Волчье сердце
Шрифт:
Расслабилась она только тогда, когда они отъехали на значительное расстояние. Халдриссе показалось, что она целую вечность добиралась к остальной части своей группы, каждый из которой с волнением наблюдал за ее приближением.
— Позаботьтесь о нем! — приказала она двум своим людям. Как только Ксанон оказался в надежных руках, она повернулась к остальным. — Все намного хуже, чем мы ожидали! У гоблинов куда больше механических устройств, чем я думала. И они в настоящий момент заняты вырубкой леса здесь неподалеку. К сожалению, мы предполагаем, что они делают то же самое и в других местах.
— Мы должны скорее уничтожить этих маленьких паразитов! — прорычал один из Часовых. — Уж с этими мерзавцами мы как-нибудь в состоянии справиться!
Некоторые затрясли оружием над головой, соглашаясь с оратором, но Халдрисса мгновенно пресекла эту идею об нападении.
— Никаких самоубийственных нападений! Сейчас мы отступаем. Эта информация должна дойти до Дарнаса.
— А затем мы будем просто ждать? — возмутился другой Часовой.
— Конечно же, нет! Хватит вопросов! — ответила Халдрисса, а затем приказала двоим ночным эльфам, держащим на руках Ксанона. — Крепко пристегните его! Нам придется скакать во весь опор! — но замерла на полуслове, увидев их лица.
— Он мертв, — сообщила ей ближайшая Часовая. — Уже несколько минут. Рана на его голове была слишком тяжелой.
Чтобы подтвердить свое утверждение, она наклонила голову Ксанона и каждый в группе увидел почерневший синяк и огромный кровоподтек, на который Халдрисса не обратила внимания, пытаясь во что бы то ни стало спасти их.
Командующая нахмурилась. Еще одна смерть от рук Орды. Кровь застучала в ее висках, несмотря на боль пронзившее тело.
— Они заплатят. Они заплатят за каждую смерть… включая этот лес.
Халдрисса направила свое ездовое животного вперед и остальные последовали ее примеру. Она оглянулась назад. Тело Ксанона, надежно закрепленное, ехало вместе с ними — хотя мертвый всадник был явным предвестником беды.
Обычно большинство членов Альянса приезжали в одно и то же место, но, как только началось собрание, были организованы личные заезды представителей Альянса. Ночные эльфы были готовы принять в столице всех, но большинством голосов от других заинтересованных лиц было принято решение, что в Дарнасе остановятся лишь послы с небольшой свитой, а остальные их люди будут находиться на борту своих судов. Полный сбор будет объявлен во время церемонии открытия собрания, а затем они снова вернутся на свои корабли, пока собрание не закончится.
Верховная жрица одобряла такое решение, хотя причина у нее было совсем иная, чем у ее гостей. Она считала, что чем больше представителей каждой расы будет оставаться в столице во время церемонии, тем больше шансов, что напряжение достигнет своего апогея и выплеснется на присутствующих. Риск подобного происшествия был довольно велик, так как последствия Катаклизма на своих землях ощущала каждая раса.
Первыми из Альянса в Тельдрассил прибыли представители Терамора. Тиранда и Малфурион встречали их в Дарнасе у выхода из портала.
— Рада нашей встрече, Верховный маг Тервош, — поприветствовала Тиранда.
Черноволосый маг в ответ кивнул головой:
— Я здесь от имени Леди Джайны Праудмур — правительницы государства Терамор. Благодарю за ваше гостеприимство во время этого важного для нас собрания.
— Мы рады, что в качестве своего посланника она выбрала именно вас, Верховный маг, и надеемся, что Леди Джайна пребывает в добром здравии.
Тервош поправил свое фиолетово-черное одеяние. Как один из ближайших советников Джайны Праудмур, он также носил золотой нагрудник и наплечники, украшенные изысканным орнаментом:
— Учитывая несчастья, постигшие всех нас, она вынуждена была остаться для продолжения организации вооруженных сил Альянса. Можете мне поверить, она бы очень хотела оказаться здесь, Верховная жрица.
— Ее боевой опыт бесценен в эти тяжелые дни, — заметил Малфурион.
— Его она унаследовала от своего отца, — сказал Тервош и замолчал, не желая продолжать деликатную тему об Адмирале Даэлине Праудмуре. Одержимость орками привела его к несвоевременной кончине в битве против полукровки Рексара во время штурма замка Терамор. Рексар, в котором многое было от огра, не хотел смерти Адмирала, но Даэлин не оставил ему выбора. Дочь Адмирала Праудмура до сих пор скорбит по своему отцу, несмотря на то, что действия отца вынудили ее переступить через его убеждения и принять сторону Орды в данном конфликте.
Немного помедлив, Верховная жрица спросила:
— А как там Страдалица?
Тервош поджал губы:
— Она выполняет свои обязанности лучше прежнего. Огромный шрам от ее противостояния с темными магами не идет ни в какое сравнение с душевными ранами, полученными в то время. — Он пожал плечами. — Однако она не принимает ничьей помощи. Упрямство всегда было одной из ее сильных и, одновременно, слабых сторон.
— Я продолжу молиться о ее физическом и душевном состоянии, — Тиранда кивнула и на ее лице снова засияла улыбка. — Впрочем, я совершенно забыла о правилах приличия. Возможно, вы бы хотели отдохнуть с дороги.
Она приказала одной из своих помощниц:
— Пожалуйста, покажите Верховному магу и его свите, где они могли бы разместиться.
Тервош снова поклонился:
— Я возлагаю большие надежды на это собрание.
Когда посланники Терамора ушли, Верховная жрица пробормотала:
— С ними договориться труда не составит. Вот бы остальные были такими же понимающими, как жители Терамора.
— Они поймут, Тиранда. Они должны все понять!
Верховный маг со свитой практически скрылись из виду, когда на остров прибыли посланники дворфов, причем сразу от всех трех кланов.
— Вряд ли это простое совпадение, — поделилась Тиранда своими мыслями с супругом, когда к ним подошло несколько жриц. — Как думаешь, они путешествовали вместе?
— Бронзобороды и Громовые Молоты вполне могли плыть вместе, учитывая пропускную способность Рут'теранского порта, но в отношении клана Черного Железа — я очень сомневаюсь. Сама мысль о том, что они могли плыть все вместе на одном корабле, вызывает удивление. Иначе я подозреваю, им бы пришлось находиться на разных сторонах палубы во время всего путешествия и вероятно сходить на берег порознь.