Чтение онлайн

– Значит, я для вас обуза? – фрейлина повторила вопрос.

– Я думаю, что дальше будет еще опасней и трудней. Продовольствия у нас нет, ночами холодно, а по лесам и полям бродят вражеские патрули. Поэтому лучше вам остаться в деревне. Для вашей же безопасности. Фронт далеко откатился. До него почти сто километров. И вы можете просто не дойти.

Поднявшись, я отряхнул с одежды сено, приблизился к ней и присел рядом. Попытался почувствовать ее внутреннее напряжение и попробовал поделиться спокойствием, силой и уверенностью. Только ничего из этого не вышло. То ли у нее природная защита, то ли серьезный амулет, тот же крестик на шее или колечко на пальце, то ли она в таком стрессовом состоянии, пробить которое я не в состоянии. Между нами, словно стена, непроницаемая и непробиваемая. Однако мое присутствие ее все равно немного успокоило и, в конце концов, она сказала:

– Хорошо, я останусь в деревне.

– Договорились. Спите, Юлия Петровна. Отдыхайте, силы вам понадобятся.

– А вы, поручик?

– Уже отдохнул. Мне двух часов достаточно. Так что посижу, покараулю.

Кивнув, она забралась в сено, накрылась им и вскоре заснула, а я привалился к стене и при лунном свете, который проникал сквозь щель в крыше, провел инвентаризацию того, что у меня осталось. Два пистолета с четырьмя полными обоймами (трофейный ствол снабжен ПБС), кинжал, одна граната, автомат с глушителем и к нему два магазина. Противогазы и бронежилет бросил в лесу. Продуктов нет. Зато есть фляжка с водой, документы, неполный коробок спичек, рюкзак, плащ-палатка и карта Белоградской области. Теперь бы еще Юлию Петровну пристроить и до линии фронта доберусь быстро. Если хорошо идти и добыть провиант, до словенских позиций дойду за три-четыре дня. Это с учетом всех возможных препон. Я свои возможности знаю и понимаю, что одному будет проще и легче…

Совершенно незаметно я снова задремал и до утра нас никто не тревожил.

С утра пораньше, выпив ключевой водички, я и моя спутница направились в сторону деревеньки Сутеево. Да вот беда, она была окружена ромеями и там шла зачистка. Лаяли собаки и слышались крики селян, которых сгоняли на площадь, мычали коровы и порой раздавались одиночные выстрелы. Понятно, что в ближайшее время соваться в поселок не стоит и оставаться рядом опасно. Поэтому мы поспешили удалиться.

Двинулись вдоль дороги на Мохов, по которой сплошным потоком шли вражеские автоколонны. Ох, и много же ромеев шло. Тут тебе и тяжелые грузовики с пехотой, и штабные автомобили, и мотоциклетные роты, и бронетранспортеры различных марок. А пару раз даже танки разглядел. Они в этом мире не в почете, но есть. Не Т-90, конечно, а что-то среднее между Т-34 и американским «грантом». Так себе машинки, если верить рассказам солдат, с которыми я бродил по лесам. Пушки слабенькие, от пятидесяти миллиметров до семидесяти шести, моторы хреновые и проходимость никакая. Раньше танки только для парадов использовали, а на войне они, чтобы противника пугать. Зато броневиков много и самоходных артустановок. Здесь с этим полный порядок и мотострелковых частей гораздо больше, чем пехотных и кавалерийских вместе взятых. Что у словенцев и скифов с ориссами, что у ромеев с их союзниками.

В общем, смотрел я на то, как мимо проносятся вражеские автомобили, и постоянно думал о том, что можно совершить диверсию. Для кого как, а мне это сделать легко. Подкрался вечером к дороге в удобном месте и метнул в кузов последнюю гранату, а затем добавил из автомата и, пользуясь неразберихой, украл пару рюкзаков. Вот это по мне. И боеприпасы появятся с продуктами, и одежда теплая, чтобы ночью от сырости не страдать, и ромеев покрошил, а помимо того заставил противника выделить на прочесывание местности и охрану автомагистрали дополнительную роту, а может и батальон. Однако я не один. Следовало подумать о женщине, которая стремительно слабела и за мной не поспевала. Поэтому мысли о налете я прогонял.

Ближе к полудню Юлия Петровна не выдержала. Силы окончательно ее оставили и она упала. Пришлось искать место для привала, и я его нашел. В глубоком овраге невдалеке от дороги тихо и спокойно, можно отсидеться. Только вот мертвечиной сильно воняло и, прогулявшись по низине, я обнаружил словенского солдата. Он погиб пару дней назад и, судя по всему, получил ранение на дороге, отошел на обочину и скатился вниз. Здесь попытался ползти, но истек кровью и скончался.

