том, что какие-то мрази, сбежали на Запад. А в том, что при этом гибли советские люди.

Генеральному докладывал министр гражданской авиации Борис Павлович Бугаев. Несмотря на происшествие, выглядел министр бодро и даже улыбался.

– В результате слаженных действий группы авиационной безопасности, угонщик был задержан, а бомба обезврежена. – Бугаев закончил доклад и закрыл папку.

– Это с каких же пор, у нас в самолётах сидит целая группа авиационной безопасности? – Брежнев, который остро не любил чтобы ему врали, нахмурился, и в упор посмотрел на чуть сбледнувшего Бугаева. – Ты, когда это мне врать начал, а, Боря? Давай- ка своими словами, но, чтобы ни капли лжи. А то повадились понимаешь врать тут. – Неожиданно Брежнев повысил голос. – Без погон, уйдёшь, рулить аэропортом в Анадырь! Давай вспоминай, что ты боевой лётчик, а не сопля тыловая.

– Слушаюсь товарищ генеральный секретарь. – Борис Павлович вытянулся. – Это наши его на контроле просрали. Он с сумкой шел. Там у него вроде как книги были упакованы. Подарок вроде. Красивая бумага, ленточка, всё чин по чину. Вот и не стали вскрывать. А он на подлёте к Симферополе, бомбу свою достал, и начал ломиться в кабину пилотов. А на первых местах сидел КГБшник прикомандированный, да парочка из ГРУ. Но свинтил этого гада пацан. Студент МАИ. Виктор Николаев. Кагэбэшник говорит, что тот, ну угонщик, так стоял, ну никак его не взять было. А парень этот сначала вроде как изобразил что плохо ему, и начал в туалет проситься, а как бандит этот встал как ему надо, так вырвал бомбу из рук, да так двинул, что угонщик с копыт сразу. Так мало, что бомбу вырвал, так он ещё скрепку попросил, чтобы значит вместо чеки вставить. Все говорят, что вообще в лице не изменился. Словно он на дню по десять таких засранцев останавливает.

– Ну, вот. – Леонид Ильич, улыбнулся. – Можешь же? А того, кто посоветовал тебе все сливки с этого дела собрать единолично, ты уволь. Вот представь, как бы ты выглядел, когда до меня дошла бы бумага от ГРУшников и из прокуратуры?

Бугаев, который вдруг понял, какого размера подстава чуть не накрыла его с головой, покрылся холодным потом.

– Так что ты этого парня должен обласкать со всех сторон, а не красть его заслугу. Если бы не он, у тебя был бы взорванный лайнер, да сто семьдесят мёртвых пассажиров плюс экипаж. А Руденко[1] давно на тебя зуб точит.