Волк
Шрифт:
– Разве я не могу удивиться? В прошлую нашу встречу она так спешила слинять, что упорхнула через окно, – презрительная усмешка исказила его идеальные черты.
Прикусив дрожащую нижнюю губу, Лейла отпустила подол платья и сжала ладони в кулачки.
– Из-за тебя! Ты ранил мои чувства!
– Только чувства? Там был десятый этаж.
Не в силах больше терпеть его издевательства, Лейла направилась к выходу.
– Прости, Ши, это была плохая идея. Я лучше пойду…
– Стой, Лей! – крикнула я, стукнув своего гадкого братца по плечу, – дождись меня внизу, я скоро.
Кивнув, фея скрылась за дверью, а я, даже не взглянув на Коула, бросилась в спальню, где принялась остервенело запихивать разложенные в шкафу вещи в рюкзак.
– Ты не должна была ее приглашать, – раздался за спиной грозный рык.
– Она моя подруга!
– Пусть твоя подруга держится от меня подальше, если не хочет проблем!
– Неужели отважный и смелый капитан Ларс испугался хрупкой феи? На тебя не похоже, – съязвила я, поворачиваясь к нему лицом, – это же всего лишь еще одна зарубка на ножке твоей кровати? Или я ошибаюсь?
– Ши, – казалось, еще секунда, и он обратится прямо на моих глазах.
Плохая идея. Оставаться наедине с разъярённым, неконтролирующим себя волком мне совершенно не хотелось.
– Как глупо с моей стороны было надеяться, что ты поведешь себя цивилизованно, и не будешь грубить беззащитной девушке, у которой нет родных, а теперь еще и крыши над головой.
– Пусть поплачется своим «коллегам» по работе, они уж точно ее пожалеют… Во всех позах! – ну вот, уже клыки показались.
– Откуда ты знаешь где она работает? – нахмурилась я, но ответом мне стала резко хлопнувшая дверь.
Странно. Никогда прежде не видела его таким заведенным из-за девушки. Тем более феи. По всем признакам, их последняя встреча расстроила не только Лей. Надо бы осторожно разузнать, что там произошло.
За этими мыслями, я засунула пижаму в рюкзак, а когда оглядела спальню в последний раз, заметила валявшуюся на полу, справа от кровати, футболку.
Не моя. Возможно Коула.
Что-то потянуло меня поднять ее и вдохнуть исходящий от нее запах. Терпкий – мужского пота, и легкий – летней грозы.
Сжимая пальцами мягкую ткань, я застыла, вернувшись воспоминаниями в прошлую ночь. Не ту, где были острые клыки, полиция и угрожающие намеки. А в свой жаркий сон, пронизанный чувственностью и сладким возбуждением.
Семеро, что я творю? Надо выкинуть эту футболку в мусорный бак и забыть случившееся, как страшный сон.
Подумала, а вот сделать не вышло.
Оглянувшись на дверь, словно боясь, не подглядывают ли за мной, я быстро закинула футболку в рюкзак, к остальным своим вещам.
Уже стоя в дверях, громко крикнула:
– Как найдем новое жилье, я скину тебе адрес! И кстати, у тебя тут не квартира, а проходной двор. Смени замки, пока ночью не убили!
Глава 4. Лиам
«Никогда не спорь с шефом и с той, что тебе готовит. И там, и там накормят дерьмом»
Лиам Сверр
– Покайтесь, неразумные! Перемены грядут! Темный бог скоро восстанет, и поведет нас за собой в золотые чертоги! Преклоните головы, пока не поздно!
Грязный, воняющий кислой капустой и давно немытым телом бродяга, выскочил наперерез и развернул перед моим лицом картонный плакат, с корявой надписью – «Темный бог видит все».
Его жидкая бородка тряслась от возбуждения, а в серых глазах горело откровенное безумие. И не будь у меня связаны руки, схватил бы его за шкирку и передал психиатрам.
Еще один спятивший фанатик на мою голову. Сколько их уже в Вулф-Роке? Несколько десятков, не меньше. И это за каких-то полгода с того момента, как мэр издал тупой закон, запрещающий трогать этих придурков и чинить им препятствия. Вот и повылазили, как крысы из своих нор.
«Свобода вероисповедания». Когда эти чокнутые оккультисты, что ходят по городу с плакатами, орут, и пугают людей, возьмутся за оружие – а они обязательно это сделают, уж больно агрессивно себя ведут – будет уже поздно пить комбучу.
Отвратительное настроение, усугубленное приближающимся гоном и отсутствием свободного времени на удовлетворение личных нужд, не способствовало хорошим манерам. Поэтому, в попытке избежать жесткой встречи моего кулака с сизым носом чокнутого хрена, я огляделся по сторонам.
На Портон-сквер – улице, где находился полицейский участок – наблюдался непонятный ажиотаж: журналисты с камерами, куча эльфов…
Вот праздничек-то у шефа будет.
Дело явно пахло перегаром, но, к счастью, разбираться с этим – не моя работа.
Развернувшись к бродяге, что преградил мне путь, я повел плечами, сверкая одновременно наплечной кобурой и длинными клыками, и уже через секунду наблюдал, как тот удирает, сверкая пятками.
Все же инстинкта самосохранения, вместе с мозгами, они не лишаются. Это радует.
Поднявшись на второй этаж, я, облокотился на стойку ресепшна, и подмигнул секретарше, грудастой блондинке по имени Рут.
– Привет, детка! Шеф у себя? – ночь в холодном морге сказалась на голосовых связках. Каждое слово проходило через горло, как песок: царапая и причиняя боль.
– Лиам, ты разве забыл? У вас пять минут как идет совещание, – волчица удивленно захлопала своими маленькими глазками, переводя их с меня на закрытую дубовую дверь, за которой слышался громкий бубнеж, – все уже на месте.