Во мрак
Шрифт:
— Мама родная… Это то, что я думаю?!
Проследив взглядом направление, в котором двигался мутант, Таран сначала решил, что ему померещилось.
Посреди болота возвышался исполинский армейский тягач. Судя по всему, тот самый, о котором упоминал Терентьев, — для перевозки «Тополя-М». Бесконечно длинный кузов, шестнадцать колес ростом с человека, массивная рамная конструкция… Сомнений не осталось.
Это был он — знаменитый «МЗКТ-79221», вот только узнать ракетовоз с первого взгляда не представлялось возможным. Кто-то приложил изрядные усилия, чтобы превратить чудо-машину в настоящую неприступную крепость.
Стекла разнесенных по сторонам кабин — водительской и пассажирской — обшиты металлическими шторками. На крышах, подобно рогам гигантской улитки, торчат крупнокалиберные спарки, а места стрелков защищают сваренные из толстой арматуры клети-колпаки. Вместо ракеты над шасси возвышается мудреная конструкция, состоящая из вместительного бронированного контейнера с зарешеченными иллюминаторами (судя по всему, жилого отсека) и не менее просторного кузова — открытой платформы, отгороженной от внешнего мира решетчатой клетью. Многоярусные железные фермы внутри кузова щерятся соплами огнеметов, а из кормовой надстройки высунулся — сталкер чуть не сел от удивления — четырехствольный авиационный пулемет.
Таран рефлекторно пригнулся, когда над самым ухом загрохотал «Утес» Дыма. Дав короткую очередь по зарослям кустарника, мутант обозначил направление, и с ракетовоза незамедлительно ударили пулеметы, скосив растительность под корень. Гидроид, прятавшийся в «зеленке», взорвался от прямого попадания и шлепнулся в воду неприглядным комком слизи.
В остальном до машины добрались без происшествий. Подсадив Тарана, Геннадий влез следом, захлопнув за собой внушительной толщины дверь. Внутри жилая надстройка оказалось весьма просторной. Кровати в два яруса, длинный стол, шкафы-пеналы вдоль стен…
— Да здесь жить можно, не то что воевать! — наемник восхищенно крутил головой, пока не встретился взглядом с хмурым стариком в стеганом бушлате.
Отчего-то лицо его казалось знакомым… Ах, да! Сенная, Совет, парламентер… Память услужливо подсказала имя.
— Здравствуй, Афанас. Может, ты объяснишь, что здесь творится?
Моряк поднялся, опершись на столешницу, молча протянул руку для приветствия. Испытующе посмотрев на Тарана, перевел вопрошающий взгляд на мутанта. Тот кивнул: мол, давай, излагай.
— Мы получили известие от начальника Сенной, — начал старик, тяжело опустившись на скамью. — Он сообщил, что ты напал на след террористов. Мы не могли оставаться в стороне. Дым настоял на том, чтобы задействовать «Малютку».
— «Малютка» — это тягач? Забавно, ничего не скажешь… — наемник ухмыльнулся. — Сколько душ на борту?
— Кроме меня и твоего друга, — старик покосился на Геннадия, — еще трое добровольцев. Это все, что колония может себе позволить на данный момент. Остальные нужны на Чкаловской.
Сталкер понимающе кивнул.
— Если б не Дым, — снова заговорил Афанас, — мы бы так быстро сюда не добрались. Через весь город провел. И тебя, кстати, именно Геннадий в пустошах отыскал. Глазастый…
Мутант старательно отводил глаза, запихивая «Утес» в оружейный шкаф. Таран подошел, положил руку на необъятное плечо гиганта. Дым замер, обернулся, продолжая сверлить взглядом пол.
— Не знаю, какого лешего ты поперся к этим ребятам, но… спасибо тебе. И знаешь что? Кто старое помянет, тому…
— В глаз — лом! — закончил Геннадий, радостно ощерившись.
— Договорились, — улыбнулся в ответ Таран.
Пока «Малютка», грохоча восьмисотсильным дизельным двигателем, штурмовала заболоченное шоссе, сталкерам удалось обменяться новостями, а Таран даже успел немного обсохнуть и отогреться после неприятных водных процедур. Затем оба перебрались в пассажирскую кабину, откуда открылся вид на преградившую путь развязку КАДа. От эстакад мало что осталось — остроконечные бетонные глыбы, изломанные, зигзагом, пандусы, покосившиеся стальные опоры…
Заработала внутренняя связь. Пилот из соседней кабины запрашивал курс. Посовещавшись, решили рискнуть и пересечь труднопроходимый участок по крылу огромного транспортного самолета, чей ржавеющий остов покоился в трясине немного поодаль.
Изрыгая струи черного дыма, тягач уверенно взобрался по обломку крыла, как по эстакаде, и грузно перевалился через фрагмент покореженного въездного пандуса. В какой-то момент машина опасно накренилась, прошла юзом по краю разлома, но благодаря управляемым задним осям благополучно вырулила на участок с пологим спуском и, набрав обороты, устремилась дальше.
Стоило пересечь кольцевую, как местные охотники взялись за гостей с новыми силами. Гротескные монструозные силуэты, возникая из ниоткуда, поражали нелепостью форм. В голове не укладывалось, что подобные создания могли появиться в результате естественных мутаций, однако с высоты бронированной кабины обитатели Южных болот уже не казались такими устрашающими.
— Чего зады просиживаем? — захрипел динамик. — Встали по огневым расчетам, живо!
Кивнув пилоту сквозь зарешеченное стекло, Дым дернул створку потолочного люка и повернулся к Тарану:
— Противогаз в норме? Тогда лезь в башню, я туда все равно не помещусь.
Пришлось подчиниться. Предательская слабость мешала сосредоточиться на стрельбе, в глазах двоилось от усталости. Зафиксировавшись на металлической приступке, сталкер взялся за рычаги. Тяжелая штуковина… Из такой хрен попадешь. В перекрестье прицела проплывали скрюченные деревца, затянутое ряской озерцо, мшистые кочки. Чуть дальше, среди нагромождения камней, — постройки близ аэропорта. Вернее, то, что от них осталось. В каркасах бетонных коробок с обросшими бурной растительностью стенами постоянно что-то шевелилось и сновало. Издали очень напоминало муравейник, вот только обитатели его не очень-то походили на своих меньших собратьев.