Во тьме
Шрифт:
Ну и в кого же я собираюсь стрелять? В хозяев?
Замечательно.
И она оставила пистолет в кармане. Ступив на лестницу, Джейн подумала о том, что надо бы и нож спрятать. Если хозяин неожиданно появится на лестнице, плохо, если он увидит ее вооруженной.
Но мысль о том, что она останется совсем безоружной, показалась нестерпимой.
Заведя обе руки за спину, она приподняла край рубашки и засунула лезвие между ремнем и поясом джинсов.
К тому времени, когда нож был пристроен, Джейн почти достигла верха лестницы. Она подумала о том, чтобы достать фонарь.
Нет, лучше пробираться в темноте.
Когда ей оставалось преодолеть последнюю ступеньку, раздался женский крик.
Глава 32
Тихий приглушенный крик, донесшийся откуда-то совсем рядом, пронзил Джейн тысячей ледяных осколков.
О Иисусе! О Боже, мамочка! Что ЭТО?
Когда крик замер, оцепенение вмиг прошло. В доме кто-то был. Джейн боялась выдать свое присутствие, но надо было торопиться. Поэтому, вскочив на последнюю ступеньку, она побежала, громко топая кроссовками, по коридору второго этажа.
Боже! От меня такой шум, словно от бегущего стада.
Она распахнула первую попавшуюся дверь.
Сидевшая посреди кровати худая молодая женщина подняла голову и тупо ухмыльнулась. Губы и подбородок были перепачканы кровью. Торчавший в зубах палец указывал прямо на Джейн. Остальная часть кисти лежала на тарелке, покоившейся у нее на коленях.
Правая рука.
На месте правого запястья перебинтованная культя.
Правого бедра также не было.
На ней была тенниска без рукавов, с нарисованной стрелой и надписью «Я с придурками», забрызганная высохшей коричневой и свежей красной кровью. Ниже тенниски ничего не было. Тарелка с отрезанной кистью прикрывала пах.
В шоке Джейн смотрела на нее, не в силах вымолвить ни слова.
Невредимой рукой женщина вынула палец изо рта и откусила от него кусочек кожи.
Джейн закашлялась в приступе рвоты и отвернулась.
– Привет, – обратилась к ней женщина. – Я – Линда, а ты кто?
Голос у нее был веселый.
– Джейн.
– Не видела тебя здесь раньше. – Она уронила палец на тарелку. Тот мерзко плюхнулся. – Покажи свою руку.
– Для чего?
– Просто так.
Джейн расстегнула манжету и закатила вверх правый рукав замшевой рубашки. Коснувшиеся ее руки пальцы были холодны как лед.
– Мммм, – промычала Линда. – Сколько мяса.
Отпрянув назад, Джейн сглотнула застрявший в горле комок и с трудом произнесла:
– Что здесь происходит?
Линда оскалила в ухмылке окровавленные зубы.
– Я себя пожираю. А что, это похоже на что-то другое?
– Почему?
Она пожала плечами и глупо улыбнулась.
– Мне позволили.
– Тебе позволили?
– Ну да. Меня морили голодом, понимаешь? Просто держали здесь и по очереди трахали. А есть ничего не давали. И я проголодалась. Очень проголодалась. И все умоляла их дать мне поесть. Наконец Стив говорит: «О'кей, я принесу тебе еду. И что же ты хочешь?» – спрашивает он. Я и говорю: «Хоть что-нибудь». Тогда он отрезает мне ступню и позволяет ее съесть. Не ахти какая еда, но все же лучше, чем ничего.
Джейн глубоко вдохнула, но вдох показался ей недостаточно глубоким. Казалось, само вырывавшееся из груди сердце препятствовало нормальному дыханию.
– Жалею только, что в прошлом году села на диету.
Держись подальше от всяких там диет, Джейни. Подумать только, сбросила тогда тридцать фунтов, и мне еще показалось мало! Самая крупная ошибка в моей жизни. Прикинь, сюда я попала как скелет, и с тех пор все хуже и хуже. Тебе повезло, что у тебя еще осталось немного мяса. Сними для меня рубашку, пожалуйста. Джейн покачала головой.
– Нет, спасибо.
– Да перестань, – ухмыльнулась она.
– Послушай, я помогу тебе выбраться отсюда.
– Да неужто? Ты это серьезно? Вах! Подумай еще раз, Джейни. Отсюда никто не выходит.
– Здесь есть и другие?
– Ну да, конечно. Я, Марджори и Сью... хотя фи, Сью больше нет. Бедняжка исхудала настолько, что стала прозрачной. – Линда засмеялась. – Есть еще новенькая. Она уже тонкая как палец, хотя пробыла здесь всего несколько дней. Вчера вечером я с ней танцевала, так у нее ребра как терка.
– Танцевала? – Джейн услышала свой шепот как бы со стороны.
– Да, а что? Парни все время устраивают нам танцульки. Стив сам прекрасно играет на скрипке, и...
– А как же твоя нога?
Она рассмеялась.
– Я очень хорошо двигаюсь для калеки. Просто подними рубашку, ладно? Только хочу взглянуть, много ли на тебе мяса.
– Забудь об этом. Кто здесь еще? Ты, Марджори и новая?
– Гала.
– И гала что?
– Не гала что. А Гала – это новая девушка.
Имя неожиданно ударило ее по ушам.
Гала-представление.
–Где Гала? – спросила Джейн.
– А ты думаешь где?
– Ну перестань.
Линда захлопала ресницами.
– Сначала выполни мою просьбу.
– О'кей, о'кей. – Джейн задрала рубашку, обнажая живот.
– Прекрасно. Какой у тебя спортивный и подтянутый вид. Занимаешься гимнастикой?
– Давай говори, где Гала?
– Подними выше.
– Эй.
– Ты хочешь знать, где она?
Джейн сделала, как та хотела.
– У, какие, – восторженно произнесла Линда. – Подойди сюда, чтобы я могла потрогать. – И протянула руку.
Джейн не шелохнулась.
– Ладно, сделаем так. Хочешь посмотреть на мои? Я правда уже съела одну, но... – И она задрала свою тенниску, чтобы показать.
Джейн быстро отвернулась и с силой одернула вниз свою рубашку.
– Вкуснятина, но у Сью были лучше. Хотя мне и не довелось хорошенько распробовать. А все из-за этих грязных свиней, да и у бедняжки Сью с самого начала особо нечем было похвастаться, если ты понимаешь, о чем я.