Чтение онлайн

Откуда у него друзья? Как можно быть его другом? Не замечать его равнодушия, высокомерия, пренебрежения?

Не видеть Пустоты?

Эльрик де Фокс, шефанго с бездной вместо души – хитрая тварь, гораздо хитрее, чем может показаться при поверхностном знакомстве. Он знает, как дорого стоит его доверие. Знает, что те, кому он позволил приблизиться на ту дистанцию, на которую удалось подойти Зверю, уже не могут не любить его.

Он действительно забавный, он все еще дикий, и он по-прежнему считает себя неуязвимым, а поэтому не носит ни брони, ни масок. Смелый крылатый зверь. Недоверчивость в нем так странно переплетена с абсолютным доверием, что за него бывает попросту страшно.

Но хорошо бы он остался таким навсегда.

Людоед, конечно… ну а кто без недостатков?

Он сможет стать Владыкой Темных Путей, силой, рядом с которой гибнет все живое, – он справится. Но как жаль будет потерять то, что есть сейчас. Живое и теплое, наделенное невероятной силой, абсолютно лишенное высокомерия. Змей, и о чем ты только думал, когда создавал своего наследника? Ведь достаточно было бы сделать безмозглую чурку с глазами.

Я не отдам тебе Волка. И дело уже не в том, что он полезен, и не в том, какая роль отведена ему в грядущей войне. Знаешь, теперь я постараюсь уберечь его от войны, хоть и не верю, что это получится.

Я не отдам его тебе – просто так. Потому что я так хочу.

Извини.

– Все свои учебники ты начинаешь словами о том, что любой человек может научиться летать, просто не для каждого это означает стать именно пилотом. Лонгвийская школа, не так ли?

Вопрос оказался слишком неожиданным. В последнее время они все больше обсуждали участившиеся исчезновения болидов и шлиссдарков, машины пропадали с концами, люди и груз – тоже, и этому пока не удалось найти никаких объяснений. В контексте этих обсуждений проблемы обучения Мастеров не затрагивались, так что Зверь некоторое время озадаченно хмурился. Потом кивнул:

– Да. Лонгвийская. – И, окончательно придя в себя, язвительно добавил: – Можешь гордиться. Каждый отмечен богами, никто не создан просто так, бла-бла-бла – сам не знаю, почему я в это поверил.

– Буду гордиться. – На это Князь всегда соглашался без возражений, так что язвительность пропала втуне. – А нет ли среди людей тех, кто создан только для того, чтобы стать пищей для Волка? Что скажешь?

– Никто не живет только для того, чтобы умереть.

– Уверен?

Чтоб тебе! Нет. До сих пор не уверен в том, что смерть – не единственное, на что годен демон по имени Зверь. Но если есть люди, рожденные только для того, чтобы стать едой, то почему не быть демону, созданному только для того, чтоб быть убитым?

Нельзя думать об этом, иначе мир снова уйдет из-под ног.

Значит?

Значит, нет таких людей. Значит, ответ на вопрос:

– Да. Уверен.

– Стало быть, каждая жизнь ценна?

– Ты – чертов казуист, Князь! К чему ты клонишь? Если каждая жизнь ценна, хрена ль ты сам убиваешь людей тысячами? И нелюдей, кстати, тоже.

– Да вот. Убиваю. – Князь печально вздохнул. – Характер, знаешь, не сахар. Темперамент опять же. Но, если я не знаю – за что, я не убиваю. Чаще всего. Хочешь, предскажу, о чем ты теперь будешь думать при каждом убийстве?

– О том, не убиваю ли я своего несостоявшегося ученика. Ну и зачем тебе это было надо?

– Чтобы никогда не узнать, за что убить тебя. Зачем же еще?

Какие-то охотники, кто-то из психованных магов, натравили на Блудницу то ли чертей, то ли духов, то ли шут их разберет, кого именно. Зверь, поджав хвост, удирал в замок, клятвенно обещая себе, судьбе, богам и кому попало тысячу раз сказать Князю спасибо за гостеприимство. Ничего себе, вообще, техника дошла! Чертей на него раньше не спускали.

Или духов?

Да все равно! Куда катится мир, если демона травят чертями?

Бардак в Саэти.

Замок наконец-то стал виден не только на приборах. Прежде чем Блудница опустилась на спасительную крышу, Зверь успел разглядеть у парапета высокую белоголовую фигуру.

Они приземлились в тот момент, когда с руки Князя сорвался в небо огненный смерч.

Замок – надежная защита. Черти, или духи, или неизвестно кто уже не представляли угрозы. Но над крышей разверзся огненный ад, само небо превратилось в пламя, и Зверь, тихо матерясь, слинял в самый глубокий подвал, где они с Блудницей и провели следующие четверть часа. На то, чтобы прийти в себя, требовалось время. Князь вовсе не был магом огненной стихии, у Князя, оказывается, был при себе огненный дух, причем такой, которому на один зуб оказались черти или кто они там, преследовавшие Блудницу.

Интересно, и давно это с ним? С Князем, в смысле. И где он держит такую опасную штуку? И что будет, если штука сбежит?

Зверь задал все эти вопросы портрету, отправленному в самый глубокий подвал за неизвестные грехи. На портрете был Князь же или кто-то очень на Князя похожий – причем не только чертами лица, но и характером, поскольку «я вас в упор не вижу» читалось даже в нарисованном взгляде. Только Князь на портрете был с длинными, заплетенными в косу волосами.

Неплохо, между прочим, смотрелось. Лучше, чем с нынешней короткой стрижкой. Но, конечно, носить такие длинные волосы – это надо иметь неограниченные запасы времени и такие же – терпения. Терпения у Князя хватает, а вот времени – нет.

Поймав себя на этих рассуждениях, Зверь понял, что материться уже не хочется и прятаться в подвале – тоже.

А Блудница, та с самого начала в подвал не хотела.

…Князь по-прежнему был на крыше, вернулся к прерванному занятию и состригал с кустов лишние цветы.

– Где они тебя поймали? – Он придирчиво изучал с тыльной стороны чем-то ему не приглянувшийся листик, но обращался, кажется, к Зверю. По крайней мере, привычки разговаривать с розовыми кустами за ним раньше не водилось.