Чтение онлайн

– Ага, понимаю! – воскликнул Гонтран. – Ну что же, станем питаться прямо альбумином, фибрином и прочим, все лучше, чем умирать с голоду. Но ведь для химического изготовления нужны инструменты, а где мы их возьмем? Все лабораторные приборы увезены Шарпом.

– Нет, не все! – торжествующе воскликнул Сломка.

Он бросился в темный угол зала и притащил оттуда еще какой-то ящик, который и положил у ног профессора.

– Это что еще такое? – спросил тот в удивлении. – Да вы просто волшебник, откуда что у вас берется?

– Вовсе нет.

– Ведь это мой ящик с химическими приборами. Как же он попал сюда?

– А помните, профессор, мы отложили его, чтобы исследовать перед отъездом состав лунной атмосферы? Ну, за разными хлопотами дело не состоялось, ящик мы забыли, а вот теперь он нам и пригодится!

– Да, брат, – обратился к Гонтрану молодой инженер. – С этим вот, – и он многозначительно постучал по крышке ящика, – мы наделаем тебе и бифштексов, и котлет.

Михаил Васильевич открыл ящик и не мог удержаться от радостного восклицания.

– Эвдиометр, анероид, термометры, буссоль, трубки, эпруветки, реактивы! – стал перечислять он, любовно осматривая каждую вещь. – Прекрасно!

Пересмотрев все в ящике, старый ученый подумал несколько минут, потом начал:

– Ну-с, за дело. Приступим по порядку: прежде всего нам необходимо исследовать воздух, которым мы дышим – не правда ли, дорогой Гонтран?

– Конечно, если… если… – замялся Фламмарион, не зная, что ему ответить.

Михаил Васильевич считал своего будущего зятя великим ученым – лишь потому он и согласился на его брак с Еленой. Между тем можно было без всякой ошибки назвать Гонтрана круглым невеждой в науках. Только благодаря своему доброму гению, Сломке, Гонтрану удавалось скрывать свое невежество от профессора. Молодой инженер пришел, как всегда, на помощь приятелю.

– Какой же способ вы думаете применить, профессор? – обратился он к Михаилу Васильевичу.

Тот задумался.

– Гм… Видите ли, сначала я хотел употребить эвдиометрический способ Гей-Люссака, но, как вы знаете, он дает показания лишь приблизительной точности, тогда как нам теперь нужны данные совершенно точные.

– В таком случае примените фосфор, – посоветовал Сломка, – это и просто, и хорошо.

Михаил Васильевич молча кивнул головой, взял стеклянную коробку, в которой лежали реактивы, переложил их в другое место, а коробку наполнил дистиллированной водой. Затем он отыскал в ящике градуированную эпруветку и погрузил ее отверстием в воду таким образом, что внутри ее содержалось ровно сто кубических сантиметров воздуха. Операция закончилась тем, что профессор ввел внутрь эпруветки [1] палочку фосфора.

– Объясни мне, пожалуйста, в чем тут дело, – прошептал Гонтран на ухо Сломке.

– Очень просто: фосфор должен поглотить весь кислород, в эпруветке останется один азот, и по его количеству старик легко вычислит состав лунного воздуха.

В этот момент вблизи послышалось легкое трещание свечи. Сломка, оглянулся и увидел, что она догорела и готова погаснуть.

– Ого, мы скоро очутимся в потемках, – заметил он.

– Как же быть? – спросил Гонтран.

– Как быть? А мы устроим лампу, – разрешил недоумение молодого человека профессор.

Он вынул из ящика две склянки, содержащие терпентин [2] и спирт, налил той и другой жидкости в третью склянку поровну, всунул в горлышко расщипанную бечевку и зажег. Импровизированная лампа с успехом начала выполнять свое предназначение.

«Ох, эти ученые люди!» – подумал изумленный Гонтран.

Между тем старый ученый принялся за новое дело.

– Узнав состав лунной атмосферы, – сказал он, – нам нужно исследовать и состав лунной воды. Конечно, легче всего для этого разложить воду в вольтаметре электрическим током. Вольтаметр устроить легко, но как добыть ток?

– Можно сделать вольтов столб, [3] – предложил инженер. – Цинковых кружков можно наделать сколько угодно из того же ящика: он ведь весь из цинка. Медные кружки тоже найдутся: соберем всю медную монету, какая у нас есть; кроме того, коробки с консервами сделаны из меди. Остается, значит, приготовить суконные кружки. На их изготовление я пожертвую полу своего пальто.

– Этот способ разложения воды далеко не нов, – объяснил Сломка Гонтрану. – Еще в 1800 году Никольсон и Карлейль применили его для анализа воды.

Предложение инженера было одобрено профессором, и все усердно принялись за изготовление вольтова столба.

– А что делается с фосфором? – спросил во время работы Гонтран.

– Ах да, я и забыл! – воскликнул Михаил Васильевич, подбегая к аппарату дня анализа воздуха. – Однако, это любопытно, – прибавил он, кидая взгляд на эпруветку.

– Что такое? – спросил Сломка, перекладывавший медные и цинковые кружки вольтова столба смоченными в серной кислоте кусочками сукна.

– Оказывается, лунный воздух состоит не из 79 частей азота и 21 част кислорода, как земной, а из равных частей того и другого газов.

– От того-то нам и дышится здесь так хорошо, несмотря на уменьшенное против земного атмосферное давление, – отозвался инженер.

– Теперь примемся за анализ лунной воды. Столб готов?

– Готов.

Михаил Васильевич устроил из широкой воронки и двух эпруветок вольтаметр, налил в него подкисленной лунной воды и провел ток от вольтова столба. Мгновенно вода стала разлагаться, причем ее кислород стал собираться в одной эпруветке, а водород – в другой.

Профессор задумчиво наблюдал за превращениями воды, поглаживая свою бороду.