Чтение онлайн

– Его милость велели передать, что ужин через полчаса. – Тетка с неодобрением посмотрела на запыленные Вадимовы туфли, которые он так и не снял перед тем, как повалиться в постель, и под взглядом этим ему вдруг сделалось неловко, как провинившемуся мальчишке.

– А его милость, – это ж надо, как они тут деда величают, прямо феодальный строй какой-то, – уже вернулся из города?

– Вернулись, – кивнула Ганна, – да гостей с собой из города привезли. А меня ж никто не предупредил, что гости уже сегодня будут, я думала, что все, кто на свадьбу, в гостинице остановятся. Это счастье, что я всегда готовлю много, а то ведь опозорилась бы.

Похоже, проблема представлялась служанке архиважной, если она вдруг решила изменить своему прежнему немногословию.

– А пан Йосип только смеется, говорит, ужин можно и в ресторане заказать, это в том, который в гостинице, что там повар французский и разносолы всякие. – Ганна расстроено покачала головой: – Да только как же я могу дорогих гостей казенной едой травить?!

– А как их милость? – прервал Вадим не на шутку разошедшуюся служанку. – В каком настроении?

– Да в каком же ему быть настроении? – Ганна степенно оправила складки на шерстяной юбке. – Молчит все, думает о чем-то.

Молчит и думает? Может, уже обнаружил пропажу своей протеже? Нет, если бы обнаружил, то будить бы Вадима пришла не Ганна, дед бы пожаловал лично…

– Ну, пойду я? – Служанка, которая так и не переступила порог Вадимовой спальни, шагнула назад.

– Иди, я скоро.

В главный зал Вадим заходил не без душевного трепета, мысленно готовясь к изрядной выволочке. Оказалось, подготовился он плохо, потому что самое страшное, что только могло случиться, уже случилось и застало его врасплох.

Самое страшное сидело по левую руку от деда, растягивая губы в неискренней улыбке, и нервно теребило льняную салфетку. При виде Вадима самое страшное состроило трагическую рожу, отбросило салфетку и ухватилось за бокал с вином.

Ехидна! Собственной персоной! Давно не виделись…

– Добрый вечер, внук! – дед приветственно махнул рукой, многозначительно приподняв седые брови. – Проходи, присаживайся, а то Ярослава тебя уже заждалась. Да, Ярослава?

– Угу, – ехидна закивала так энергично, что едва не расплескала вино, – заждалась.

– Рад тебя видеть, Вадим, – вежливо поздоровался Вениамин, сидящий, как обычно, по правую руку от босса.

– Ну и горазды ж вы спать, молодой человек! – Литош, единственный из всех присутствующих одетый не по дресс-коду, в строгий костюм, а в расшитый золотом бархатный кафтан, озорно подмигнул Вадиму: – Это что же, здешний воздух на вас так благотворно влияет?

Нескольких секунд хватило, чтобы прийти в себя. Вадим окинул гостей быстрым взглядом, вычленил из дюжины присутствующих нескольких известных политиков, двух магнатов, нефтяного и алюминиевого, парочку весьма привлекательных дамочек и одну непривлекательную, но имеющую немалый вес в журналистских кругах и дурную славу найпервейшей светской сплетницы, улыбнулся всем самой обаятельной из своих улыбок и опустился на стул рядом с ехидной, не преминув пнуть ее под столом ногой. А дальше вечер покатился по проторенной колее. Поначалу скованные узкими рамками приличий, гости после нескольких бокалов вина повеселели, расслабились, заговорили разом. Магнаты и политики принялись обсуждать с дедом уже оскомину всем набивший экономический кризис. Дамочки, из тех, что посимпатичнее, украдкой строили Вадиму глазки и бросали презрительные взгляды в сторону его нареченной. Литош развлекал светской беседой попеременно то ехидну, то журналистку. Аглая Ветрова – отошедший от шока Вадим даже вспомнил, как зовут это недоразумение, закутанное во что-то шелковое, небесно-голубое, сильно смахивающее на индийское сари, но с меховой оторочкой, – умудрялась одновременно почесывать за ухом суетливую псину какой-то мелкогламурной породы, благосклонно улыбаться художнику и задавать всякие каверзные вопросы ехидне. Да, прокололся дед, коли допустил, чтобы за столом рядом с его протеже оказалась Аглая. От этой светской гарпии ожидать можно чего угодно, ради сенсации она, не задумываясь, продаст не только родину, но и родную маму. Вот сейчас нареченная как брякнет какую-нибудь нелепицу, и кирдык дедовой затее…

