Чтение онлайн

Хагер повертелся, разыскивая остальных. По его подсчетам - еще двое, плюс Закейра и птицеголовый параноик. Только не видно никого. Воин попытался разобраться в вереницах следов на талом снегу. Бесполезно - не с его талантами, да и натоптано столько, что черт ногу сломит.

К счастью, выжившие археологи вскоре объявились сами.

"Совсем устал, отдохнуть пора", - думал Хагер, гадая, как не заметил стоящего поблизости дерева и облепившего его сугроба, за которым и прятались те двое.

– Где Рамат и Закейра?
– спросил сразу, как только копатели подошли достаточно близко.

– Откуда нам знать, - отозвался мужчина с белым лицом - в его ладони торчал обломок стрелы.

Понятно - ничего не видели, ничего не слышали. Но попытаться стоило.

Хагер осмотрел покойников: трое из четырех, как он и думал, без кольчуг. Оставалось только развести руками - сами виноваты, он не раз и не два предупреждал, чтобы не снимали их до самого Фьергарда.

Руни вернулась много позже, одновременно с ней появился и Рамат. Хагер как раз закончил засыпать снегом мертвецов, которых сложил под деревом. На щеке ловкачки красовался внушительных размеров синяк, поперек лба тянулась царапина, длиной сантиметров восемь. Совиная Голова же как будто цел, только и того, что одежда разорвана в клочья.

Собаки его драли, что ли? Или волки? Но те бы уж точно не выпустили столь легкой добычи.

Хагеру сразу же захотелось взять его за шиворот и хорошенько тряхнуть, чтобы глаза вывалились.

– Нашла его, сбежать хотел, - сказала Руни, подталкивая археолога вперед.

– Ты как?
– воин осторожно коснулся лица девушки.

– Все в порядке, - улыбнулась та.
– Сама виновата - рано вынырнула, вот и получила.

Хагер скрипнул зубами. Проклятье, как же все это неправильно!

По внешнему виду Совиной Головы нетрудно было догадаться, что свое самое ценное сокровище Рамат прячет в сумке, которую прижимает к груди и остервенело комкает пальцами. Чем дальше - тем меньше в нем оставалось от прежнего уверенного в себе человека, который предложил разумную, на взгляд Хагера, сделку. Откровенно говоря, уже ничего не осталось.

– Не подходи, не подходи...
– бормотал Совиная голова, оглядываясь и щурясь, словно загнанная в угол кошка. Разве что не шипит. Но броситься вполне может. Хотя воин был бы совсем не против. Звездануть беглеца в челюсть - самое то, чтобы хоть немного выплеснуть скопившееся напряжение.

– Подожди!
– послышался окрик Арагны.
– Я могу ошибаться, - неуверенно начала она, подступаясь к археологу, - но, по-моему, на нем какое-то проклятие.

Мысль показалась Хагеру разумной.

– Руни, лучше свяжи его, - предложил он и, видя, как задергался Рамат, прибавил: - Для его же блага, пока голову себе не расшиб.

– Заступники небесные, - раздалось частое бормотание.

Воин обернулся и выругался про себя. Пока он отвлекся на Рамата, один из спасшихся археологов уже околачивался около убитых разбойников. И не просто околачивался, но и что-то бормотал. Очень похоже, что ученый муж надумал выпотрошить их карманы. Вот так номер.

– Займитесь этим, - Хагер кивнул на второго археолога, которого не волновало ничего, кроме обломка в собственной ладони.
– Арагна, постарайся привести Рамата в чувство или хотя бы понять, что с ним за хрень творится. Брандин, поможешь ей? Сарф - постой на стреме. Не нравится мне, что наша перепуганная жертва археологии куда-то пропала и не спешит появляться.

Он имел в виду Закейру. Среди мертвых он ее не нашел, хотя обследовал все кусты. Значит - ушла или унесли. Черт его знает, какой вариант лучше?

Раздав указания, воин подошел к бормочущему археологу. Тот осенял себя какими-то знаками и плакал.

Рыдал, мать его так, размазывая по лицу сопли! Тьфу!

– Если уж решил разжиться содержимым чужих карманов, то нечего слюни пускать, как баба.

Вместо ответа сопливый археолог энергично затыкал пальцами в сторону лица мертвого разбойника. Хагер присел, осмотрел того внимательнее - может, пропустил чего, в потемках и пылу боя времени разглядывать рожу нападавшего не было. Обычное лицо как будто. Разве что немного припухлое. Хагер принюхался - перегаром не воняет. Ну мало ли чего у него с мордой, не плакать же из-за этого.

– Что не так?

– Это... это...
– заикался археолог, но потом кое-как справился с собой и, наконец, выдавил: - Это Садж.

– Кто такой Садж?

– Наш брат. Он умер. То есть его убили, - невнятно мусолил копатель.
– Я сам видел, как он умер. Но не сегодня. Несколько дней назад. Его мечом ударили вот сюда, - мужчина провел пальцем по груди покойного.

А вот это уже интересно. Надеясь, что археологу со страху ничего не померещилось, Хагер решил убедиться в правдивости его слов. Снимать с почти окоченевшего покойника кольчугу - дело не из легких. На то, чтобы добраться до места, на которое указал плакса, ушло минут пять. Все это время археолог стоял рядом, молился и трясся. Справившись с задачей наполовину, Хагер обратил внимание на странную деталь, которой сразу не придал значения. Кровь - ее не было. Догадка подтвердилась окончательно, когда воин, наконец, докопался до цели.

– Я не сумасшедший. Я знал, что я не сумасшедший!
– завопил археолог, то ли радуясь, то ли окончательно впадая в панику.

В месте, на которое он указывал, у трупа находилась огромная гнилая рана, в центре которой расположилось нечто похожее на червя. Дохлого червя, если точнее. Хагеру, обычно не брезгливому, от увиденного свело нутро. Казалось, что тварь сожрала человека изнутри, но прежде внедрилась в тело, проложила путь к его внутренностям, а сожрав их, заторопилась обратно.

– Ну и дрянь же, - вслух проговорил воин.
– Когда его убили?

Археолог задумался, загнул несколько пальцев, что-то прикидывая в уме, и ответил:

– Шесть дней назад, господин. Тогда на нас разбойники впервые напали.

– Что вы сделали с телом?
– Хагер искал зацепку, которая бы позволила объяснить произошедшее логикой. Но логика в виртуальном мире - вещь совершенно лишняя, а в некоторых случаях - даже вредная.

– Мы его похоронили, - уверенно ответил копатель. И, как будто прочитал мысли собеседника, поспешил уверить: - Садж был совершенно мертв, господин. Мы не лекари - это правда, но уж о людской природе понятие имеем. Да и сам погляди - его злая магия оживила, не иначе.