Чтение онлайн

– Открой дверку, Мастер, - попросила шепотом.

Пожав плечами, Олег приоткрыл одну заднюю створку металлического кузова грузовичка. Лиля, стреляя глазами по сторонам, возила руками под своим серым передником. Мимо проехал неспешно солидный "Икарус", какие обычно ходят на междугородных маршрутах. Его широченные окна изнутри были плотно задрапированы коричневыми шторами. Огромный автобус, словно пароход, разрезал людские волны, оставляя кильватерный след. След этот не успевал затянуться, поскольку почти впритык за "Икарусом" шел автобус поменьше, тоже наглухо зашторенный. А за этим двигался мощный КрАЗ армейского защитного цвета с будкой вместо кузова. И окна будки были густо зарешечены.

Этот военный грузовик озадачил Олега: с чего бы ему тут болтаться? За макаронами для солдатиков старшина приехал? Негромко брякнула дверка - это Лиля её захлопнула. Ворча под нос, пробежала вразвалку позади армейского грузовика к своему контейнеру.

И тут зашипели тормоза, загрохотали тяжелые ботинки, посыпались во все стороны здоровенные парни в камуфляже и черных трикотажных масках. Толпа в испуге брызнула прочь. Впрочем, никого не ловили и не держали. Парни, неестественно толстые от надетых бронежилетов, выставив вперед стволы автоматов, быстро оттеснили покупателей от торговых контейнеров, взяли под надзор штабеля товара и торговцев.

Олег растерялся. Первым порывом было - бежать. Но он тут же устыдился этого приступа трусости, да и машину с товаром не стоило бросать. И он стал просто наблюдать за происходящим. Совершенно очевидно, что на оптовом рынке орудовал ОМОН. Проходила какая-то облава. Омоновцы выскочили из автобусов и того самого грузовика армейского вида. Но сейчас среди них мелькали и мундиры простых милиционеров. А ещё мужчины и женщины с папками в руках. Налоговая инспекция - наконец-то догадался Олег, и под ложечкой у него засосало. Пожалуй, с его подозрительным товаром не стоило здесь оказаться в столь горячий час.

Но уехать он не мог, потому что Рустик уже лежал на пыльном асфальте лицом вниз и прикрывал голову руками. А какой-то дюжий омоновец ему что-то объяснял, для пущей убедительности подтыкая ребра носком тяжелого ботинка. Рядом с восточной экспрессивностью голосила Лиля. Она косолапила возле недораспроданных ящиков бодяжной водки, рвала волосы, размазывала щедрые слезы по лицу и колотила себя в широкую клетчатую грудь. Молодой мужчина с кожаной папочкой в руках пытался её остановить и успокоить.

Как ему это удалось, Олег не увидел, потому что получил крепкий тычок в спину и отлетел на кузов "Газели". Гулко ударился, но не упал, поскольку тут же был прижат к металлическому борту. Чужие руки бесцеремонно обхлопали его со всех сторон и так же бесцеремонно развернули. Омоновец оказался выше Олега на полторы головы и втрое шире в плечах. Укороченный автомат, словно детская игрушка болтался на его бычьей шее. Глаза в прорези маски смотрели деловито, словно он не человека ворочал перед собой, а к куриной тушке приценивался. Рядом с ним стоял милицейский капитан обычных человеческих размеров.

– Ты водитель?
– спросил капитан, кивая на "Газель".

– Нет, - отрицательно покачал головой Олег. Он был унижен и морально раздавлен.
– Я экспедитор.

– А где водитель?
– капитан говорил резко, почти угрожающе.

– А я знаю?
– разозлился Олег.
– Убежал, небось, если не дурак.

– Ладно, разберемся.
– Капитана, похоже, этот вопрос мало интересовал.
– Открывай.

Лишних слов, судя по всему, он не любил говорить. Да и так все понятно. Олег распахнул задние дверцы "Газели". Картонные коробки заполняли металлический кузов на две трети объема. Капитан встал ногой на бампер, приподнялся, заглянул в коробку и спрыгнул на асфальт. В руке он держал полиэтиленовый пакет "Синеглазки".

– Так, есть!
– обрадованно сказал, словно рыбак, выдернувший из речки первого пескаря.
– Криминал на лицо. Татьяна Михайловна!
– закричал куда-то, вставая на цыпочки и размахивая булькающим кульком.
– Идите сюда!

Подошла средних лет дама в джинсах и кроссовках, будто на дачу собралась. В маечке и жакетике сверху. Наверное, и вправду, эти выезды на пыльные рынки для кабинетных теток, как вылазки на природу. В руках у неё уже была папка с лежащей на ней пачкой бумажных листов. Она уже на подходе начала что-то записывать, бросая короткие взгляды на машину. Олег понял: номер записала. Протокол, стало быть. Когда подошла ближе, Олег смог увидеть бланк. Так и есть, протокол. Да не простой. Протокол изъятия. И там уже стояла печать.

Дама скользнула по Олегу равнодушным взглядом. А он вдруг почувствовал себя гораздо легче. Правильно, пусть изымают эту чертову "Синеглазку". Пусть жирный Юсуф тоже получит свою порцию обиды и унижения, останется без товара.

А дама уже списывала надписи с пакета, услужливо поднесенного капитаном чуть не к самым её очкам.

– Какое количество?
– сварливо спросила она.
– Или будем поштучно пересчитывать?

– Три тысячи штук, - ответил Олег.
– Но можете и сами посчитать, если есть желание.

– А чего это ты развеселился вдруг?
– спросил капитан с подозрением.

– А у меня причин плакать нет, - ответил Олег.

– Сейчас будут, - потянулся к нему омоновец широкой лапищей в черной перчатке.

– Но-но, - осадила его дама и с интересом поглядела на Олега. Документы ваши предъявите, пожалуйста.

Тот протянул паспорт и пачку бумаг на груз. Паспорт дама, не раскрывая, тут же передала капитану, а сама принялась рассматривать товаросопроводительные. Их Олег предусмотрительно заготовил целый комплект на все случаи жизни. Тут были: счет-фактура, накладная, пропуск на вывоз груза с территории предприятия, счет на оплату погрузочных работ, приходный ордер, командировочное удостоверение, сертификат качества, шоферская путевка и ещё несколько совсем уж мелких квитков, но все с печатями, штампами и подписями.

– Э, а прописочка отсутствует!
– возликовал капитан.

– Сначала надо документы смотреть, а потом уже следователя от работы отрывать, - дама смерила его презрительным взглядом. Повернулась к Олегу. Зачем это, интересно, овощесовхозу полторы тонны спиртовой смеси? С вредителями борются?

– Рамы в теплицах моют.
– Олег сделал вид, что не почувствовал иронии. Он только понял, что гроза проходит стороной, вслед за раскатами грома никаких молний не будет.
– Знаете, как в букваре. Мама мыла раму. Рама выл от сраму.