Чтение онлайн

– Я все понял, пусти.

– Нет, не поняли, – улыбнулась я. – Живым вы покинете это помещение, только при одном условии.

– Каком? – испугался Альток.

– Извинитесь перед Килиританом.

– Что?! Да чтоб я пред этим безродным! Ай-ай-ай, – белугой заорал Бшиме.

– Знаете, а крыса без хвоста это очень экстравагантно… – с дружелюбным оскалом произнесла я, подцепляя керамбитом его хвост.

– Нет! Прошу нет! Я… Я извинюсь. Прости меня мальчишка! Прости! Что? Почему не убираешь нож?! Ай!!!

– Неправильно.

– Кирилитан Этигер, я Бшиме Альток, приношу вам свои искренние извинения за… за… за все, – на одном дыхании произнес отец Боруи. Как же стимулирует мозговую деятельности близость опасного для жизни предмета…

– Ваши извинения н… – Бшиме побледнел, – приняты.

– Вот видите, как все просто, – улыбнувшись, отошла я в сторону. – Однако на счет инстинктов я не шутила…

– Я… Разрешите идти, госпо… уважаемая, – интересно ты оговорился Альток.

– А причем тут я? – искренне удивилась я. – Спрашивайте главу.

– Глава, я могу быть свободен? – с мольбой в глазах уставился Бшиме на моего отца.

– Да, конечно, – заторможено ответил папа. Старшего Альтока, как ветром унесло.

– Папа, – ринулась я в атаку. – Я заранее знаю, все, что ты скажешь. Сама виновата. Расхлебывать тоже буду сама. И за последствия отвечу сама. Просто поверь мне.

– Хина, дурочка моя, – ласково потрепал он меня по волосам. – С последствиями разбираться будем всей семьей. В крайнем случае, Альтоки вымрут, – со зловещей улыбкой закончил папа.

– Глава, я…

– Китан, ну что с тобой будешь делать! – раздосадовано буркнул глава. – Уже четыре года живешь тут, как член нашей семьи, а все "глава" да "глава". Ну не хочешь звать папой, так хоть дядей называй. А то, как неродные! Всё! – стукнул он по столу. – Решено! Еще раз назовешь меня "главой", больше с Хиной не увидишься. Никогда!

– Но гл… Но почему? – растерялся Кит.

– Да потому что обидно, – надулся папа. Мама тут же рассмеялась.

– Простите, я не знал, – понуро опустил голову друг. – Я… Я попробую. Можно мне называть вас дядей?

– Эветти, тащи брагу, – радостно крикнул папа. – У Китана родственные чувства проснулись!

– Тебе лишь бы брагу, – легко его толкнула в бок мама. – О! Меня тогда тётей называй, хорошо?

– Я… Я… хорошо, – попал Кит в ловушку моих родителей.

– Эви, да не наседай ты так, видишь у паренька, мир заново отстраивается, – смеялся отец.

– А у вас веселее, чем я думал, – произнес Миказу, проходя в гостиную и устраиваясь на одном из выживших стульев. – Я-то думал, вы уже саван дочери присматриваете. Ну, мелкая! Ну, как обычно.

– Миказу, что за слова? – посетовала мама.

– Так сейчас не об этом. Прости мамуль. Хина ваш бой, уже через десять минут, он первый.

– Почему это? – не на шутку удивилась я.

– Думала, вас на сладкое оставят? – я утвердительно кивнула, брат продолжил, вставая и подходя ко мне. – Да так бы и было, только вот знаешь… – замялся он под конец.

– На меня никто не ставит. И заранее считают Боруи победителем, – не спрашивала, а утверждала я. Что-то подобного я и ожидала, но… Как-то неприятно, что ли.

– Обидно, да, сестренка? – грустно улыбнулся брат. – Не волнуйся. Думаю, сегодня они поменяют свое мнение на счет тебя.

– Помоги мне Миказу, – недолго думая, попросила я. Боруи очень упертый. Я могу выбить из него дух, но пощады он не попросит.

– Помочь? Как? – удивился брат. – Ты же не попросишь меня выйти вместо тебя на арену?

– Я могу, – тут же отозвался Китан.

– Нет, не можешь! – охладила я его пыл. От долгого стояния на одном месте, еще и колени заболели ко всему прочему.

– Ну, вообще-то может, – "обрадовал" меня Миказу.

– О чем, ты? – ну интересно же.

– Он твой сухор, – пожал плечами брат. – Можешь в оплату долга жизни отправить его вместо себя. Обманом это считаться не будет. Даже то, что Кит – свидетель, не помешает.

– Нет, это не подходит, – отвергла я подобный исход. – Ладно, что-нибудь придумаю.

– Сломай его, кроха, – разворошил брат мои уже без того растрепанные волосы.

– Сло-мать? – задумалась я. А ведь это идея! – Миказу спасибо! – поднявшись на цыпочки, чмокнула я сильно удивленного брата. И повернувшись к родителям, сказала. – Мама, дедушка будет мной гордиться! – и тут же пошла обуваться.

– Мне почему-то кажется, – неуверенно начал Миказу. – Что она сейчас говорила совсем не о дедушке Даргари.

– Тебе не кажется, сын, – хмуро ответил отец. – Ладно, пошлите на выход. Опаздывать нехорошо.

– Дорогой, – будучи уже возле арены, тихо, чтобы никто из окружающих не слышал, начала мама, – ты знаешь, она мне сейчас своими уверенностью и этой предвкушающей веселье улыбкой, очень отца напоминает.

– Это-то меня и беспокоит, – так же негромко ответил отец.

– Не поняла. Чем тебе мой папа не угодил? – притворно злясь, спросила мама.

– Ну, скажем, единственное, чем он мне нравился так это своими редкими визитами к нам, – произнес отец, кивая, в знак приветствия, кому-то из знакомых. – И как бы плохо это не звучало, слава богам он нас больше навестить не сможет.

– Ари! – прикрикнула мама. – Как так можно?! Между прочим, он, если бы был жив, так и занимался бы с нашей дочерью.

– И что в этом хорошего?! – искренне удивился папа, когда мы были уже у входа. Огромную очередь так просто не обойдешь. – Будь он с нами, то НАША дочь, уже года два ходила бы с именным боевым топором, на ручке которого имела бы кучу зарубок по числу убитых ею врагов.