К счастью или к сожалению, Вадим так до конца и не определился, ехидна держала удар стойко, досадных оплошностей не допускала и даже один раз погладила мелкогламурную псину, чем заслужила одобрительную улыбку Аглаи. Еще, глядишь, эти две дамочки найдут общий язык. А почему бы и нет?! Обе ведь жадные стервы, обе с прибабахом. Тут, как говорится, сам бог велел…

Как бы то ни было, а общение за столом проходило в столь плотном режиме, что Вадиму за весь вечер так и не удалось побеседовать с ехидной. А побеседовать ох как хотелось, и лучше бы с глазу на глаз.

Кульминацией ужина стало неожиданное заявление деда, что по очень веским причинам свадьба переносится. Вадим уже было обрадовался, подумав, что так и до «отменяется» недалеко, но реальность убила робкую надежду на корню. Церемонию бракосочетания старший Закревский решил провести завтра…

Дорогим гостям, уже тепленьким и оттого добродушным и расслабленным, идея с переносом свадьбы понравилась.

– Что, не терпится, молодежь? – Нефтяной магнат пьяно икнул и многозначительно подмигнул Вадиму.

– Да, хорошее дело! – поддержал приятеля алюминиевый магнат, отхлебнул вино прямо из бутылки, поморщился и заорал дурным голосом: – Горько!

– Горько, – с иезуитской улыбкой мурлыкнула Аглая и побарабанила малиновыми коготками по столу. Вот кому раздолье: тут же не только свадьба, а еще куча пьяных олигархов. Это ведь какую замечательную статейку можно состряпать…

Под тяжелым дедовым взглядом Вадим встал из-за стола, потянул за собой ехидну. Ехидна не то чтобы сопротивлялась, но по желтым глазюкам было видно, что идея ее нисколько не воодушевляет и целоваться нареченной совсем не хочется. Ну что же, ему в клубе тоже не хотелось…

Поцелуй вышел долгим и, наверное, страстным. Ехидне удалось вырваться из Вадимовых объятий уже полудохлой от нехватки кислорода.

– Ай, молодца! – одобрительно покивал нефтяной магнат. – А повторить?

– Да полно вам! – замахал на него руками Литош. – Совсем бедную девочку засмущали.

– Так принято же! – не сдавался олигарх.

– На свадьбе принято, а у нас пока только репетиция. – Художник наполнил бокал ехидны и громовым голосом заявил: – У меня тост! Давайте выпьем за то, чтобы Рудый замок обрел наконец свою настоящую хозяйку!

Хоть тост и не показался Вадиму таким уж значимым, выпил он не без удовольствия. После поцелуя с ехидной что-то неладное творилось у него внутри, что-то ворочалось и трепыхалось. А чего он хотел?! У нее ж, наверное, как у всякой уважающей себя гадины, есть изрядный запас яда. Вот, отравила…

К огромному облегчению Вадима, ужин хоть и выдался насыщенным, но продлился недолго. В одиннадцатом часу гости разошлись по своим комнатам, чтобы набраться сил перед завтрашним торжеством. Вадим ожидал, что дед попросит его остаться, потребует объяснений, но, вопреки ожиданиям, в ответ на его вежливое «спокойной ночи» старик лишь устало махнул рукой. Чуден мир! Ну и ладно, Вадиму и без дедовых нравоучений есть чем заняться.