Солдатская книжка на месте – рядовой 93-го имени графа Боромира Икодольского мотопехотного полка Изяслав Смолов. При случае передам документ по инстанции, дабы родственники знали, что он погиб, а не пропал без вести. В конце концов, за воинов, чья судьба неизвестна, государство пенсию не выплачивает. Но самое главное – у солдата был добротный ранец, он его не бросил, и оружие – уже знакомый мне ТК-60 с четырьмя магазинами. Плюс две ручных гранаты. Повезло нам, сказать нечего, и я, открыв ранец, сразу нашел, что искал, две банки тушенки, зачерствевшую булку хлеба, десяток конфет, несколько сухарей и кусок сала. Для нас, изголодавшихся, это спасение. А еще имелась запасная гимнастерка, чистые штаны, ремень, три пары носков и пять пачек патронов. Хм! Теперь можно и повоевать.

Похоронив покойника, попросту положив его под обрыв и засыпав мягким грунтом, я вернулся к обеспокоенной Юлии Петровне. Страсти про мертвеца рассказывать не стал, ни к чему, а изложил версию о найденном ранце и стал ее кормить.

Оголодавшая женщина в одиночку съела банку тушенки и полбулки хлеба, а я ограничился салом и сухарями. После чего переложил свое имущество в ранец, а затем заставил Юлию Петровну сменить платье на гимнастерку и штаны.

Она спряталась в кустарнике и быстро переоделась, а я, бросив в ее сторону пару взглядов, отметил, что Юлия Петровна неплохо сложена и все при ней. Фигурка хорошая и грудь аппетитная. Впрочем, это была констатация факта и не более, ибо склонять спутницу к сексу я не собирался. Женщины у меня не было уже пару месяцев, но сейчас не до этого., не время и не место.

Передохнув и переварив пищу, мы двинулись дальше.

В тот день больше ничего, о чем бы стоило упомянуть, не происходило. Мы двигались по лесополосам, рощам и садам, обходили населенные пункты и ночь провели в какой-то яме, прижавшись друг к другу и закутавшись в плащ-палатку. А вот утром нам пришлось срочно срываться с места и бежать, так как появилась очередная группа зачистки, которая цепью двигалась вдоль дороги и кого-то искала.

Ушли вовремя, не оставляя приметного следа, и спрятались в лесу. Думали, пересидеть. Однако появилась новая проблема. По лесу шла группа из шести человек в форме солдат словенской армии. Грязные и оборванные, но с оружием, винтовками и автоматами. По виду, окруженцы. Но… Они меня не видели, и я услышал, что между собой они говорили по-ромейски и двигались уверенно, без опаски, а еще почувствовал – это враги. Как так!? А вот так! И я подумал, что передо мной диверсанты, которые хотят найти беглых словенцев и внедриться к ним. Немцы в Великую Отечественную войну такие фокусы часто проворачивали. Выходили на связь с партизанами, а потом всех подставляли под удар или уходили через линию фронта и оказывались в действующих частях советской армии. Прием старый и ромеи могли его использовать. А мне-то что? Я собирался уйти, и ушел бы, если бы не Юлия Петровна, которая ослушалась моего приказа не высовываться, выскочила из укрытия, махнула солдатам рукой и подала голос:

– Сюда, ребята!

Оглядываясь, лже-словенцы стали приближаться. Оружие они держали наготове, и я стал действовать.

– Ложись, дура! – толкнув спутницу, я поставил ей подножку, и она свалилась, упала под дерево и затихла.

Медлить нельзя, если ромеи приблизятся, то спеленают нас и сдадут. Поэтому я открыл огонь первым и бил из трофейного автомата с ПБС.

Первой очередью свалил двоих. Второй еще одного. Сыграл свою роль фактор неожиданности. А остальные ромеи не стали залегать. Нет. Они сближались и на ходу прижимали меня огнем к земле.

Я залег и метнул в сторону противника гранату. Взрыв опрокинул еще двоих. Остался последний вражеский диверсант, и он был самым опытным, сильным и ловким. Наверное, ромей собирался взять пленного, и потому не стрелял. Он оказался рядом и ударом ноги выбил у меня автомат. Оружие улетело в кусты, а затем ромей обрушился сверху и попытался меня придушить. Но я отбросил его, и мы оказались один напротив другого. Кругом лес и мы на небольшой полянке. Два противника и выживет только один.

Ромей выхватил нож и попытался меня достать. Он был настолько быстрым, что это даже неестественно. На что у меня скорость реакции высокая, благодаря тренировкам и природным способностям, а у него такая же, словно он тоже ведьмак или ведун.

«Очень опасный противник», - промелькнула мысль, и я успел уйти в сторону, избежав встречи с клинком врага.

Разворот. Противник нанес новый удар, на этот раз сбоку. Но опять я ускользнул и тоже потянул из ножен клинок. Сам не понимаю почему, взялся за холодное оружие, хотя мог выхватить пистолет и сразу получил бы преимущество.

Засверкали клинки. Колющие и режущие удары, блоки и атаки. Мы были равны. Вот только я оказался равнее. Пусть ненамного, но для победы этого хватило. Я достал его, рассек клинком бок и он, левой ладонью зажимая рану, снова кинулся в бой. Его натиск был стремительным, ромей пока не обращал внимания на ранение, и пришлось отступить. Я отпрыгнул назад, а когда он последовал за мной, левой рукой заблокировал диверсанта, перехватив запястье, и вонзил нож ему в сердце.