Волчье сердце
Шрифт:
Генн протянул Вариану окровавленную руку. Когда-то давным-давно Вариан слышал, что король Гилнеаса после своей коронации никому не пожимал руку, всегда стоял на своем и сначала король Штормграда хотел отказаться от его помощи. Но затем он вспомнил все, что обещал и делал его коллега для того, чтобы воссоединиться с Альянсом.
Вариан схватился за руку. Генн помог ему подняться… и разжали они свои руки не сразу, таким образом, признавая мастерство друг друга.
Повернувшись к медведю, Вариан посмотрел на место удара его коллеги.
— Быстрый смертельный удар, — похвалил он Генна.
— Я просто закончил начатое тобой дело, — ответил ему Генн. — Добыча — твоя. Ты победил в этой охоте.
Вариан покачал головой:
— Вряд ли. Ведь я охотился на кабана.
— Человек, который охотился на кролика, а поймал оленя, заслуживает похвалу. А человек, который охотился на кабана, а поймал медведя, заслуживает огромнейшего признания.
И после этих слов Генн поднял голову вверх и громко завыл. Это было проявлением уважения к добыче и к тому, кто ее убил. Его вой поддержали другие воргены, все проявляли уважение к мастерству короля Штормграда.
Наконец-то Генн умолк, за ним смолкли и его последователи. Он снова повернулся к своему коллеге.
Однако… Вариана здесь больше не было.
За последние два дня застава Среброкрылых не получала никаких вестей от соседних застав и этот факт очень волновал Су'уру Быструю Стрелу. По приказу командующего заставы она приехала из рощи Среброкрылых и сразу узнала, что накануне ее прибытия из засады был убит другой офицер. Тогда же убили и заместителя командующего. Сначала Су'ура не планировала оставаться, но единственный оставшийся Часовой-офицер был слишком неопытен.
Она отправила двух наездников гиппогрифов. Одного к ближайшей заставе, а другого к командиру Халдриссе. Хоть один из них должен принести какую-нибудь весточку. Либо же они оба вернутся с предупреждением о каком-то несчастье.
Но наездники так и не вернулись, и Су'ура подозревала, что они уже не вернутся… Застава Среброкрылых осталась один на один с Ордой.
Она шагала вокруг заставы и вглядывалась в быстро поднимающийся туман. Его источником не могло быть озеро Зеркало Небес на юге, так как он появился со стороны земель Орды.
Позади неё раздался предупреждающий об опасности низкий рёв. Она не удивилась, так как знала, кто за ней следовал.
— Тише, — сказала Су'ура огромному черному ночному саблезубу рядом с собой. На животном была надета золотисто-коричневая броня с инкрустированными фиолетовыми камнями на плечах и голове. Ночная эльфийка тоже была полностью в броне, как и все те, кто был на дежурстве, хотя ее плечи были украшены прекрасными золотыми лентами поверх серебра. Орки и другие враги, которые считали, что её броня выполняет больше декоративную роль, чем защитную, с ужасом обнаруживали, что во время сражения эта броня достаточно хорошо защищала ночную эльфийку.
В отличие от рычания ночного саблезуба уханье совы привлекло ее внимание. Командир заставы посмотрела на крышу главного здания, где сидела черная как смоль сова. Сначала птица смотрела вглубь леса, а затем резко взлетела со своего места. Она опустилась к Су'уре, которая ожидала её с вытянутой рукой, куда сова смогла бы приземлиться.
— Хутиху, что ты увидела? — Мрачно спросила она. — Где?
В ответ сова ухнула еще раз, а затем слегка повернула голову в сторону определённой части леса. Су'ура с надеждой последовала за пристальным взглядом совы.
Дежурившие вокруг заставы Часовые замерли, когда кто-то выскользнул из-за кустов. Они успокоились только тогда, когда поняли, что это был один из них… если можно так выразиться.
Вернувшаяся к Среброкрылым ночная эльфийка относилась к тем ночным эльфам, которых большинство Часовых не сильно жаловало. Но у таких ночных эльфов были свои преимущества и по мнению Су'уры некоторые из них уже доказали свою верность. На самом деле, Су'ура настолько доверяла возвращающейся ночной эльфийке, что назначила ее на управленческую должность и теперь она была снабженцем Среброкрылых.
Конечно же, наиболее важным аспектом ее службы было то, что она являлась прежде всего разведчиком и выполняла связанные с этим неофициальные обязанности.
— Иллиана Лунное Сияние, — торжественно поприветствовала её Су'ура. — Ты вернулась раньше, чем я ожидала… и надеялась.
Эта ночная эльфийка сильно отличалась от Су'уры, не говоря уже об остальных присутствующих здесь. Она носила темную стянутую в корсет одежду и напоминала Су'уре больше человеческого пирата. Кроме того, Иллиана по своим манерам также была похожа на морского разбойника. Так уж сложилось, что тех, кто выбрал «призвание» Иллианы, не уважали гораздо больше, чем пиратов, хотя они были частью жизни ночных эльфов в течение многих лет. Но времена меняются и все больше и больше находилось мест среди доверенных бойцов Альянса для таких, как она.
Иллиана вложила в ножны пару длинных мечей, которые она использовала вместо глеф. Усмехаясь, она спросила:
— Вы не успели по мне соскучиться?
— Шутки в сторону. Что ты видела?
— Точнее говоря, что я не видела? И что я слышала?
Командир немного раздраженно на нее посмотрела. Также раздраженно ухнула Хутиху.
Прежняя усмешка практически исчезла:
— Хорошо. Во-первых, туман настолько густой, что невозможно ничего рассмотреть дальше пары шагов. Нам не стоит в него заходить, мы должны использовать его в своих целях.
— Значит, мы остаёмся на месте.
— К сожалению, туман движется к нам.
Су'ура тоже это заметила, но, услышав подтверждение своих наблюдений, все равно поразилась:
— Могла бы сразу об этом сказать. Как быстро он движется?
— Достаточно быстро, поэтому очень хорошо, что все уже готовы к бою.
Неужели все настолько плохо, — подумала командир и спросила:
— Ты сказала, что что-то слышала?
— Жужжание. Как будто от большого роя ос. И еще: чем дальше ты погружаешься в туман, тем сильнее воняет маслом, будто бы кто-то зажег кучу ламп и так их оставил.